Чтение онлайн

Оказавшись на свободе, Спайроу первым делом отошёл от участка на значительное расстояние, а только потом посмотрел на часы. Они показывали 18:11 и это было не очень хорошо. Виктория Морен заканчивала свои выступления ровно в 18:00 и до этого самого момента она была в безопасности, ведь этот тип не посмел бы напасть на неё при стольких свидетелях. Но ему ничего не мешало расправиться с женщиной после окончания выступлений или просто наведаться к ней домой.

Сайксу пришлось пробежать парочку миль по пересечённой местности, прежде чем вдали показался большой дом, который больше смахивал на особняк. Сайкс успел заметить закрывающиеся ворота и сделать вывод, что Виктория уже дома. Он быстро осмотрел местность, надеясь обнаружить знакомый пикап, и ему это удалось. Машина стояла возле западной части ворот, а человек в чёрном на данный момент пытался перелезть через ограду. Сайкс выхватил пистолет и собирался выстрелить, однако цель уже была на другой стороне. Спайроу вытер пот с лица, отдышался, а потом разогнался и побежал. Запрыгнув на кабину пикапа, Сайкс прыгнул на ограду и схватился за неё обеими руками, а потом подтянулся. Потом он побежал к главной двери, ведущей в дом. Войдя внутрь, Сайкс оказался в большом холле. Справа и слева Спайроу увидел несколько дверей, а также две лестницы, ведущие на второй этаж дома. На втором этаже, рядом с окном стояла Виктория, которая печально смотрела вниз, пока не заметила охотника за головами.

Джилл сейчас направлялась в полицейский участок, и непоколебимости в ней на данный момент было выше крыши. В этот день она стала свидетелем стольких совпадений, что нужно было отыскать верный ответ на каждый вопрос. А этот ответ знал только один человек, с которым Джилл и собиралась сейчас встретиться. Около участка она наткнулась на группу полицейских, которые о чём-то разговаривали. Джилл прошла мимо них и вошла в полицейский участок.

– Ничего не выйдет!
– сказал первый же полицейский, который попался ей на глаза.

Он сидел за столом и работал с бумагами, изредка стряхивая пепел с сигареты. Но только этот тип не казался простаком, и Джилл показалось, что она где-то видела этого человека.

– А в чём собственно дело?
– поинтересовалась она, стараясь, чтобы её голос звучал высокомерно.

– К Спайроу не допускаются свидетели. Если вы хотите внести залог, то приходите завтра!
– вежливо, но без улыбки проговорил полицейский.

Новость о том, что Сайкс сейчас арестован (хотя на данный момент он уже был на свободе, но об этом никто не знал) потрясла Джилл. Однако она не открыла от удивления рот, а только усмехнулась.

– Да мне и не нужен этот идиот. Я хотела поговорить с другим заключённым. Его зовут Трент Донован.

– А вы, собственно, по какому вопросу?
– подозрительно спросил полицейский.

– По личному и очень щекотливому, - миловидно ответила Джилл.

Ей с самого начала не понравился этот тип. Дело было не во внешности или манерах, а в интуиции. Сейчас этот человек вёл себя совершенно спокойно, но Джилл точно знала, что ей не хочется попадаться этому типу под горячую руку. Уж больно властным и решительным он выглядел. Она была не далека от истины, ведь человек, сидящий перед ней, был не простым полицейским, а начальником полиции, ярым законником и трудоголиком. Проще говоря, это был Гордон Блэк. Он был абсолютно уверен, что Джилл как-то связана со Спайроу, но её безразличие не казалось неискренним или наигранным.

– Донован, значит. А кем вы ему приходитесь?
– задал Блэк ещё один каверзный вопрос, готовясь поймать Джилл на лжи.

– Я? Видите ли, это не так просто объяснить, - немного замялась Джилл, стараясь не вызывать подозрение.

– А вы попробуйте, - спокойно и без нажима проговорил Блэк.

– Я познакомилась с Трентом практически перед его арестом и он показался мне интересным человеком. Я считаю, что его арест-это какая-то ошибка и хочу подбодрить Трента, ведь он такой несчастный!
– ответила Джилл, стараясь, чтобы её голос звучал участливо.

