Чтение онлайн

– Как вы считаете, имеет ли Степченко устойчивые связи в криминальной среде и является ли сам уголовным элементом? – уточнил Андрей.

Аптекарь тонко улыбнулся:

– По Закону нам не велено промышлять фраерским ремеслом. Законный уркаган крутить колеса телегам не будет. Хотя нынче и фраера пошли – палец в рот не клади, враз авторитета обставят.

– А может, он замерз? [125] – бросил Непецин.

– Быть на лаване [126] и при этом вертеть делишки на виду у всей округи? – усомнился Аптекарь. – Впрочем, слыхал я о таких рыбах [127] . В позапрошлом годе, когда я по вашей, извиняйте, милости на кичеване [128] отдыхал, баяли мне об одном вольном князе, который прошел сорок пять дуг с бубенцами [129] , повидал всякого и имел весомый авторитет, а вот взял да и перекрестился в гешефтмахеры, разжился кредитно, заделье [130] сгондобил с какой-то гагарой [131] и даже прикупил авто.

– Э-эх ты, Аптекарь! – рассмеялся Непецин. – Видишь, как умные-то люди живут. А ты? Прозябаешь, туз колыванский [132] , в бедности и страхе. Ведь неглупый же мужик! Сколько раз советовал за ум взяться, новую жизнь начать? А тебе милее Закон свой паршивый чтить.

– «Dura Lex, sed Lex» [133] , – невольно вырвалось у Андрея.

– Как? – недоуменно спросил Непецин.

– Это старинная юридическая формула. К делу не относится.

Непецин понял слова начальника по-своему:

– И в самом деле, пора нам, Андрей Николаевич.

Он поднялся и хотел было уже проститься с Аптекарем, как в дверь настойчиво постучали.

– Ага! Клиент к тебе, Антоша, пойди отворить, – шепнул Борис Борисович. – Не пугайся, хватать никого не станем, посмотрим только из-за печки. Лады?

Хозяину ничего не оставалось, как согласиться. Непецин взял Андрея за локоть и утащил за занавеску у печи.

Сдвинув фуражку на затылок, Борис Борисович прильнул к довольно нечистой тряпке и приготовился наблюдать.

От спертого сухого воздуха в закутке было трудно дышать. Андрей обливался потом и в душе бранил нежданного посетителя.

В комнате послышались тяжелые шаги и громкий нетерпеливый голос:

– Не ждал, пройдоха? – хрипло забасил невидимый гость. – Дружков, что ли, сволочей, принимал? Стулья-то, вишь, как у стола расставились, прямо для обеду!

– Какие там гости! – зашелестел Аптекарь. – «Керосинку» я хотел с потолка снять, все примеривался, как половчее влезть.

– Врешь поди, язва, – проворчал собеседник.

Непецин оторвался от щели, припал к уху Рябинина и зашептал:

– Уполномоченный отделения милиции Центрального округа Мигунов завалился. Выходить не стоит – мы Аптекарю обещали.

Андрей кивнул.

Чиркнула спичка, Мигунов с причмокиванием выпустил дым:

– «Малинка» [134] найдется, отравитель?

– Не держим, в завязке мы, – отозвался Аптекарь.

– Как же, знаем мы вашего брата, – хмыкнул Мигунов. – Доложили мне, будто намедни были у тебя двое. Ушли с марафетом! Один из них – вор Резвый. Аль не так? Молчишь? О чем задумался, идейный мыслитель? Тащи «малинку», душа просит. Готовая есть?

– Имеется.

– А! Верно я смекнул: гостей поджидал, стервятник. А может, они и здесь, по углам попрятались?

Непецин сощурился и расстегнул кобуру револьвера.

– Нету в доме никого, – твердо ответил Аптекарь.

– Значит, ждешь. Только зря они придут, их долю я заберу. Тащи поживей!

Рябинин мягко отстранил Непецина от занавески и глянул в щель. На стуле, развалясь, сидел худощавый человек лет двадцати в гимнастерке и портупее. На бледном лице лихорадочно блестели большие темные глаза.

Андрей повернулся к Непецину. Борис Борисович удрученно понурил голову и развел руками: «Потом разберемся», – понял по судорожному движению его губ Рябинин.

Тем временем Аптекарь принес склянку и отдал Мигунову. Уполномоченный хлопнул барыгу по плечу и, бросив: «Живи пока», – вышел.

– Ну и преподнес ты нам сюрпризец, Антоша! – выходя из укрытия, сказал Непецин. – Весьма занятные у тебя гости. Посиди мы тут до утра, – столько б замечательных личностей встретили!

Аптекарь мрачно улыбнулся:

– Спалите вы теперь меня.

– Потерять тебя – излишняя роскошь, – Непецин покачал головой и, кивнув Андрею, пошел к двери. – А вот от удовольствия видеть товарища Мигунова, думаю, избавим.

До самого дома Рябинина они шли молча. Прощаясь у парадного, Непецин, глядя в сторону, спросил:

– Доложим о Мигунове по начальству или как?

– Завтра же напишем рапорт. Уверен, подобное должно быть наказано.

Борис Борисович облегченно вздохнул:

– Уф, ну и вечерок выдался на нашу голову!

Андрей предпочел воздержаться от замечаний и сменил тему:

– Как думаете, сведениям Аптекаря стоит доверять?

– Пожалуй. Он, хоть и продувная бестия, однако меня чтит. В свое время я немало поваландался с его братцем, форменным оболтусом и хулиганом. Получил срок по глупости, ну и пришлось помочь, дабы не вкатили парню «по всей строгости».

– Значит, информация о Фроле, об адвокате Боброве и налетчике Кудлатом верная?

– Выходит, так.

– А кто таков этот Бобров?

– Известный адвокат. Уголовными делами не занимается, обслуживает нэпманов, в совнархозе крутится. Вхож к заместителю губернского прокурора Изряднову. Говорят, даже дружат они.

– Надо бы это проверить. Подключите Деревянникова.

Андрей глубоко задумался. Непецин подождал несколько минут и, кашлянув, попросил разрешения идти.

– Завтра помозгуем, – добавил он.

– Может, поднимемся ко мне, выпьем чаю? – встрепенулся Андрей.

– Благодарю, но мне пора. Жена заждалась, – извинился Непецин.

Рябинин пожал ему руку и простился.

Четыре первых дня на новой службе несколько утомили Андрея. Закончив «ударными», как выразился Непецин, темпами «дело банды Басманова», Рябинин отсидел битый час на совещании руководителей следственных групп и направился в гости к Старицкому.

Андрей застал друга за сборами. Георгий укладывал вещи в огромный кованый сундук.

– Никак приданое собираешь? – рассмеялся Андрей.

– Почти, – кивнул Старицкий. – Готовлю походный сундучок. Решил вот перебраться на дачу.

В городе летом душно и суетно.

– Да-да, припоминаю, ты как-то приглашал меня на свою «милую дачку».

Георгий захлопнул крышку и стряхнул с ладоней невидимую пыль:

– Готово. Отужинать, Андрей Николаевич, не желаете?

– Благодарю, сыт. Руководство ГПУ трепетно заботится о желудках сотрудников.