Чтение онлайн

Из приведенного краткого историографического обзора следует, что белорусскими учеными-историками и журналистами в последние годы проделана значительная работа по изучению, отражению в научных и научно-популярных изданиях и прессе и популяризации событий периода 1914–1918 гг. Однако следует признать, что большинство научных статей, опубликованных в журналах и сборниках, посвящены отдельным, узким, регионального характера вопросам из событий Первой мировой войны. В основном это краткие, справочного характера статьи в энциклопедических изданиях и в историко-документальных хрониках районов и городов Беларуси – книгах «Память», увидевших свет в 1985–2006 гг. До сих пор не до конца исследованными остаются вопросы проведения всеобщей мобилизации в белорусских губерниях, формирования дружин государственного ополчения, их функциональной деятельности и участия в сражениях. Требуют более глубокого изучения вопросы эвакуации населения, предприятий и учреждений, проведения реквизиций у местных жителей скота, продовольствия и фуража. Необходимо дальнейшее осмысление причин и факторов, оказывавших влияние на изменение морально-психологических настроений в армейской среде и обществе, раскрытие социально-классовой структуры и национального состава российских войск, дислоцировавшихся и формировавшихся на белорусских землях. Требует более глубокого исследования проблема беженства из белорусских губерний и реэвакуация беженцев в родные места после окончания войны. Необходимо всестороннее изучение такого нового явления для XX века, как женская мобилизация, привлечение женщин к возведению оборонительных укреплений и дорожно-строительным работам, их участие в лечебно-оздоровительной, санитарной и благотворительной деятельности. Пока неизученной остается проблема детской беспризорности в годы войны, забота государства об устройстве приютов, организации школьного обучения детей.

Исследование проблем военной истории Беларуси периода Первой мировой войны затруднено тем обстоятельством, что основной комплекс архивных документов по данной теме находится за пределами Беларуси (в центральных архивах России, Украины, Литвы, Польши и Германии). Белорусские историки зачастую не имеют возможности для долговременной научно-исследовательской работы в архивах Москвы, Петербурга, Киева, Вильнюса, Варшавы, Берлина.

Во втором издании монографии, наряду с освещенными в первом варианте книги вопросами (мобилизация в белорусских губерниях и пополнение до штатов военного времени соединений русской армии, дислоцировавшихся здесь к началу Первой мировой войны; формирование новых частей действующей армии и дружин государственного ополчения; сосредоточение и развертывание войск для начала военных действий и участие в сражениях в Восточной Пруссии, Галиции и на территории Царства Польского; эвакуация населения, учреждений и предприятий, решение проблемы беженства мирных жителей, боевые действия на белорусской земле, падение морально-боевого духа в войсках и последствия этого явления; заключение перемирия с противником и нарушение германцами мирного договора, захват ими почти всей территории Беларуси) дополнительно исследованы и впервые в историографии описаны в шести новых главах проблемы отступления российских войск (в их числе сформированых в белорусских губерниях военных подразделений) на белорусские земли и сражения здесь в 1915 г., более широко раскрыты наступательные операции (Нарочская и Барановичская) русских в 1916 г. и летнее наступление 1917 г. в районе Крево, показаны преследуемые цели, управление войсками и итоги сражений. Приведены условия заключения Брест-Литовского мирного договора, оккупационной политики германского военного руководства; положение мирного населения и его сопротивление оккупационному режиму в белорусском регионе в 1918 г.

Источниковой основой исследования явились в основном архивные документы, хранящиеся в Российском государственном военно-историческом архиве (РГВИА), Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ), Национальном историческом архиве Беларуси (НИАБ), Национальном архиве Республике Беларусь (НАРБ). Особое внимание было уделено изучению приказов и распоряжений и переписки Ставки Верховного главнокомандующего со штабами Северо-Западного (с августа 1915 г. – Западного) фронта, а последних – со штабами 1, 2, 3, 4 и 10-й армий; приказы и журналы военных действий корпусов и дивизий, входивших в состав названных армий, многие другие документы и материалы.

Нараставшие с конца XIX в. экономические и геополитические противоречия между ведущими государствами Европы привели к Первой мировой войне 1914–1918 гг. Начавшись столкновением между Тройственным союзом (Германия, Австро-Венгрия, Италия) и Антантой (Англия, Франция, Россия), война вовлекла в свою орбиту более 30 государств на всех континентах и впервые в истории приобрела мировой характер.

Белорусская земля так же, как и земли Малороссии, Царства Польского, Лифляндии и Курляндии, являлась форпостом Российской империи на Западе и в первые же дни войны была объявлена на военном положении. Сразу же по объявлении мобилизации в русскую армию пополнялись дислоцировавшиеся здесь и формировались новые войсковые части и подразделения, выдвигаясь затем в места сосредоточения и развертывания для начала военных действий.

