Чтение онлайн

В следующий раз проснулся уже в спокойной обстановке. Рядом помятые и все в крови Годрик и Джо сидели у костра. Они оба смотрели перед собой. Моя голова лежала на коленях у Эммы, а руки легонько водили по всему моему телу.

– Они ушли?

– Убежали в страхе, - тихо произнёс рыцарь, даже не отрывая взгляд.

Я попытался встать, но не смог, голова загудела, и Эмма, подхватив, уложила меня обратно на колени.

– Прости, Хаген, я не знала, я… - она заплакала.

– Мы потом это обсудим, - я кивнул.
– Но что произошло? Я слышал крик, а потом отключился.

– Твоя дорогая Эмма - святая, - чуть поморщившись, сказал Джо.

– Что?

– Ты оглох? Она очнулась, когда тебя уже почти прикончили, а нас оттеснили от её тела. Потом начала орать как полоумная. Сначала эти твари просто морщились, а когда в ужасе начали ронять оружие, я и сам обернулся. Вокруг неё кружило несколько святых клинков, рубили всё, до чего дотянутся, а эта, - Джо кивнул на Эмму, - держала тебя и продолжала орать как полоумная.

Я неверяще посмотрел на Эмму. Она смутилась, чуть покраснела и отвела взгляд в сторону. Затем вернулся к Джорджу.

– Ты серьёзно?

– Ты не знал?! Вы что с луны все свалились?
– маг сплюнул и зло посмотрел на нас.
– Силы святых всегда пробуждаются к десяти годам. Какого хрена вы не отправили её учиться в церковь или на худой конец в академию?

– Мы… мы не знали, - мой взгляд блуждал от Эммы к Джо.
– Раньше такого никогда не было.

– Я, конечно, рад, что это нас спасло, но ты не видел, чего стоило успокоить её, - Годрик поморщился.
– После того как гоблины разошлись, Эмма продолжила кричать, а клинки высасывали из неё силы, и рубить всё вокруг. Она ничего не слышала и лишь причитала что-то над тобой.

Найдя в себе немного сил, я сел, провёл рукой по лицу, всё было в корочке и мелких царапинах. Один глаз заплыл, и я не смог его открыть, лютня лежала рядом, целая.

– Если по возвращении в город вы сами не доложите о святой, то это сделаю я. Ничего личного, но проблемы мне не нужны.

– Да, понимаю. Но, если позволишь, сначала мы сходим в таверну к её отцу. Я бы хотел поблагодарить вас…

Добрались к таверне мы поздней ночью. Несмотря на опасность, решено было не задерживаться, а до города рукой подать. Чёрный вход заперт, и пришлось стучаться, будить Ганса. Я всё переживал, что кто-то позовёт стражу. Четверо изрядно помятых авантюриста в ночи ломятся в закрытую таверну. Ганс встретил нас злобным лицом, но, когда рассмотрел меня и Эмму, побледнел и отошёл, позволяя всем войти.

– Что стряслось?

Он закрыл за нами дверь, а сам усадил Эмму и осматривал засохшую кровь на шее, вертел руки и ноги. Будто боялся, что она сейчас развалится как тряпичная кукла. Мэри наблюдала со второго этажа, из-за темноты она не увидела наших ран и не спеша ушла на кухню.

– Мы встретили гоблинов рядом с городом, - лицо Ганса ещё больше перекосило, а я поднял руку, - Как видишь, мы выжили и целы, но даже не это самое важное. Эмма - святая.

– Что?

– Битва была не из лёгких, и выжили мы благодаря Эмме. Я надеюсь, что ты дашь нам немного передохнуть, и я расскажу, тебе всё чуть позже, - указал на рыцаря и мага, — Это Джордж и Годрик, они были с нами в пути и очень помогли.

