Чтение онлайн

–  Возможно, я словно с луны свалился, - сказал Джон, - но простите глупый вопрос-зачем ему был нужен другой договор на куплю Крокэм Корта? Ведь у него был подлинный договор о покупке 1936 года.

–  Тут вот в чем дело, - пояснил Генри, - предыдущий договор ему пришлось отдать банку, когда заложил поместье в 1937 году. Вам не кажется, что такой дубликат отлично пригодился в пиковой ситуации 1943 года?

–  Ну, если вдруг на то пошло, то человеку дубликаты никогда не помешают. Куда вы собрались?

–  В Ипотечный фонд Фермерской лиги, проверить все. Не хотите со мной?

–  А почему бы и нет?
– согласился Джон.
– Вижу, мне все равно не удастся сосредоточиться, пока в шестнадцатой главе все не выяснится. Как вы все это раскопали?

–  Это все старый трюк с запонками, - пояснил Боун.
– Если мы поспешим, еще успеем на автобус. Заложить те же запонки дважды. Вчера вечером мне это объяснил один специалист.

Фермерская лига помещалась в том же здании, что и мистер Боун старший. Там не было ничего фермерского, кроме названия и эмблемы, соединившей два пшеничных колоса и серп. На самом деле это было сборище многолетних приверженцев частного предпринимательства, которые ссужали свои деньги фермерам под три с половиной процента. Хейзелридж уже говорил с ними по телефону, так что Боун и Коу были тут же проведены в кабинет управляющего. Мистер Мэнифолд был облысевшим стариком, несколько смахивавшим на аэростат. Заботы привели к тому, что в некоторых местах он несколько обмяк.

–  Надеюсь, - начал мистер Мэнифолд, - что тут проблем не будет. О смерти мистера Хорнимана мы конечно слышали. Большая утрата.

Мистер Мэнифолд на миг принял траурный вид.

–  Мы ожидали, что обычным способом нам будет подтверждено завещание и что исполнитель последней воли и дальше будет поквартально платить проценты. Следующий срок-в июле.

Боун решил, что грубая правда жизни успешно приведет толстяка в чувство.

–  Не сомневаюсь, - сказал он, - что проценты будут аккуратно вноситься и впредь, по крайней мере пока. Но, к сожалению, я должен сообщить вам, что залог под займ был совершенно иллюзорным.

–  Иллюзорным?
– Мистер Мэнифолд едва не испустил дух, потом опомнился и побагровел, словно получив долгожданную дозу гелия.
– Не будете любезны пояснить, как двести акров земледельческих угодий могут быть иллюзией?

–  У вас далеко бумаги по залогу?

–  Я попросил подготовить все бумаги, - обиженно заявил мистер Мэнифолд, - и вот мистер Фремлингхаус, наш юрисконсульт.

Фремлингхаус, рослый мужчина с пшеничными усами, в роговых очках, подсел к столу мистера Мэнифолда и положил перед собой пачку бумаг. Мистер Мэнифолд развязал красный шнурок и придвинул бумаги Боуну.

Единственного взгляда на них Боуну хватило, чтобы убедиться в своей правоте. Придвинул их Коу.

–  15 февраля 1880. Договор о передаче прав. Генри Болдерстон и компания на Джона Пратта. Объект Лонглиф Фарм в графстве Кент.

–  Насколько я помню, название объекта позднее было изменено, - заметил мистер Фремлингхаус.

–  Вот именно, - язвительно бросил Боун.

Теперь он занялся бумагами 1920 года. Договор был переплетен в виде книги, написанной вручную на пергаменте изящным, но безликим каллиграфическим почерком. Боун внимательно исследовал последний лист. Джон Коу и Фремлингхауз следили через его плечо.

–  Здесь все достаточно хорошо заметно, - сказал Боун.
– Последний лист был вшит дополнительно и прикреплен к обложке клейкой лентой.

–  Господи, - всплеснул руками Фремлингхаус, - Это же надо! Не помню, чтобы я когда-нибудь их так внимательно разглядывал-по крайней мере не с такой точки зрения. Ведь вполне обычное дело, что листы скрепляют клейкой лентой. Вы полагаете, что лист кто-то добавил. или подменил?

–  Совершенно верно, - подтвердил Боун.

–  Изумительно, - Джон показал пальцем на раздел, описывающий недвижимость.
– Так все просто; «Ранее известная под названием Лонглиф Фарм, а ныне уже несколько лет под названием Стэнкомб Фарм в графстве Кент.»

Фремлингхаус просмотрел все три договора с профессиональным интересом, граничившим с восхищением.

–  В первых двух договорах вообще нет планов, - заметил он.

–  Нет. Только список отдельных составных частей, их расположения и обычные нудные описания; «- Все эти отдельные участки, пахотные земли, пастбища и водные угодья, вместе с жилыми и хозяйственными постройками, и т. д., и т. п. «Я удивляюсь, как им не надоело все это выписывать-ведь все равно никто не читает.

–  Видимо, это пережиток тех времен, - заметил Фремлингхаус, - когда налог за сделки с недвижимостью платили с площади. Как видно, этот человек просто воспользовался последними строками договора-вот здесь-чтобы добавить слова:»Как изображено на прилагаемом плане. «И приложил собственный план. Подождите минутку. Он соответствует описанию?

–  Общая площадь примерно такая же, - сказал Боун, - В старых договорах размеры приведены в десятичной системе. Он перевел в ярды, чтобы это соответствовало его участку.

–  Здорово! Великолепно!
– не выдержал Фремлингхаус.

–  Послушайте, Фремлингхаус, - заметил мистер Мэнифолд, - мне кажется, мы платим вам как раз за то, чтобы вы нас защищали от подобных вещей.

–  Ни один специалист не сможет защитить вас от умышленного подлога, - огрызнулся адвокат.
– На первый взгляд этот договор переводит права собственности Стэнкомб Фарм на Эзекиеля Джедда. Договор оформлен по всем правилам и явно безупречен с правовой стороны. Вот вам еще один безупречный договор, которые переводит то же имущество с Эзекиеля Джедда на Абеля Хорнимана. Кто может требовать большего?

Мистеру Мэнифолду пришла новая мысль.

–  А как же наш оценщик? Если Стэнкомб Фарм не существует, то что же он оценивал? Или его заключение тоже подделано?

–  Как я вижу, вы недооценили всю изящность замысла, - заметил Боун.
– Когда оценщик отправился в Кент на осмотр недвижимости, он разумеется вошел в контакт с владельцем-назначил с ним встречу и так далее.

–  Разумеется.

–  А владельцем Стэнкомб Фарм-о котором сегодня мы знаем, что это порождение его собственной буйной фантазии-был Абель Хорниман. Я полагаю, что Абель встретил вашего оценщика с машиной и лично провез того по своим владениям. Потому он и включил в поддельный договор не вымышленный план, но план Крокэм Корта. Все было очень тщательно продумано.

В глазах мистера Мэнифолда мелькнул проблеск надежды. Он указал на последний договор.

–  Если это действительно план Крокэм Корта, - заявил он, - то мы же можем настаивать на том, что наша ссуда распространяется на этот объект-как бы он не именовался в договоре.

–  Конечно можете, - признал Боун.
– Но только проку вам от этого не будет. Та ферма уже заложена в Народном земледельческом банке.

–  Почему вы этого не обнаружили, Фремлингхаус?
– взорвался мистер Мэнифолд. Мысль, что не на кого свалить вину, была для него непереносима.
– Не заглянули в земельные кадастры? Наверняка провели только формальную проверку.