Чтение онлайн

За неделю я выучила достаточно, чтобы уже начать принимать звонки абонентов, а через две – могла сама новеньким переводить с технического языка на доступный. И получив первую зарплату, критично маленькую, но достаточную, чтобы свести концы с концами, я воспарила духом, перестала считать себя прозрачной и решила, что пересижу тут до лучших времён. И вот теперь, с высоты полученного опыта и прошедших лет, я так счастлива, что там работала! Более весёлого и беспечного места работы у меня не было за всю жизнь вплоть до настоящего момента написания этих строк.

В этот период я полюбила айтишников всей душой! Они очень своеобразные люди, но очень классные, прям МОИ! С той самой подружкой, что меня за руку туда привела, мы оказались очень на одной волне и творили такие немыслимые, вопиюще-возмутительные вещи, за которые вообще не понятно почему нас не выгоняли. Пинками. Кидаясь чем-то тяжёлым во след. Ну что, например, из самого простого: мы красили ногти во время работы, а когда нужно было, например, сделать рисунок на ногте или ещё что-то кропотливое, мы оставляли абонента на линии и занимались своими делами; я выходила из кабинета на пять минут и возвращалась через 4 часа; не выходила на работу, предпочитая пойти вместо неё на свидание или не прийти по причине плохого настроения; приходила со своим ноутбуком и проверяла вконтактик, пока разговаривала с абонентами; обедала конечно больше положенного часа; меняла сама себе график работы и ещё там можно долго продолжать, но не всё же сразу, правда? Нет, нельзя сказать, что я только разгильдяй и всё, нет, честное слово. Работу я всегда выполняла качественно, тут претензий не было, а вот дисциплина да, хромала на все конечности. Всё это безобразие длилось чуть больше года, а потом… меня повысили! Забрали в другой отдел. Говорю же, работала я хорошо и знала всю систему очень хорошо.

Здесь я овладела навыком быстро учиться, вникать во невникаемое и понимать непонимаемое. Тут же поняла, что всё вообще в этой жизни – вопрос желания и мотивации. Достичь можно чего угодно, если это капец как надо. Я с большой любовью и теплом вспоминаю этот период жизни (на одних разговорах с недовольными абонентами вы не представляете даже какую стрессоустойчивость я в себе воспитала и как научилась корректно, не повышая голоса ставить людей на место, – всё это очень до сих пор пригождается, навык не пропьёшь, как говорится). Я ещё не раз вернусь к теме работы тех.поддержки, потому что это прям очень весёлый период жизни Светы Sv.XL Хлебниковой.

Скажем честно, школу я не любила. Прям очень. Мне посчастливилось учиться в начальных классах у самого замечательного учителя, какого можно было только желать, а дальше – чёрная дыра, про которую вспоминать я не люблю. Бывают в некоторых классах такие дети, а в эпоху гопников и неформалов их было немало, которые не попали в какую-то социальную группу и совсем-совсем не умели постоять за себя: их вещи кидали, пачкали, забирали просто так, бросались в них обслюнявленными комочками бумаги ради забавы и безнаказанности, тыкали карандашами в спину и всячески подставляли перед учителями. Сейчас это называется «подвергался буллингу». Так вот такой ребенок – это я.

Это мне сейчас легко об этом говорить, а то время надо было как-то пережить. Просто пережить. Это единственный вариант развития событий, который я видела тогда. В моей юности считалось, что жертва сама виновата и «надо было …», а дальше варианты у кого на что хватит фантазии. И вот чтобы не добавлять себе пинков «поддерживающих» я никогда никому не говорила, что школа – это последнее место в мире, куда «все ходят и тебе надо». Уйти оттуда после девятого класса было, к сожалению, никак нельзя, потому что с неоконченным средним образованием в университет у меня не взяли бы даже документы, а туда мне обязательно надо было попасть: я грезила мечтой стать журналистом и ради этого была готова потерпеть еще два года вот это вот всё.

Надо сказать, что после девятого класса всех разделили на физико-математиков, гуманитариев и всех остальных без выраженного направления. Со своим «я буду учиться на журналиста», я попала к гуманитариям и жизнь моя заиграла новыми красками. Все «недруги» зачислились в физмат и очень скоро потеряли ко мне интерес ввиду физической удаленности. Новый класс принял меня за человека, а не грушу для битья и уже после первого полугодия я перестала шарахаться от собственной фамилии, названной вслух. Но осадочек-то остался, поэтому мечта вырваться из стен школы и больше никогда в них не заходить стала не такая яркая, но всё же осталась.

