Чтение онлайн

«Джейк Диллинджер тоже находится в больнице с ожогами».

Джейк? Дерьмо. Почему сразу не сказал?

«У меня включена функция дозированного предоставления данных. Хочешь ее выключить?»

Нет-нет, пусть остается… Ой, начнутся сплетни…

«Отличный повод пообщаться с Кристин».

Заткнись! Забудь об этом!

«Почему?»

Два человека в больнице! Имей хотя бы каплю уважения к пострадавшим, а то и умирающим.

«Зачем?»

Затем.

«Смерть Эминема тебя не слишком огорчила».

Он же звезда! Такие, как он, должны умирать!

«У тебя плохие родители. Ты знаешь об этом?»

С чего вдруг?

Встаю, машинально делаю шаг, другой и вновь плюхаюсь на кровать.

«Им следовало подготовить тебя к подобным ситуациям. Меня программировали для достижения успеха в жизни, а не для помощи скорбящим».

Валюсь навзничь и принимаюсь размышлять о Риче. Ну и о Джейке – тоже. Правда, о Джейке – совсем чуть-чуть. Ведь когда я в последний раз его видел, он трахался. А когда мы в последний раз виделись с Ричем, он мне улыбнулся. Получается, каким бы крутым ни сделался Рич, в итоге он приплыл туда же, откуда пытался уплыть: швырнул в меня пепельницу и ныл, лежа в одиночестве на диване.

Господи! Пепельница! Он обдолбался, не выключив СКВИП! Ничем хорошим это кончиться не могло. Хотя СКВИП у Рича уже несколько месяцев. Похоже, парень экспериментировал, проверяя, что будет.

«Не исключено».

Блин.

С помощью СКВИПа, отправившего мои синапсы в гибернацию, мне удается уснуть. Однако сны мои он не проконтролировал: безлицый, обгоревший Рич смеется надо мной, тычется в меня головой, чтобы я похлопал его по макушке, протягивает стакан с какой-то выпивкой, в которой плавает таблетка.

В половине девятого утра звонит телефон.

– Вот дерьмо! – кричит Майкл. – Какое же дерьмо! Я тебя разбудил?

– Ага, – сиплю я.

– Алло, – врывается в разговор голос мамы, взявшей трубку внизу.

А ведь она прекрасно знает, что я уже говорю. У нее была масса времени, чтобы это понять. Значит, пытается влезть в мою жизнь.

«Совершенно верно».

– Мам, это меня.

– Джереми, ты уже встал? Нам надо поговорить…

– Мам, давай минут через пять, а?

– Ну хорошо. Вчера ты очень поздно вернулся домой, – укоризненно произносит она и отключается.

Все это время Майкл сопит в трубку.

– Там был пожар, чувак, – бубнит он. – Дом Финдерманов сгорел. Кажется, кто-то решил дунуть рядом с газовым баллоном в подвале, и… бабах! Полдома как не бывало.

– Я так и знал.

– Правда?

– Угу.

– То есть это ты?..

– Нет! Забыл о пожарных машинах?

– Черт, а ведь точно.

– Пожарные машины пронеслись мимо со скоростью под восемьдесят, когда я вел тачку второй раз в жизни, а ты, пьяный в сосиску, валялся с Николь…

– Чел, знал бы ты, какая она классная!

В трубке снова щелкает.

– Извините, что беспокою вас, мальчики, – говорит мама, – но, Джереми, ты случайно не видел ключи от папиной машины?

Млин, они так и остались у меня в кармане!

«Скажи, что не видел».

– Не-а, не видел. Мам, а можно я с Майклом поговорю?

– Ладно, ладно. – Она отключается.

– Слушай, бро… – начинаю я, но Майкл меня опережает.

– Вроде бы есть погибшие. Я слыхал, Рич умер.

– Нет! Он в реанимации!

– Откуда ты знаешь?

«Скажи, что от Кристин».

– С Кристин разговаривал только что.

– Правда? Это хорошо. Я тут немного спятил от всего этого. Может, встретимся? Хочу поболтать с тобой о Николь.

«Некогда. Достань ключи».

– Не могу, чел. Но спасибо за предложение, – бормочу я. – Потом поговорим, ага? И Рич не умер.

Все правильно?

«Да».

– Окей. Тогда пока. – Майкл вешает трубку.

«Оставь ключи в ванной».

Бегу в уборную, присаживаюсь помочиться, умываюсь (глаза у меня мутные), безжалостно бросаю ключи в унитаз и возвращаюсь в свою комнату. Фломастером пишу записку «Не беспокоить! Директор», вешаю на дверь и ложусь в постель. Только тут до меня доходит, что за утро я еще больше устал, чем вчера. Беру телефон и опасливо набираю номер, записанный на бумажке.

«Нет!»

Да.

– Привет, Кристин, – торопливо произношу я, – это Джереми. Ты слышала, что случилось после того…

– Это не Кристин. Это ее мама.

– Ой.

– Ты знаешь, который час? Будь добр, не звони больше в такую рань.

Она дает отбой.

– Ключи! – вопит мама из сортира.

«Спи, Джереми».

Ага. Мне нужно поспать. Окружающий мир расплывается. Закрываю глаза. Надо еще часик покемарить. Когда меня вырывает из сна резкий звук, свет за окном уже не похож на утренний. Он ослепляет. Невольно заслоняю глаза рукой.

Дз-з-зинь! Дз-з-зинь! Телефон. Не вставая, снимаю трубку.

– М-м-м?

– Джереми?

Какая-то девочка… Кристин?!

«Да».

– Кристин! Где ты взяла мой номер?

– В автоматическом определителе, разумеется. Это ведь ты звонил в половине девятого? Что-то случилось? Ты в порядке?

– Черт, вроде да, – закрываю лицо ладонью.

«Все хорошо. Не ругайся при ней. Кстати, сейчас двенадцать тридцать».

– Я очень волновался.

– Догадываюсь. – Она вздыхает.

– Ты уже знаешь? – Сажусь в постели.

Ее голос успокаивает.

– Погоди. Объясни, зачем ты звонил так рано?

«Скажи правду».

– Я… ну… хотел рассказать тебе о пожаре.

– Мило с твоей стороны. А сам от кого узнал?

«От Майкла».

– От Майкла. Он увидел пожар, когда возвращался домой.

От вранья сразу же начинают гореть уши.

«Не дергайся. Ложь сейчас неизбежна».

– Понимаешь, по воскресеньям нам редко звонят в половине девятого утра.

– Твоя мама сильно рассердилась?

– Переживет.

– А она-то, наверное, надеялась, что звонит ее поклонник.

– Прекрати! – Кристин прыскает со смеху.

И тут до нас обоих доходит, о чем мы должны говорить.

– Надо же, какое идиотство с этим пожаром, – продолжаю я. – Ты что конкретно слышала?

– Все. Куда больше, чем хотелось бы. Давай сменим тему.

– Э-э-э…

«Стыдные подробности из жизни родителей. Уныло, зато безопасно».

– Мой отец постоянно лопает арахисовые «Орео» с арахисовой пастой.