Чтение онлайн

когда появится, — будете настолько злы, что завоете… но таких

никто не понимает! Так как попутно вы будете давиться гречкой

— из привычки… Меня не хотите услышать? Отлично! Идите, спа-

сайте его! Может, для вас и вправду один поступок более важен,

чем вся жизнь. Только прошу, больше к нам не приходить… Пой-

мите: я не против благородства, — сам этим иногда занимаюсь…

Просто у нас гречку к обеду не подают. Невозможно одновремен-

но быть на дне и наверху, понимаете? Ира, нужно определяться,

уже сейчас делать выбор! Продвинувшись вперед: где любят и

ждут… где все привычно и знакомо — вы совершаете неосмотри-

тельный шаг… Этот шаг не назад — хуже — он вниз! Бросаете себя

— истинную — к его ногам! Зачем жертвы? Грубо, по мне… брось-

те то, что тянет вас на дно… и все.

Ира долго сидела, задумавшись, в ней шла внутренняя борьба.

Обманилов не отвлекал.

«Ну, не так — так эдак, — ухмылялся про себя Василий Васи-

льевич. — Недотрога… ей просто нужно больше прелюдий. Со-

мнение уже запущено в нее: оно перетекает, бежит и стирает чело-

веческие образы из мыслей; пробирается к сердцу — в последней

169

Нахим Угоден

волне гаснут чувства. Есть только я! А дальше все просто: когда

чувства не мешают, легче принимается решение — по выгоде».

— Это же предательство… Я не могу, кроме того, у меня ощуще-

ние, что здесь что-то не так!

“Ух, крепкая! Люблю таких: строптивые из нравственности.

Неиспорченная душа! Понял: нужно немножко совесть успоко-

ить. Мы сейчас…”

— А кто вам сказал, что Матвею плохо будет? Все зависит от

него — дайте шанс! Ниже дна ведь не упадешь, правда? Предла-

гаю вместе с нами протянуть ему руку помощи… Никто не говорит

его бросить... Вы что? Напротив, я в нем участвую, болею за его

судьбу. Просто и вы… — любите его на расстоянии… ничего более

не прошу.

— Я попробую с ним поговорить…

“Раскрывается, можно переходить к процессу”.

— Ира, я не хотел на вас давить… человек должен самостоя-

тельно принимать ключевые для него решения; теперь вправе

сказать вот еще что: в нашем проекте, вы будете иметь 25%, — это

большие деньги. С ними придут неплохие возможности.

— Мой капитал…

— Именно! Ваш собственный капитал, — то, что у вас забра-

ли… так несправедливо… Что было с вами прежде: испытывали

низость, пренебрежение — вспомните? Довольно ли только про-

исхождения и внутренней гордости?

В глазах Иры, засветилась злость и решительность, свет поки-

нул ее душу, оставив потемки… За ними вскоре пришли.

“Теперь я буду получать наслаждение”.

— Идите! Чего вы? Вижу ваше волнение и упорство мне не

сломить. Я действительно был не прав, требуя от вас немножечко

практичности. Чувства сильнее… — закатил он глаза.

— Достаточно, я все сделаю!

— Надеюсь, я не давил на вас. Не хочу…

— Нет. Вы говорите правильные вещи. Слишком долго мне

приходилось терпеть унижение, достаточно долго.

— Ну, тогда не смею вас задерживать, можете и завтра…

— Нет. Нет, я пойду к нему прямо сейчас!

170

Банковская тайна: игра в людей

“После нужны ласки, чтобы не дать удовольствию уйти, я дол-

жен остаться в ней”.

— Как хотите, дело ваше… Поражаюсь вам Ирина: он бросил

вас ради другой, предал… А вы так отчаянно спасаете его — не

себя! Уму непостижимо! У вас большое сердце.

— Что вы сказали?

— Как? Вы не знаете? Я полагал, что между вами нет тайн…

прямо неловко вышло. Все уже знают, что Матвей с этой… как

ее имя? — такое нехорошее, не наше…? Ах, вот! Вспомнил!.. —

стукнул он себя по лбу. — Агнешкой! Да-а, нехорошо получилось.

Простите, если сделал вам больно, но я искренне считал, что он с

вами до конца откровенен и…

Лицо ее стало бледным, губы сомкнулись в одну полоску. Пре-

дательство — самое подлое и низкое состояние души, его так лег-

ко совершить самому… Когда тебя... Боль, острая и жгучая… Ведь

ты доверял… Легко найти оправдание только себе, и одно тотчас

ложится на все остальное…

«Теперь она моя, — надо покурить. Я еще тот ходок, я еще хо-

рош!» — тешил он себя.

171

ГЛАВА 16

— Привет!

— Привет…

— У тебя что-то случилось?

— Нет, — Ира сидела, задумавшись, и отвечала, не глядя на

меня. Кругом была полная тишина, отчего наши голоса гулко раз-

носились по всем уголкам квартиры. Ее сгорбленный силуэт пе-

чально блекнул в сером блеске остатков яркого дня.

— Ты совсем грустная, — я вошел в кухню. Она уже была не

такой. Еще несколько дней назад эта комната жила ощущениями

двух людей, которые, находясь здесь, любили, творили,.. представ-

ляя собой неидеальное целое. Теперь кругом бродят одиночки.

Несмотря на наше присутствие, она выглядела пустой и унылой.

Мы стали разными, появилась неловкость быть наедине, — отку-

да она берется, с близким человеком? Когда случилась измена в

отношениях — пришло расставание, с ним поменялось и воспри-

ятие. Остаются: реальность, обыденность и необходимость… не-

обходимость сказать и сделать больно… ей! Сложно понять себя…

Я смотрел, и нежность в отчаянии душила горло: только нечто

большее может так быстро заменить прошлое.

— Ира, я хотел тебе сказать…

— А давай мы выпьем чаю, как раньше? — перебила она, глядя

со слезами на меня.

172

Банковская тайна: игра в людей

— Давай… — Это было невыносимо. Принялся поспешно его

готовить. Нельзя тянуть, — так еще больнее. Поставив кружки на

стол, начал разливать чай, руки мои предательски задрожали, в