И вот счастливейший день в моей жизни был уже совсем близко. Я заканчивала одиннадцатый класс, активно ходила на подготовительные курсы в университет и нашла ту самую свою социальную группу, в которой мне было очень комфортно. Началось активное обсуждение выпускного. Но мы-то с вами пониманием, что ни в мои планы, ни в желания не входило провести один из лучших дней моей жизни там, откуда я долгие годы мечтала уйти и не вернуться. Я уже имела право «на голос», но сил идти против общественного мнения и «так надо» у меня было ещё недостаточно. Я просила Вселенную о помощи, больше рассчитывать было не на кого в этом вопросе. И она помогла: в день и час моего выпускного начинался тюменский фестиваль рок-музыки "Тюменские куранты 2001" и мы с подругой, как ответственные за музыку в нашей программе, не имели морального права, да и чего уж там, и желания, этот праздник жизни пропустить. Я с великим счастьем променяла выпускной на фестиваль, хэдлайнером которого были мои кумиры: панк-рок-группа "Король и Шут".

Мероприятие представлялось мне уж очень волнительным: "Неужели я правда увижу Горшка на расстоянии вытянутой руки и даже буду с ним говорить? Серьёзно? Я? И он прям на мои вопросы будет отвечать?! НИ-ЧЕ-ГО СЕ-БЕ!" Каким правильным словом описать всё счастье предвкушения этого счастливейшего дня – я не знаю. Всё бурлило внутри и делало это не день, и не два и даже не неделю, ведь мы задолго до самого события получили журналистскую аккредитацию. Да и чего её было не получить, на местные подобные мероприятия никакое другое телевидение не спешило приезжать, только мы, поэтому нас любили и встречали очень тепло. Да и мы сами, будучи очень вдохновленными этими мероприятиями, говорили об этом сугубо восторженно и очень хорошо, никаких гадостей или замечаний «что не так» никогда не говорили, мы их не видели просто тогда. Там всё было идеально и потрясающе, организм вырабатывал чувство восторга в неизмеримых количествах. Вообще эта эпоха жизни – телевизионная подростковая программа "Без шнурков" – место, где я не то, чтобы расправила крылья, но мне подсказали, что они вообще-то есть и в перспективе их можно расправить. Это то место, где в меня поверили люди. Впервые в жизни дали понять, что я не прозрачная и что-то могу. Позже в жизни я ещё встречу людей, которые дадут мне невероятную веру в себя и уверенность, что в этом мире я не одна, но здесь – впервые. И это было удивительно, такого тёплого чувства защищённости я не испытывала прежде никогда в жизни.

Однако вернёмся к подготовке к фестивалю. В школе я сказала, что на выпускной не пойду и никаких денег сдавать на него не буду, потому что у меня, извините, дела. И на «торжественное» вручение аттестатов о среднем образовании тоже не пойду, потому что, ну вы поняли, – дела. На меня посмотрели недоумевающе-осуждающим взглядом, впрочем, ничего нового, дело за столько лет, привычное, я же всё делала не то и не так.

С подругой мы долго обсуждали как бы феерично появиться на фестивале, чтобы отметить праздник. Первая идея, которая пришла в голову – вышить логотип "Короля и Шута" на каком-нибудь максимально видном месте и ничего лучше, чем сделать это на шейной повязке я не придумала. Ох это было очень круто ходить в такой штуке на фестивале. Футболки, толстовки с логотипами были уже много у кого, а вот вышитый логотип на шее – только у нас. Но приезд "Короля и Шута" был слишком значимым мероприятием, чтобы ограничиться только этим. Мне было 16 лет и за неделю до фестиваля подружка покрасила меня в русой блондинки в рыжий цвет! Это был последний день, когда люди видели меня натуральной блондинкой, коей я вообще-то на самом деле и являюсь. Итак, я огненно-рыжая (как мне казалось, но фотки и видео настырно отображают несколько иное положение вещей, ну да не суть), с вышитой повязкой на шее и страшно-крутой подружкиной джинсовке, которая вообще-то мне не совсем по размеру, но от этого не менее крутая.

Мы приехали на фестиваль огромным табором: два режиссёра программы, ведущий и оператор. И нас с подружкой двое. Прошли через турникет вне всякой очереди и билетов, и уже считали себя знатно прыгнувшими выше собственной головы. Ну может не мы, но я точно. Фестиваль начался, тюменские команды выступали и выступали, всё мероприятие знатно затянулось, мы взяли все нужные интервью, делать по сути было уже нечего, съёмочное время закончилось и все поехали обратно в студию, но впереди финал, поэтому мы с подружкой остались и сидели за кулисами. С Горшком и Князем (исполнители группы)!

Четыре (!!) счастливейших часа в моей жизни мы тусовались вместе, ели какие-то бутеры, ходили им за пивом (в 16 лет да, не спрашивайте), но им нельзя было выходить за кулисы, их же там боготворил каждый первый, они бы не вернулись обратно ни при каких условиях, потому ходили мы (ладно, пиво тогда ещё спокойно и законно продавали любому желающему, напомню за окном истории 2001 год), и болтали с ними всякую болтовню. Конечно сейчас я уже не помню подробностей ни разговоров, ни в целом всего этого времени, но до сих пор ощущаю этот нечеловеческий кайф, когда вспоминаю об этом.