Чтение онлайн

Буквально через секунду из динамика раздался сухой грубый голос:

— Это закрытый канал. Назовись.

Я мельком посмотрел на собравшихся рядом и спокойно ответил:

— Шель.

После этого сразу продиктовал вторую часть — длинную связку из шестнадцати символов. Цифры, буквы, старый сдвиг по трём позициям и контрольный ключ в конце.

Голос изменился мгновенно. Стал мягче. Собраннее.

— Слушаю.

— Как именно ведёт огонь линкор?

На удивление, меня сразу поняли.

— Практически не ведёт. Слабые импульсы.

— Если линкор не ведёт плотный огонь — не цельтесь в него, — произнёс я быстро. — Сбросьте мощность на двигателях до тридцати процентов и сразу после этого сделайте максимально резкий разворот в обратном направлении. Москитный флот отправьте вперёд как живой заслон — пусть прикрывают двигательную часть после разворота. Когда будете проходить обратную дугу между астероидами, рассредоточьте их вдоль корпуса и позади.

Мы прошли поле астероидов, поэтому теперь такой разворот возможен. Враги просчитали с десяток вариантов, как нас остановить, и один из них был нацелен на то, что мы начнём разворот ещё в поясе.

На том конце повисла тишина. Только глухой фон систем и чьи-то далёкие команды.

Потом тот же голос произнёс уже медленнее:

— Их линкор не ведёт плотный огонь…

Он сам начал складывать картину и наконец понимать ситуацию.

— Это приманка, — спокойно продолжил я. — Они ждали именно такого нашего хода. Просчитали, что вы захотите проломить фронт через самую тяжёлую цель, чтобы использовать её для ответного удара.

Ещё мгновение тишины. Потом мужчина выдохнул:

— Понял, — и уже через секунду в его голосе появилась настоящая, живая благодарность. — Благодарю вас. Надеюсь, как нибудь мы сможем встретиться и выпить. Я лично отблагодарю вас за помощь.

Канал оборвался.

Я убрал руку от коммуникатора и перевёл взгляд на остальных.

Хмурый смотрел на меня так, будто прямо сейчас внутри него встали дыбом все прежние картины боёв в космосе.

— Так вот почему… — одними губами прошептал он.

Похоже, парень действительно первым дотянулся до сути.

— Развивай мысль, — потребовал я.

Нужно же ему чему-то учиться.

Он вскинул голову, быстро посмотрел на меня и уже уверенно заговорил:

— Линкор — не основная сила удара. Он жертва. Когда мы подойдём ближе, они не станут отводить его, а наоборот — направят прямо на нас. Мы не сможем погасить такую массу. Либо разнесёт нос, либо срежет борт. А если при этом двигатель останется на тяге, нас просто перекосит и мы сами себя развалим.

Хмурый говорил уже не с прежней злостью, а с холодным напряжением, когда человек по-настоящему понимает масштаб опасности.

— Но это… — он задумался. — Каков шанс, что они готовы пожертвовать линкором? А если всё же ударят по двигателям?

— Слишком далеко, — спокойно ответил я. — Их задача была не в этом. Им нужно было ввести нас в заблуждение. Даже если линкор не приманка, мы всё равно успеем уйти. Потому что теперь не подставим двигатели.

В этот момент где-то внизу корабля прошёл тяжёлый скрип, и корпус едва заметно, но всё же качнуло. Платформа дрогнула под ногами. Значит, капитан уже начал манёвр.

— Всем внимание! — сразу произнёс я. — Не зеваем! Сейчас у врага будет только одна настоящая цель — двигатели. Если мы их не удержим — увязнем!

Лица собрались мгновенно. Даже у рыжего исчезло всё лишнее.

Вражеский координатор просчитался в одном: он слишком рассчитывал на внешнюю схватку. А в таких боях всегда есть второй слой — тот, где действуют не эскадры, а люди. Группы проникновения, диверсанты, пробойные звенья, посадочные иглы. Всё то, что должно добить уже ослабленную цель изнутри.

И если я прав, первый удар по двигателям будет не из орудий. А руками.

Через некоторое время мы добрались до первых мест столкновения. Коридоры, созданные с расчётом на сильнейшие удары, сейчас выглядели так, будто по ним прошёлся обезумевший зверь. Где-то металл вогнулся внутрь, где-то почернел от жара, а в нескольких местах обшивку вообще разорвало, открывая вид на соседние отсеки. На полу лежали тела — в броне и без неё, среди крови, обломков и клочьев сгоревшей ткани. Здесь уже успели сойтись люди Клариссы и нападавшие в чёрной броне или просто в чёрной одежде.

Разбираться, кто именно откуда зашёл и как глубоко успел пройти, времени нет. Транспортные руны в этом секторе оказались уничтожены, так что дальше пришлось бежать только на своих ногах. Мы спрыгнули вниз и сразу рванули вперёд на максимальной скорости, какую мог держать отряд.

Разделяться сейчас нельзя. Пока не ясно, насколько далеко враг вгрызся в нутро корабля, дробить силы — значит подставляться небольшими группами.

Чем дальше мы бежали, тем яростнее становилась картина боя. Стены всё чаще были покрыты следами техник, пол местами почернел, а воздух в некоторых переходах до сих пор дрожал от остаточной энергии. Ещё через пару минут впереди мелькнула группа в чёрном. Новы. Третьи-вторые ранги. Девять человек вышли из бокового коридора, и понимать, кто они такие, не пришлось — ответ последовал сразу.

Трое одновременно выпустили в нашу сторону плотный гудящий поток пламени, усиленный девятью печатями, сразу заполонивший собой весь коридор.

Вперёд выбежала Яна.

Клинок уже был у неё в руке. Подняв его над головой, она резко рубанула вниз, выпуская мощный воздушный поток. Меч ярко сверкнул, и на его лезвии появилось три печати. В ту же секунду рядом с ней оказалась Ольга. Развернув копьё по горизонтали, она ударила следом. Две воздушные волны сошлись в форме креста и врезались в пламя, разрубая его.

Дальше вперёд сорвался хмурый. Несясь с огненным клинком в руке. Впереди себя он толкал уплотнённый пламенный щит, напитанный собственной энергией и укреплённый четырьмя печатями. Вражеские техники ударили в него почти сразу, но пробить не смогли. А следом за ним также рванули длинноволосая и коротковолосая.

Оказавшись очень близко, две девушки одновременно пригнулись, набрали скорость и почти синхронно взлетели на стены. Пробежав по ним несколько метров, они оттолкнулись и проскочили сквозь щит хмурого, вылетая врагам за спину. Те, конечно, заметили движение и даже начали разворачиваться, но было уже поздно.