Чтение онлайн

— Мама?

— Хм? — говорит она, встречаясь со мной взглядом.

Она рассеяна, погружена в свои мысли. В последнее время она часто этим занимается: обращается внутрь себя, чтобы бороться с призраками, которых видит только она.

Это знак, который я должен был распознать давным-давно.

— Есть что-то, о чем ты нам не говоришь?

Богдан и Влад сразу же обращаются к ней. Она спокойно переносит их пристальное внимание.

— Ничего, что могло бы сейчас что-то изменить, — устало говорит она.

Я хмурюсь. — Что, черт возьми, это должно означать?

— Это значит, что все, что я могу добавить, не поможет тебе в этой битве.

— Это твой способ сказать мне, что ты что-то скрываешь от меня?

Она поднимается на ноги, высокая и осанистая, как королева Братвы, которой она всегда была. — Сейчас это не имеет значения, Исаак.

Она шагает к двери. Меня так и подмывает наброситься на нее и приказать запереть ее здесь, пока она не расскажет все, что знает.

Вместо этого я позволил ей уйти. Я разочарованно выдыхаю, когда она уходит.

— О чем, черт возьми, это было? — спрашивает Богдан.

— Вообще-то мне плевать, — говорю я, стиснув зубы. — Мы сможем разобраться с загадочными загадками нашей матери, как только разберемся с Максимом.

— Мне кажется, что это план, — соглашается Богдан.

— Сегодня мы не двигаемся, но все равно убедись, что мужчины готовы, — говорю я Владу. — Когда что-то начинает происходить, это происходит быстро.

— Понял, босс.

Вскоре он уходит. Мы с Богданом выходим из моего офиса в сад, где, я знаю, я найду Джо и Камилу.

— Между вами все идет хорошо, да? — спрашивает Богдан, качая бровями.

— Можешь перестать быть ребенком хотя бы на одну гребаную секунду?

— Э, нет. Зрелость — для птиц.

Я неохотно улыбаюсь ему. — Пусть один из мужчин привезет одну из «Ауди». Сегодня я запланировал для Джо кое-что особенное.

— Карнавал?

— Да.

— Приятно.

— Ты пойдешь с нами.

— О, мне повезло. — Он действительно кажется взволнованным.

Я закатываю глаза. — Просто чтобы было ясно, ты мой телохранитель.

Это ослабляет его радость. — Серьезно, ты делаешь меня телохранителем?

— Смирись с этим.

— Ты купишь мне хотя бы корн-дог?

— Снова эта зрелость.

Богдан только смеется, когда мы входим в сад. Ками и Джо растянулись на лужайке в окружении стопок книг. На них обоих почти одинаковые сарафаны, и это чертовски милая вещь, которую я когда-либо видел.

И это кое-что говорит, учитывая, что я никогда раньше не использовал слово «милый» ни для чего в своей жизни. Но как еще я должен назвать это?

Джо вскакивает на ноги и летит к нам обоим. На мгновение мне показалось, что она первой нападет на Богдана. Но в последнюю секунду она поворачивает прямо на меня. Даже слишком точно — ее локоть ударяет меня в пах, и я вынужден сдержать стон боли.

— Привет, малышка, — кривлюсь я, поглаживая ее по голове, а Богдан кудахчет.

— Ты обещал мне, что мы сегодня куда-нибудь сходим! — напоминает мне Джо, крепко обнимая меня за талию.

— Я? Не похоже на то, что я сказал бы.

У нее отвисает челюсть. — Да ты сделал! Ты сделал, ты сделал, ты сделал!

— Хм. Если ты так говоришь. Думаю, тогда у меня нет выбора.

Она подбрасывает кулак в воздух. — Ура! А Буги и Babushka тоже могут прийти?

— Буги идет с нами, — говорю я, получая суровый взгляд от Богдана. — Но Babushka может быть устала.

— Она никогда не устает, чтобы проводить со мной время.

— Ах, да? Как ты это поняла?

Джо пожимает плечами. — Она сказала мне.

Каким-то образом этого крошечного, безобидного небольшого комментария достаточно, чтобы притупить мое нынешнее раздражение по отношению к моей матери. Говорите что хотите об этой женщине; нет сомнений, что она любит Джо.

— Хорошо. Можешь попросить Babushka присоединиться к нам, — вздыхаю я.

— Ура! — Джо снова кричит, прежде чем убежать, чтобы загнать бабушку.

Кого она до сих пор не знает, так это свою бабушку.

В последнее время я задавался этим вопросом. Насколько Джо известно, я просто друг ее матери, а Никита просто Babushka, смешное имя, которое ничего не значит.

Что было хорошо, когда она впервые пришла сюда. Но теперь это начинает немного раздражать мое терпение.

Это неправильно.

Может быть, поэтому я молчу всю дорогу до карнавала. Богдан сидит со мной впереди, а мама, Камила и Джо сидят сзади. Время от времени я ловлю Камилу, смотрящую на меня в зеркало заднего вида.

Карнавал — это праздничная мешанина из игр, аттракционов и шоу. Колесо обозрения возвышается над каруселью, киоски для трюковых выстрелов, счастливые семьи стреляют из водяных пистолетов и пытаются моргнуть башнями из бутылок, чтобы выиграть плюшевый приз.

Джо, конечно, ошеломленна и взволнованна. Она подпрыгивает на цыпочках, указывая на разные вещи и вообще бесится, не зная, в каком направлении она хочет бежать в первую очередь.

— Успокойся, милая, — говорит Камила, проводя пальцами по макушке Джо. — Мы доберемся до каждой вещи, но ты должна выбрать что-то и сказать нам, что ты хочешь сделать в первую очередь.

Она протягивает свою руку маме и с тоской смотрит на прилавок с сахарной ватой. — Могу я получить часть этого?

Камила вздыхает. — Конечно. Сахар стоит на первом месте в списке приоритетов. Как хочешь, принцесса, пойдем.

Джо подбегает к прилавку с мамой. Богдан следует за ним. Иногда он может ворчать и ныть из-за дерьма, но он серьезно относится к своей работе.

Особенно, когда я обращаюсь к нему с просьбой.

— Ты молчишь, — вдруг говорит Камила справа от меня.

— Я всегда молчу.

— Больше, чем обычно.

— Ты следила за мной?

— Возможно, — говорит она с улыбкой, граничащей с румянцем.

— Я просто был занят несколькими вещами, — объясняю я. — Вот и все.

— Не хочешь поделиться ими со мной?

— Почему?

Она приподнимает брови, но, несмотря на мой тон, похоже, не обижается. — Не знаю, потому что мы… друзья?