Ганс около минуты мрачно смотрел на свою дочь, нашёл руками рану на её голове и шепнул что-то очень тихо над самым ухом. Эмма кивнула и ушла на второй этаж. Трактирщик же повернулся к нам, попытался натянуть будничную улыбку и пригласил к стойке.

Мэри появилась через десять минут с четырьмя блюдами, удивлённо осмотрела таверну. Ганс кивнул ей на второй этаж, и она, не, говоря ни слова, унесла одну тарелку. Кажется, чуть позже я слышал короткий вскрик, но решил не обращать на это внимание.

– Угощайтесь, ночлег и еда за счёт заведения.

Годрик и Джо после быстрого ужина воспользовались предложением сходить в умывальню. Конечно, не баня, но отмыться от дорожной пыли и промыть раны можно было. Как только они ушли, Ганс схватил меня за воротник и почти уложил на барную стойку.

– А теперь выкладывай, что значит Эмма святая? Как вы умудрились найти гоблинов?

— Это они нас встретили, - я чуть дёрнулся и, разжав руку Ганса, плюхнулся обратно на стул, - Нападение было внезапным, и ближе к концу я отключился, но из рассказа Джо и Годрика Эмма призвала святые клинки и просто отпугнула гоблинов. А ещё нам придётся сообщить о ней и отправить на обучение.

– Нет, заплатим за молчание, и она больше вообще никуда не пойдёт…

– Ты же понимаешь, что это самоубийство? Святые силы очень ценные, и даже если мы каким-то образом умолчим о них, неизвестно, не проявятся ли они снова. Возможно, Эмма убьёт кого-то, а, возможно, и сама погибнет. Ты ведь знаешь, как это работает?

Ганс коротко кивнул. Я видел, как ходят его желваки, как вздувается вена на виске, но реальность была сурова. Медленно опустив голову, я и сам погрузился в мысли. Эти силы в народе их всегда называли даром господа, конечно, не без одобрения и помощи церкви. И этот подарок ждали и хотели многие семьи.

Из-за войны, которая была ещё семьдесят лет назад, многие святые погибли. В попытках защитить детей родители скрывали силы, прятались, платили или затыкали рты свидетелям. Как итог появился закон, обязывающий сообщать о святых, а если этого не происходит тем, кто скрывал и помогал укрывать силы, может грозить штраф, заточение или вовсе казнь. Святого изымают и не дают больше никогда контактировать с родственниками, а если получается, то и вовсе стирают воспоминания о семье и детстве.

Считается, что чем выше запас внутренней маны при рождении, тем больше шанс получения святых сил ребёнком. Но на деле это так и не проверили, церковь не позволила экспериментировать над детьми и святыми. А сами святые силы они настолько же сильны, насколько и опасны. При каждом использовании они истощают святого, а если вовремя не остановится, то он и вовсе может погибнуть.

– Я…

– Ты не сможешь скрываться, а Эмма и сама захочет узнать больше, - прерывая Ганса, я мотнул головой, - Ей нужно в академию.

– Вы на первом задании встретили гоблинов, на тебе живого места нет. У Эммы голова пробита!

– Она чуть не убила саму себя!
– я крикнул в ответ, усталость давала о себе знать, и злость просто вскипала во мне, - Её еле успокоили и убедили отпустить клинки. Она вызвала три! За один раз! Ты хоть представляешь, сколько сил это у неё отняло?!

Ганс молчал, а я жадно пил. Казалось, я все четыре дня провёл в пустыне, горло пересохло, в глаза будто песка насыпали, а всё тело было словно свинцовым. Опустив пустую кружку на стойку, я ещё раз взглянул на Ганса.

– У тебя нет выбора, как бы мне ни хотелось. Но это правда, Ганс, ей нужно ехать в академию.

– Ты не понимаешь, - он мотнул головой и взглянул на меня тем взглядом, на грани слёз, - Эмма ещё маленькая, ей рано… - и совсем тихо добавил, - я боюсь, что она погибнет.