Беглянка
Шрифт:
Полуэльф скрылся за дверью ресторации, а я погладила жеребца по роскошной гриве.
«И отчего ты так близко к сердцу принял слова Кассиана? — спросила у него. — Меня действительно необходимо защищать, к чему обижаться? Он же хочет как лучше».
«Я не на него злюсь, а на себя. До сих пор удивляюсь, как пропустил того мужчину», — расстроенно покаялся Черныш.
«Я тоже пропустила. По сути, горожанин ничего не делал, стоял в сторонке, вот мы и не восприняли его как нападающего».
«А зря! В его руке был очень сильный артефакт, от него веяло темной магией, а это крайне опасно: с ее помощью можно навести порчу или проклятье, сделать калекой и даже убить».
«Тогда зачем изготавливают такие артефакты?» — удивилась я.
«Хозяйка, они тоже нужны. Их используют целители для сращивания конечностей и внутренностей, а также для оживления, если душа пациента еще не ушла за грань. Это только те функции, о которых мне известно, но большинство из них доступно исключительно магистрам магии».
«Откуда ты все это знаешь?»
«В семьях мэрганов между ближайшими родственниками существует особая ментальная связь: старшие передают знания младшим, и так из поколения в поколение. Я общаюсь с тобой или думаю о тебе, и мои близкие сразу присылают ответы на возникающие вопросы. Они моими глазами увидели артефакт и тут же рассказали про него».
«Да, страшная вещь. Неужели и правда меня хотели им убить?» — спросила Черныша, но тут на улицу вышел Кас с огромным бумажным пакетом, и мэрган замолчал.
От пакета шел умопомрачительный аромат свежих булочек и жареного мяса. Я невольно потянула носом и уставилась на Кассиана.
— Потерпи еще чуть-чуть, Кити, — попросил парень. — Выедем из Трансбурга и в лесочке перекусим. Заодно и отдохнем.
— Хорошо, — не стала спорить я. Есть хотелось сильно, но Кас прав, лучше побыстрее выехать из города.
Вскоре мы сидели на берегу озера и поедали купленные Кассианом вкусности. Затем, немного вздремнув, сели на своих питомцев и направились к дороге, узким серпантином поднимающейся в гору. Там, наверху, и была конечная точка нашего пути.
Я подняла голову и присвистнула. Меня, как скалолазку с опытом, горы не пугали, но я чувствовала, что приходит конец моему путешествию. Но не истории. Нечто загадочное и мистическое, какая-то тайна ждала впереди, и неизвестность пугала.
Вдохнув и выдохнув, я постаралась успокоить сильно бьющееся от страха сердце и первая ступила на тропу.
Кто-то считает, что горы — это нагромождение камней, где растет лишь пожухлая трава, но он в корне неправ. На самом деле горная местность летом покрыта цветущими лугами, лесами с ярко-зеленой листвой, а порой встречаются участки с растительностью синего или бордового цвета — особые виды деревьев и кустарников, которые произрастают только здесь, как пояснил мэрган. Речки и озера отличаются прозрачностью и чистотой, а горные вершины белеют снежным покровом. И вся эта красота сейчас простиралась перед нами.
Мы проехали удивительно красивое озеро и остановились у входа в пещеру, заросшего кустарниками. Невдалеке виднелся лагерь, и наверняка там ждали именно нас.
Магию, рвущуюся из пещеры, я уже ощущала всем телом. Она, словно игривый ребенок, взъерошивала мне волосы, подхватывала горсть песка и, делая воронки, бросала им то в меня, то в Каса. И одновременно выказывала недовольство тем, что я задержалась. Это было понятно по дважды ущипнувшим руку мелким искрам — не больно, но неприятно. Досталось и Кассиану.
Когда мы спешились на площадке, нас моментально окружило несколько воинов. Один из них, высокий и широкоплечий, с карими глазами, находился ближе всех к входу в пещеру, и обмундирование выдавало в нем командира. Впоследствии Кас это подтвердил.
— Рады приветствовать вас, миссис, и графа Авилье. Заставили же вы побегать, — произнес он и недовольно прищурился.
«Какой красавец!» — подумала я, но услышав в его голосе неприязнь и увидев брезгливо сморщенное лицо, отбросила эту мысль. Передо мной стоял напыщенный индюк, считающий, что его статус позволяет смотреть на окружающих сверху вниз. К тому же избалованный женским вниманием.
Я не ответила, хмыкнула и шагнула к пещере. Красавец попытался меня остановить, но замер, способный лишь злобно сверкать глазами, а я услышала шепот:
— Входи, видящая, не бойся. Я не причиню тебе вреда.
Тело пробила нервная дрожь, и я, схватив за руку Каса, потянула его за собой.
Резко стало темно, но через миг вновь посветлело. Мы оказались в большой пещере. Удивленно огляделись. Кроме черной глыбы посередине зала и сверкающих камней, усыпавших свод, здесь ничего не привлекало внимание.
— Подойди, видящая, к камню, и опусти ладони в выемки, — снова донесся откуда-то шепот.
Я посмотрела на Каса. Он одобрительно кивнул. Опасности в этом приказе парень не чувствовал.
Медленно подойдя к глыбе, я еще раз оглянулась на друга и положила обе руки на камень. Сначала ничего не происходило, а потом я ощутила сильную боль, и моя голова едва не взорвалась от информации, льющейся из камня.
Не выдержав, я потеряла сознание.
Глава 14
Интерлюдия
В кабинете одного из особняков столицы друг напротив друга сидели два мага — высокие, статные, с бросающейся в глаза военной выправкой. Хозяин кабинета, герцог Кадор Энемноген, седой, но еще крепкий мужчина с серыми глазами, внимательно слушал отчет графа Дорея Лиссимаха. Блондин с окладистой бородкой четко докладывал последние новости о девушке, в документах значившейся как «видящая номер двадцать». При каждом упоминании ее имени синие глаза графа сверкали от предвкушения. Но не любовных игр, а убийства. Он представлял, как воткнет кинжал в ее теплую плоть и будет наслаждаться агонией жертвы.
— Почему вновь произошла осечка? — выдернул его из мечтаний вопрос герцога.
— С ней полуэльф, а они способны на расстоянии обнаружить темную силу. Мы не ожидали, что она путешествует с сопровождающим, — поморщился белобрысый.
— Вы, граф, понимаете серьезность нашего дела? — прошипел Энемноген. — Не смотрите, что она слабая девушка, в первую очередь она — видящая, и после инициации получит информацию о готовящемся перевороте. Или вы желаете продолжать жить такой жизнью, какой живете, — под постоянным наблюдением людей императора? И молитесь Всесильному, чтобы ваши деяния не стали достоянием общественности. Тогда за вашу жизнь я не дам даже мидлона: аристократы обязательно отомстят за дочерей. К тому же наш монарх не привык, когда его распоряжения о домашнем аресте игнорируются. — Граф недовольно засопел, но не ответил. — Из-за вас, лорд Лиссимах, вся моя работа пошла насмарку. Я договорился, чтобы на судно напали, взяли в рабство графиню Китану Скаурин и продали при первом же удобном случае, и нанял людей, чтобы организовать на нее множество покушений. А наемники за спасибо работать не станут, им нужны рупаны, и чем больше, тем лучше. И кто их возместит? Вы, граф?! — герцог все сильнее распалялся и повышал голос. — Если видящая пробудит в себе дар, мы не сможем ничего с ней сделать, она перейдет под защиту мира! И если вы не прикончите девчонку в ближайшее время, на глаза не показывайтесь!