Чтение онлайн

Впрочем, не только мне.

Все, кто был в зале, сразу оказались ближе. Мы стояли полукругом и молча смотрели на картину боя. Наш корабль, зажатый между двумя поясами астероидов, уже оказался в плотном кольце противника. Причём не только по основным направлениям. Даже из самого пояса начали вылетать вражеские суда. Их заранее спрятали там, что укрыть от наших атак.

Спереди, со стороны носа, на довольно большом расстоянии был линкор. Доступа к тактической карте у меня нет, линии огня и манёвров я не вижу, но и без этого всё читается достаточно ясно. Это не первое моё сражение в космосе. И это положение линкора выглядит крайне странно.

С боков на нас уже летели суда меньшего класса. Быстрые, манёвренные, созданные именно для того, чтобы рвать построение, отвлекать и заставлять крупный корабль выбирать между нужными врагу направлениями удара.

Схватка вспыхнула буквально за одно мгновение.

Я выждал пару секунд, наблюдая, что решит капитан.

И он принял единственно верное в данный момент решение.

Наш корабль резко понёсся вперёд — прямо туда, где сопротивление было самым плотным, где враг стянул больше всего кораблей. Одновременно со всех сторон от нас высыпал москитный флот. Малые и средние суда, идущие тем же курсом, чтобы не было плотного огня по корпусу.

Сразу видно, что капитан у ордена опытный.

Влево и вправо идти бессмысленно — путь частично заблокирован поясами астероидов. Назад тем более нельзя. Разворот в такой тесноте займёт слишком много времени и почти наверняка обойдётся в потери двигателей. А это уже конец.

Уход вверх или вниз, насколько вообще применимы эти слова в космосе, только сильнее откроет корпус под огонь. Так что прорыв вперёд и попытка сузить фронт до одного основного направления — это действительно лучший из плохих вариантов.

Вот только и у противника координатор явно не дурак.

Пока наш корабль набирал ход, вражеский строй уже начал перестраиваться. Те, кто были по бокам, тянулись назад, собираясь в плотный заслон прямо на траектории нашего рывка. Нас ведут к простому выбору: либо пробивать строй силой, либо потерять двигатели в манёвре.

В тренировочном зале повисло напряжение.

Никто не говорил. Мы смотрели на голограмму, а я мысленно уже просчитывал дальнейший ход.

В подобных сценариях обычно есть всего три выхода.

Либо прорываешься напрямую, пока у тебя хватает щитов. Либо резко разворачиваешься, оставляя москитный флот прикрывать двигатели, а сам уходишь прочь на скорости, зная, что все, кто остался на этих судах, уже обречены. И третий вариант — победа святого до того, как бой вокруг корабля войдёт в решающую фазу.

Однако на Клариссу я не рассчитываю. Но не потому, что сомневаюсь в ней.

Просто битвы святых — это отдельная война. Они могут закончиться за миг, а могут растянуться так, что вокруг успеют погибнуть целые эскадры. К тому же её и врага уже не было видно рядом с кораблём. Оба сразу улетели как можно дальше. И правильно. Сражение святых возле собственного флота — самый быстрый способ уничтожить своих же.

Я смотрел на карту и чувствовал, что что-то здесь не так. Учитывая то, что мне ранее рассказывала Кларисса…

— Мы не прорвёмся, — вдруг заговорил Хмурый.

Я мельком посмотрел на него. Парень больше не выглядел просто раздражённым мальчишкой, которому задели гордость. Сейчас он смотрел на происходящее трезво и жёстко.

— Корабль набирает слишком большой ход, — быстро продолжил он. — Москитный флот не успеет нас как следует прикрыть. По носу прилетит слишком плотный удар. Чтобы выдержать такое, здесь должна быть Великая. Только святой такого уровня сможет закрыть весь корпус целиком. Иначе обшивку просто вскроют.

Он говорил быстро, почти не переводя дыхания, и, что важнее, — по делу.

— А если замедлиться, — продолжил хмурый, — мы увязнем. Тогда к нам зайдут с тыла, и всё равно окажемся в ловушке.

А парень-то и правда что-то понимает. Значит, свой мини-флот он получил не просто так. Вот только в одном он ошибается.

Он всё ещё думает, что капитан хочет прорваться сквозь блокаду. А у него иная цель — показать врагам серьёзность наших намерений, чтобы начать смещение вражеского флота.

— Наше судно идёт прямо на вражеский линкор, — тихо заметила длинноволосая девушка, до этого молчавшая.

Я даже не знаю, как их зовут. Ни её, ни вторую. Представиться они так и не соизволили, а сам я спрашивать не собираюсь. Не хотят — их дело.

Хмурый нахмурился ещё сильнее.

— На таран, — пробормотал он. А потом резко поднял голову. — Значит, надо немедленно на главный мостик, чтобы удержать головной отсек от больших повреждений.

— Нет, — спокойно произнёс я, наблюдая за картиной сражения и теперь понимая, что же мне не нравится в ней. — Мы идём не на мостик. Мы идём в хвост корабля.

— Что? — в его голосе было уже не возмущение, а настоящее непонимание.

Я пошёл к двери, и почти сразу услышал за спиной шаги остальных.

— Ты мыслишь с позиции догоняющего и убегающего, — сказал я на ходу. — А надо с позиции хищника и жертвы. Они знают возможности этого корабля. Знают, что обычной блокадой его не остановить. Поэтому им нужно не сдержать нас, а подвести под нужное решение.

Несколько секунд шли молча.

— Диверсия, — вдруг произнесла коротковолосая.

Я кивнул, не замедляясь.

— Верно. Но не только. Они не просто ждут манёвр. Они сами ведут нас к нему. Линкор впереди слишком очевиден. Слишком удобен как цель. А если капитан решит идти именно туда, значит, враг получит то, чего и добивался, — я первым вышел в коридор. — Если не хотим зависнуть посреди космоса и стать добычей для стаи шакалов, нужно прикрыть самое ценное, что у нас сейчас есть.

— Двигатели, — сразу поняла Яна.

— Именно. А также принять самое нестандартное решение…

Коридор встретил нас тревожным светом и гулом боевого режима. По полу уже пробегали тонкие красные полосы, обозначая экстренные маршруты. Где-то в глубине корабля протяжно завыла сирена, а через мгновение раздался тяжёлый удар — дальнее попадание по щиту. Пока не пробили.

Я быстро нашёл взглядом гравиплатформу у стены и первым шагнул на неё. Остальные почти сразу собрались рядом.

Я активировал маршрут через коммуникатор и гравиплатформа рванула вперёд по коридору. Скорость была такой, что стены сливались в бело-серый поток. Дальше вывел на экран закрытый канал и начал вводить код доступа.