Чтение онлайн

— Продолжай, дитя.

— Лорд Джон совмещает обе. Северяне привыкли заключать браки исключительно между собой, но если обручить его ребёнка с наследником Уилласа, то никто из наших вассалов больше не посмеет заикнутся об их происхождении от бывших стюардов. Кто, как не официальная жена сможет убедить Кошмарного Волка это сделать? Если же найти документальное подтверждение брака королевы Нимерии с Давосом Дейном и проследить родство до последних поколений лордов Звездопада, то можно будет укрепить нашу родословную и её кровью.

— И мы проследим это родство, — кивнула Оленна. — Если согласимся на подобный брак, разумеется.

— Разумно ли гневить остальных лордов подобным? И без того не одобряющих тёплых отношений с «дикарями» лордов, — Гарлану эта затея явно не нравилась.

— Благородных лордов в Вестеросе много, а колдун, способный ковать эбен — один, — отметила Оленна.

— В отличие от его детей.

— Твоя сестра сможет построить хорошие отношения с любовницами Кошмарного Волка и убрать с пути прочих его детей. Так ведь?

— Да, бабушка. Дети леди Дейси «от медведя», они будут претендовать на Медвежий остров, но не Ров. По крайней мере, пока будут живы мои.

— Меня больше беспокоит другое.

— Что, бабушка? — спросил Уиллас.

— Тщеславие моего сына заставит его попытаться дать за Маргери приданое даже больше, чем было у Сансы. У нас может стать немного меньше золота.

— В этом весь отец, — весело переглянулись братья Тиреллы.

— Что ж, — подвела итог леди Оленна, вставая из-за стола. — Это предложение можно обдумать тщательнее. Вернёмся к этому разговору вечером. Возможно, вскоре твоим фрейлинам потребуется одежда потеплее, дитя.

* * *

Долина Аррен

Война закончилась уже как несколько недель, большая часть королевской армии уже успела покинуть регион. Перед началом войны во имя защиты царства людей ещё можно было попытаться собрать один урожай. И если для Западных земель ввиду богатства и процветающей торговли с Простором и Речниками это не будет такой уж проблемой, то относительно бедные штормовые лорды подобной вольности позволить себе не могли.

Штормовики отправились домой немногим позже северян, еще пару недель спустя их примеру последовали и лорды Запада. В Долине осталось лишь две тысячи мечей из регулярной армии лорда Тайвина и ещё столько же гвардейцев королевского домена. Их было более чем достаточно для осады замков всё ещё не сдавшихся лордов.

Лорд Ваксли сдал Фитили десять дней назад. Дольше всех упрямились Корбреи. В попытке выторговать родовой клинок обратно они угрожали сопротивляться до самого конца, но вчера сдались и они. Сказался пролом, пробитый в стене замка с помощью требюше и дикого огня. Лорд Тайвин не был намерен церемониться с упрямцами и воевать "честно".

Можно было отправляться обратно в столицу и созывать знамена, но король Роберт просто не мог позволить себе не отпраздновать такое событие. Нравоучения Старого Кошака действовали Баратеону на нервы, и очередного рассказа о том, как дорого обходятся турниры и праздничные пиры, он слушать не желал.

Роберт мог повеселиться и без всего этого. Так даже было лучше — меньше благородных, заглядывающих в рот, жополизов вокруг и больше веселья. Жаль только, лучшего друга рядом не было, но ничего. Побарагозить в Чёрном замке они ещё успеют.

К северо-востоку от Дома Сердец, прямо на опушке леса, где река впадала в Узкое море, разместился небольшой портовый городок. Разумеется, он больше походил на крупную деревню, но даже так был больше Лордспорта. Именно туда Роберт и направился. Пару часов верхом и он уже на месте.

Морская торговля восстановилась, купцы опять приплывали в Долину. Беженцы надеялись попасть на корабли, идущие в любой из крупных городов, немногочисленные солдаты отдыхали от войны, лагерной еды и запрета напиваться, а немногочисленные вольные латники и межевые рыцари, в которых уже не было особой необходимости, искали, кому бы продать свои мечи. Город кипел жизнью, уйдя в заботы. Никому из горожан не было особого дела до очередной небольшой группы вооруженных мужчин.

— Хозяин, есть Мормонтовский мёд?! — громко спросил Роберт, едва перешагнув порог таверны. Мужчина под пятьдесят перевел на него усталый взгляд и ответил.

— Обижаешь, наемник. Разумеется, есть.

— Тащи весь сюда! — крикнул Баратеон, усаживаясь за стол. — И не вздумай разводить, а то уши оторву. И ещё мяса, да побольше!

— Удачно повоевали? — уточнил хозяин таверны, больше интересуясь платёжеспособностью новых гостей, чем их делами.

— Ты даже не представляешь, насколько!

Хорошенькая полногрудая девица лет семнадцати начала приносить с кухонь тарелки, кружки и столь желанный путниками алкоголь. Словив на себе сальный взгляд Роберта, она обворожительно улыбнулась в ответ, явно надеясь на щедрость столь богатого, судя по заказу, гостья.

— Кажется, наш король соскучился не только по мёду, — совсем тихо отметил Мерин Трант. Инкогнито короля и сопутствующий этому приказ неформального с ним поведения позволяли подобные вольности.

— А ты нет?

— Возможно.

— Так найди и для себя! — загоготал Баратеон, усаживая подошедшую уже с мёдом девушку к себе на колени. — Тут таких много.

Та весело взвизгнула, чуть не опрокинув напиток. Королевский гвардеец перевёл на девицу полунадменный взгляд.

— Слишком стара, — только и ответил рыцарь.

Сир Барристан уже было хотел сменить тему разговора на менее щепетильную, как дверь в таверну опять открылась. Небольшая компания, судя по виду горожан, тоже решила скоротать время в компании кружки. Ее лидер, огромный детина, немногим уступающий в росте Баратеону, обводил харчевню недовольным взглядом, который и вовсе стал свирепым, стоило ему лишь остановиться на своем монархе.

— Эй ты, боров! А ну убери свои лапы от моей жены! — прорычал горожанин.

— А на ней не написано, что она твоя, — отметил Роберт, отпивая вина. Девушка, поначалу пытавшаяся вжаться в Роберта, теперь пыталась как можно скорее с него слезть. Король не стал держать её силой, это было ниже его достоинства.

— А ты, я погляжу, грамотный, — мужчина подходил ближе, неторопливо и грозно. — Читать умеешь. — Добавил он, закатывая рукава.

— Даже писать, — усмехнулся Баратеон, и едва заметным жестом приказал королевским гвардейцам остаться на своих местах. После чего встал из-за стола. Алкоголь поднял настроение и согревал внутренности, но для настоящего веселья не доставало хорошей кулачной драки.