Бастард Императора. Том 26
Шрифт:
Четвёрка взрослых мужчин и девушек покосилась друг друга и дружно засмеялась.
«Вы посмотрите какой серьёзный! — ответила Кларисса. — Мог бы просто сказать спасибо! Между прочим — мы с этой тварью всей группой долго бились, а если бы ты один сражался?»
Не глядя на неё, я махнул рукой, печать, появившаяся сверху, одним резким движением вниз превратила тушу в пыль.
«Уууууу! — раздались дружные хлопки. — Силён, — усмехнулся Ларн, — ну всё, расходимся. Наш младший сам способен один на один воевать с трупами!»
Одно видение сменилось другим.
Я сидел на поляне, медитируя, когда рядом появились двое. Открыв глаза, увидел Саюю и Орду. Обе взрослые, ужасно красивые святые были в немного порванной одежде, чуть грязные, в чужой крови, но крайне довольные собой.
Я весь в чистом, улыбаясь, усмехнулся, произнося:
«Каждая из вас святая, а ходите, как две девчонки, только что гонявшиеся за парнями.»
Они переглянулись и засмеялись. Затем подошли поближе и сели рядом. Саюя, одним мановением руки создала в руке предмет. Чёрно-алое кривое сердце, в центре которого почти уже не тлел рыжий огонёк.
«Что это? — спросил я, прекрасно понимая, что это, но спрашивая.»
«Бери, — произнесла Орда. — Тебе это поможет успокоить энергию, немного повысить ранг и залечить рану».
Я нахмурился, так как не рассказывал им о ране, полученной не так давно.
«Что, думал, не заметим, мелкий? — усмехнулась ехидно Саюя.»
Я спокойно глядел на неё, не принимая предмет.
«Бери бери давай, — она резко ударила меня им в грудь. — Будешь упрямиться — свяжу, оттащу к вулкану и подвешу над ним, чтобы висел и думал, пока твои волосы сгорают».
Орда засмеялась и, вытирая слёзы, спросила:
«Ты думаешь, что это его остановит? Посмотри, как у него уже глаза горят! Нашла чем пугать того, кто живёт препятствиями и испытаниями! А если серьёзно, Шель — бери. Не зря же мы посещали планету Роя ради него. С тебя ни много — ни мало. Всего-лишь поцелуйчик в щёчку!»
Видения скользили перед глазами, открывая мне глаза на то, что я когда-то упускал… На то, что для меня было обыденностью, и я никогда не задумывался, чем оно является на самом деле. У меня всегда была семья. Я никогда не был один.
Эйр, дед, Кларисса, все они, и другие. Сколько бы я не странствовал, где бы не находился, они всегда находили меня… Не оставляли надолго наедине с самим собой, словно желая убедиться, что я в порядке.
— Мы согласились с его предложением, — тихо продолжила Кларисса. — Вот только… Ларн сам не сдержался, — почти шёпотом произнесла она. — Он ушёл в Империю один.
На пару мгновений повисла пауза.
— Я не знаю, чего он хотел добиться, — Кларисса качнула головой. — Может, собирался выкрасть принцессу и шантажировать Сарнойла. Может, хотел убить кого-то из его близких. Может, рассчитывал добраться до архивов или узнать, где именно тебя держат. Я не знаю, — она сжала руки сильнее. — Но в итоге и он тоже умер.
Я смотрел прямо перед собой, на раскалённую лаву, и чувствовал, как внутри медленно поднимается тяжёлая, глухая ярость. Не резкая, не слепая, а именно глухая.
Один за другим.
Они знали, что могут умереть. Знали. И всё равно шли.
— После этого Орда сказала, что отправится в дальние миры, — голос Клариссы звучал теперь так тихо, что его почти заглушало шипение лавы. — Она хотела найти другие врата в Ничто. Открыть их. И вытащить тебя оттуда.
Я почувствовал, как пальцы сами собой снова сжались в кулак.
Это похоже на неё. Безумная задача. Невозможная. Почти самоубийственная. И именно поэтому она бы за неё и взялась.
— Фартор же решил, что ему нужно стать сильнее, — продолжила Кларисса. — И тоже ушёл. В другие миры. Куда-то, где можно было сломать себя и собрать заново.
Она перевела дыхание.
— В итоге прошло четыреста лет… А от них нет ни одного известия. Они не вернулись спустя двести лет, как обещали…
Я сидел и не верил в то, что услышал. Не потому, что сомневался в словах Клариссы. А потому, что разум всё ещё пытался упрямо ухватиться за старую картину мира, в которой все они были живы.
Все те, кого я знал ближе всего. Те, с кем делил не только бой, но и тишину между боями. Те, кто видел меня не как имя, не как силу, не как титул, а как человека. Их больше нет. Остались только я и Кларисса.
Я чувствовал, как внутри становится тесно. Не от жара, а от вновь нахлынувшей памяти.
Вот Орда, криво усмехаясь, спорит со мной до хрипоты, хотя уже поняла, что я прав. Вот Фартор стоит чуть в стороне, молчит, а потом выдаёт одну фразу — и ей обрывает весь спор. Вот Ларн, устало потирая переносицу, снова пытается удержать нас всех в рамках здравого смысла. Вот Саюя смеётся так звонко, будто во всей галактике нет ничего, что могло бы её испугать.
У меня много знакомых в разных мирах. По крайней мере было. Но ближе всего всегда были именно они… И всех их забрал он…
Кларисса медленно разжала руки. Потом, ничего не говоря, села ко мне спина к спине. Я ощутил её тёпло и напряжение.
Всё это время она несла это в себе. Возможно, что уже давно совсем одна… Кларисса практически в момент потеряла всех, в то время, когда я даже и не догадывался о том, что произошло.
Медленно повёл головой назад и почувствовал сперва волосы, а затем и затылок девушки. Она не сопротивлялась, сидя молча.
Как бы высоко мы не забрались, насколько бы сильными не были, но мы выбрали быть людьми, а не сущностями. Отказавшись отбросить человеческие чувства, мы вынуждены терпеть боль, чтобы уметь любить и сопереживать. Чтобы однажды не стать теми, кто всё это уже давно не считает нужным.
Если бы Кларисса отбросила всё это, то для неё встреча со мной уже давно стала бы лишь данностью, но я чувствую всю ту боль, которую несёт в себе так называемая «великая».
— Кларисса.
— Да…?
— Подожди ещё немного. Я стану сильнее сам и приведу в империю практиков, которые на фоне этих трёх нов будут гораздо большими монстрами. Сарнойл и все те, кто виноват в случившемся — ответят. Ответят за смерть каждого! Но… Основная наша цель — это остановить безумием.
Немножечко картинок: Енто Кларисса.