Блэк какое-то время молчал. Тон говорящей был очень убедительным, но Гордон не верил ей. Сам он прекрасно знал, что арест Донована - это лишнее доказательство некомпетентности полиции Тлайкса, которая не поймает даже кабана, лишённого конечностей.

– Полагаю, десяти минут вам хватит?
– спросил Гордон, глядя на какие-то старые отчёты.

– Хватит.

– Тогда проходите.

Блэк специально не упомянул, что Донована должны были освободить в течение этого часа, в конце концов, у него были и другие проблемы, однако он решил подсмотреть за действиями Джилл, чтобы окончательно убедиться в её намерениях. Гордон поклялся сам себе, что если она попытается помочь Спайроу, то угодит в ту же камеру и пробудит там до конца своих дней. Сама Джилл догадывалась о существовании камер слежения, но ещё она знала о том, что эти камеры передают лишь видеоизображение, но не звук. Сам Донован с момента прошлого визита Джилл совсем не изменился: он сидел на кровати и с безразличием смотрел в одну точку.

– Донован, давно не виделись, - хмуро проговорила Джилл, подойдя к решётке.

– Добрый день, мисс... простите, не знаю вашего настоящего имени, - ответил Трент, даже не поворачивая головы.

– Оно сейчас не имеет значения. Хотя если мы перешли на личности, то почему бы не рассказать о других людях: о Виктории Морен, например?

При упоминании о Виктории, Донован всё-таки не смог сохранить самообладания и его взгляд стал более осмысленным.

– Я ничего не знаю, - ответил Трент, хотя Джилл уже поняла, что Донован лжёт.

Ей сейчас очень хотелось накинуть на этого меланхоличного дурака и вытрясти из него всю информацию. Обычно, Джилл старалась не проявлять эмоций по отношению к людям, фигурирующим в деле, но Донован даже её начал нервировать. Его арестовали не просто по ложному обвинения, а из-за недоразумения. Ему достаточно лишь объяснить ситуацию полицейским и выйти на свободу с чистой совестью. Но Донован не только не оправдывался, а скорее даже наоборот, хотел ухудшить своё положение.

– Послушай, Донован, вот только не делай из меня дуру!
– настойчиво и с молниями в глазах проговорила Джилл.
– Ты знаком с мисс Морен, а она знакома с тобой.

Чтобы подкрепить сказанное фактами, Джилл достала из кармана фотографию, которые она прихватила из дома Виктории.

– "Будьте счастливы. Т.Д." Что означает это Т.Д., я не буду спрашивать ведь и так всё понятно. На этой фотографии изображён ты, малышка Виктория, и, скорее всего, её отец.

– Да оставьте вы меня в покое!
– вспылил Донован и вскочил с кровати.

На этот раз Джилл не отпрянула назад, потому что и ожидала подобного эффекта. Если эмоции начинают возвращаться к Тренту, то это означает, что она дёргает за нужные ниточки, которые в конечном счёте приведут её к разыскиваемому убийце.

– Не могу. Не буду лгать - я всего не знаю. Однако, роль Виктории во всём этом деле... она не укладывается у меня в голове. Как она связана с разыскиваемым маньяком?
– настойчиво проговорила Джилл.

– А вы ещё не догадались?
– впервые за всё это время усмехнулся Трент.

– Я надеялась, что вы мне в этом поможете.

В этот момент Донован повернулся спиной к собеседнице, сделал несколько шагов по направлению к стенке и вздохнул. Это означало, что сейчас последует долгий рассказ, перевернувший жизнь этого человека.

– Виктория, - произнёс со всей присущей ему теплотой Донован.
– Он всегда гордился своей ненаглядной дочерью.

– Её отец?
– уточнила Джилл, хотя ответ и так был ясен.

– Уже в 7 лет она начала петь в хоре. Трудно было не прийти в восторг от этого ангельского голоса, которому в будущем было суждено стать светом в этой мрачной пустыне. Однако в 12 лет с Викторией произошло несчастье.

Эти слова дались Тренту с трудом (Джилл это поняла потому, что Донован сжал кулак, а потом три раза ударил изо всех сил по стене), но он решил не останавливаться на полуслове.