Чтение онлайн

– А это что?

– Оставьте меня одного, - очень, тихо продолжая то, хмурится, то скалится, произнёс священник.

– Н-нет…

– Что?
– он резко развернулся, оказался лицом к лицу со мной и сощурился, почти превратив свои глаза в щёлки, - Да кто ты такой, недорослик?!

— Это н-не важно, я не оставлю Эмму одну, - чуть заикаясь, я сделал полшага назад и мотнул головой.

– Сначала вы просите какого-то недоучку мага наложить чары восстановления, которые блокируют связь святой с Богом, а теперь отказываешься уйти?!
– Святоша поднялся и навис надо мной.
– Хотите отвечать за смерть святой?

– Она не погибнет… - я невольно сжался, но нашёл в себе силы добавить, - вы же здесь и не допустите этого.

Кажется, мои слова лизнули эго этого святого и он, чуть ухмыльнувшись вернулся обратно на колени к кровати. Мэри к этому моменту очнулась и удивлённо смотрела на священника, чуть погодя заметила и меня. Я лишь коротко кивнул, но ей этого показалось недостаточно. Мэри поднялась и неуверенно пошла к двери.

– Где Ганс?

– Он внизу уснул, пожалуйста, не тревожь его. Это священник…

Мэри ещё раз обернулась на святошу, перевела уставший взгляд на меня и тихо шепнула: «Пожалуйста, присмотри за ней, я вздремну пару часов». Я кивнул и подтолкнул освободившийся стул святоше, тот даже не отвлёкся на меня. Он продолжал делать какие-то пассы руками, а белая змейка, кажется, становилась ярче. Когда она перестала пропадать и уверенно вертела своей головой по сторонам, святоша потянулся к стакану с красной жидкостью.

– Помоги, раз уж остался, недорослик, - он кивнул на Эмму, - посади её.

Я приподнял за плечи Лучик, святоша же аккуратно открыл рот и медленно влил новое зелье. Почему-то в этот раз я побоялся спрашивать и лишь наблюдал как, аккуратно не проливая ни капли, священник вливает жидкость, так похожую на кровь в Эмму.

Когда зелье почти кончилось, Эмма внезапно открыла глаза и сделала глубокий вдох, с хрипом закашлялась и схватилась за грудь. Я лишь крепче ухватил её за спину, позволяя опереться на мои руки. Лучик содрогалась от раздирающего сухого кашля, а священник выглядел довольным. Он закрыл чемоданчик и с благоговейной улыбкой ожидал, когда Эмма закончит. Между кашлем она тяжело дышала через рот с хрипами и какими-то странными стонами. Я просто держал её и даже не был уверен, что мне делать.

Постепенно кашель слабел и Лучик уже не хватала так жадно воздух. В глазах был испуг, она шарила по комнате, по лицу священника, её ноги чуть шевельнулись, и всем телом Эмма попыталась отсесть от святоши. Я не стал её удерживать и лишь взял за руку, привлекая к себе внимание. Сначала она отдёрнулась, но, после сфокусировав на мне взгляд, бросилась на шею, уронив почти всю себя. Я едва устоял на ногах и обнял её.

– Х-х-хаг… - Эмма сглотнула и тихо, хрипло повторила, - Хаген, кто это? Где я?

– Всё хорошо, ты в таверне, в спальне родителей. А это… - этот святоша ведь даже не представился, зато успел пару раз назвать меня недоросликом.

– Святая Эмма, не волнуйтесь, я всего лишь священник, лекарь, что прибыл к вам в помощь. Меня зовут Кайн, - он встал и даже поклонился.

– Что вам от меня нужно?
– иногда голос Эммы пропадал, и она снова закашливалась, я протянул ей стакан воды.

– О нет, что вы. Я прибыл исключительно для бескорыстной помощи, вы были в очень истощённом состоянии, так как потратили много маны и физической силы на призыв святых сил.
– Кайн присел на край кровати, - Вижу, в вас есть большой потенциал. Раз сейчас вы очнулись, я оставлю вас, собираться с силами и с нетерпением буду ждать, когда вы приступите к обучению. Уверен, вас ждёт большое будущее.

– С-спасибо, - Эмма вернула мне пустой стакан и всё такими же большими удивлёнными глазами смотрела на святошу.

– Всегда пожалуйста, Святая. Всего хорошего, поправляйтесь, - его улыбка пропала сразу же, как взгляд обратился ко мне, - проводи меня, недо… дворф.

Его лицо чуть скривилось, но, видимо, при Эмме он не решился меня оскорблять. Я кивнул и пошёл к двери. На прощание Кайн ещё несколько раз поклонился, пожелал удачи и пообещал молиться за здоровье Святой. А на лестнице от его елейного голоска не осталось ничего.

– Она отделалась лёгким испугом, но если бы я не прибыл к вам, боюсь, всё могло бы кончиться плохо.
– Спустившись уже у самого выхода из таверны, Кайн почти плюнул мне в лицо, - Через три дня она будет в порядке и надеюсь, за это время тебе не придёт в голову спрятать её. Я лично буду просить о повешенье, недорослик.

Я лишь кивнул и так и остался смотреть, как святоша уходит за поворот улицы. Что это вообще было? Может, он подумал, что мы всё это время скрывали Эмму и только сейчас из-за её состояний обратились за помощью? Я дёрнул плечами и поспешил обратно в комнату. Ганс опустил голову на стол и действительно уснул. Оно и к лучшему, пусть отдохнёт.

– Хаген, кто это был?

Я вернулся в комнату сразу же, как провёл Кайна, мне стало совсем не по себе от этого священника, но он помог, и Эмма очнулась. Она всё ещё была бледной, немного дрожала и опиралась руками о кровать. Подойдя к кровати, я присел на стул и провёл по её растрепавшимся волосам, чуть улыбнулся.

– Всё хорошо, Лучик, это правда был священник. Как ты себя чувствуешь?

– Паршиво, очень холодно…

– Ложись тогда отдыхать, я останусь с тобой на ночь, - оглянув комнату заметил пару подушек на полу, - Если что-то понадобится, буди меня.

Отлучился в свою комнату за одеялом, а когда вернулся, Эмма уже спала. За окном только начинался закат. Я совсем забыл о своём исцарапанном лице и сейчас легонько касался корочек. Глаза были целыми, а это заживёт рано или поздно. Ощупал сам себя, нашёл пару синяков на спине, руках, но в остальном, кажется, я отделался лёгким испугом. Даже глаз, который был заплывшим, после битвы сейчас лишь виднелся тёмно-фиолетовым синяком в зеркале. Нам повезло…

В мэрии сказали, что у нас есть неделя и нужно выдвигаться в академию. Почему именно неделя? Они так боятся потерять контроль над новым святым?

Чуть поморщился, устраиваясь рядом с кроватью, пол был слишком жёстким, но это меньшая боль, чем испытала Эмма. Я слишком виноват перед ней.

Ночью в комнату заходил Ганс, скрип двери разбудил меня, не сразу привыкнув к темноте, разглядел, как трактирщик зовёт меня выйти. Оставив одеяло на плечах, побрёл в коридор.

– Как Эмма?
– тихо, хрипло произнёс Ганс.

– Уже лучше, она просыпалась на закате, смогла попить и уснула снова, - я выдержал паузу, не был до конца уверен стоит говорить о священнике, но всё же решился, - Приходил священник, он помог ей прийти в себя, дал лекарства.