Следует отметить, что телеграфное сообщение из Петербурга о «высочайшем повелении призвать чинов запаса и ратников ополчения первого разряда с поставкой лошадей и повозок с упряжью, согласно мобилизационному расписанию 1910 года», поступившее вечером 17 июля [19] , не застало врасплох белорусские губернские и уездные власти. Нестабильность миропорядка в Европе тут была замечена задолго до начала военного конфликта. Минский губернатор Я. Е. Эрдели еще 11 марта 1912 г. под грифом «Совершенно секретно. Циркулярно» сообщал полицмейстерам и уездным исправникам губернии о том, что «по подготовительным работам учреждений Красного Креста и воинских частей, квартирующих в гор. Минске, можно предположить, что политический горизонт омрачен некоторыми разногласиями соседних с нами государств и что при всем нежелании войны наша империя может очутиться в таких условиях, при которых нельзя будет уклониться от военных действий». Еще тогда губернатор предписал полицейским властям «немедленно дополнить, поправить, сличить и согласовать все свои подготовительные работы (по мобилизации. – М. С.)… с работами местных уездных по воинской повинности присутствий, приняв меры к тому, чтобы эти работы… находились в полном порядке» [20] .

В связи с этим в западных округах активизировалась работа по уточнению и совершенствованию мобилизационных планов, отрабатывались временные рамки мобилизации запасных нижних чинов и ратников ополчения, оповещения их и населения путем проведения «пробных» мобилизаций во взаимодействии полицейских властей с воинскими начальниками: по распоряжению Министерства внутренних дел (МВД) полицейские власти на местах для штабов военных округов составляли сведения «о наличном числе годных для войск лошадей, повозок и комплектов упряжи» по данным переписи в каждом военно-конском участке с целью «составления расписания для правильного распределения по частям войск в зависимости от времени доставки их на сдаточные пункты» [21] . Также проводились и другие военно-мобилизационные мероприятия.

Благодаря соответствующей подготовке губернские и уездные власти оперативно отреагировали на телеграфное сообщение о мобилизации. Например, минский полицмейстер, получив телеграмму вечером 17 июля, в течение двух часов нарочным порядком разослал участковым приставам города заранее заготовленные «особые красные конверты» с объявлениями для населения и личного оповещения мобилизуемых. По распоряжению Минского уездного воинского начальника началась организация и оборудование сборного пункта для приема и медицинского осмотра мобилизуемых, временного их расквартирования и обеспечения порядка [22] .

Явка чинов запаса в соответствии с предписанием была назначена на 8 часов утра 18 июля. Прием и отправление их в воинские части производились на второй-пятый дни мобилизации.

В Минске признанные годными к службе чины запаса поступали на пополнение квартировавшихся тут частей 4-го армейского корпуса, 30-й и 76-й артиллерийских бригад, 30-го паркового артиллерийского дивизиона, 30-й пехотной дивизии, 119-го Коломенского и 120-го Серпуховского пехотных полков. На территории Минской губернии мобилизованными комплектовались дислоцировавшиеся в Несвиже 40-я артиллерийская бригада, в Барановичах – 6, 9 и 10-й железнодорожные батальоны, в Бобруйске – 301-й Бобруйский и 302-й Суражский пехотные полки, 12-й обозный батальон, в Лиде – 4-я авиационная рота [23] .

Как видно из донесения губернатора Витебской губернии в МВД, «объявленная мобилизация, благодаря подробной разработке мобилизационных планов и детальному ознакомлению с ними лиц», непосредственно руководивших мобилизацией на местах, «прошла успешно» [24] . Мобилизованными комплектовались 25-я и 43-я артиллерийские бригады, 99-й Ивангородский, 100-й Островский, 106-й Уфимский и 114-й Новоторжский пехотные полки, 5-й железнодорожный батальон, другие части, квартировавшиеся на территории губернии [25] .

Организованно и спешно проходила мобилизация и в Гродненской губернии. К этому понуждало и командование. Так, командир 19-го армейского корпуса генерал В. М. Горбатов-ский, штаб которого дислоцировался в Брест-Литовске, в своих телеграммах начальникам 17-й и 38-й пехотных дивизий требовал «ввиду серьезности положения, вести мобилизационные работы при полном напряжении. Все, что можно сделать раньше, чем назначено по мобилизационному плану, должно быть сделано» [26] . В Гродно уездным воинским начальником были организованы подготовка помещения для приема и медосмотра запасных и ратников ополчения, оборудование питательного пункта, определены места расквартирования мобилизованных. Из прошедших медицинскую комиссию комплектовались маршевые роты, которые направлялись к пунктам формирования воинских частей. На территории губернии пополнялись дислоцировавшиеся тут части 2-го и 19-го армейских корпусов, 26, 38 и 75-я артиллерийские бригады, 17, 26, 38 и 43-я пехотные дивизии, 102-й Вятский, 171-й Кобринский, 172-й Лидский пехотные полки, 3-й обозный и 4-й саперный батальоны, другие части, а также подразделения гарнизона Гродненской крепости [27] .

Проводилась мобилизация чинов запаса и в Могилевской губернии. Например, в Могилеве формировался 303-й пехотный Сенненский полк, в Быхове – 30-я артиллерийская бригада, в Чаусском уезде – 11-й обозный батальон [28] .

Архивные документы свидетельствуют, что в целом по белорусским губерниям мобилизация военнообязанных проходила успешно и в основном своевременно. Об этом в штаб округа в Вильно сообщал 24 июля минский уездный воинский начальник полковник М. П. Горбачев: «Формирование команд запасных нижних чинов окончено полностью» [29] . По словам донесения председателя Гродненского уездного присутствия А. И. Ушакова гродненскому губернатору, «результаты призыва благоприятны» в Гродненском уезде, где до 24 июля со сборного пункта к нему явились 4900 человек из 5000 призываемых [30] .