Чтение онлайн

В конце концов, мама вовсе не ошибалась насчет Бикона. Там обосновался Озпин, представлявший для Жона немалую опасность. Одна единственная ошибка легко могла привести к смерти. Разумеется, ничего подобного так и не произошло, но это же не означало, что мама была не права.

Итак, Жон восстал против решения Салем, как вполне могли сделать жители Атласа, если им не понравится вердикт их Совета.

– Вот ведь дерьмо… Получается, что у них просто нет никакого выбора, да?

Проклятье, теперь Жон еще и немного им сочувствовал.

“Можно мне внести одно предложение?”

– Давай. Сейчас я уже близок к отчаянию.

“Тебя обучали самые хитрые существа Ремнанта, чтобы ты когда-нибудь стал правителем Гриммов. И пусть в итоге тебе захотелось устроить мир во всем мире, но это вовсе не делает их уроки абсолютно бесполезными для твоих целей. Воттс обучил тебя планированию, Синдер – притворству и обману, Хазел – терпению, а Тириан… Тириан научил тебя тому, о чем мы договорились никогда больше не упоминать”.

– Ага, – согласился с ним вздрогнувший Жон.

“Как бы там ни было, я говорю о том, что при всех их недостатках эти четверо легко справлялись со всеми своими врагами. Та же Синдер в одиночку уничтожила бы Бикон, если бы не твое вмешательство”.

– Возможно…

“А ты, Жон, являешься ее учеником”.

– Являлся, – поправил он Реми, слегка при этом прищурившись. – Но ты прав. Стоит продемонстрировать всем то, чему я у нее научился.

***

Янг немного удивилась, когда к ней пришли солдаты и потребовали следовать за ними. Удивилась и разгневалась, хотя за последнее ее вряд ли можно было винить. Если уж ты целую неделю не дышал свежим воздухом и не видел солнечного света, то запихивание в неприметный автомобиль наверняка вызовет немалую ярость. К тому же на нее тут же нацепили даже не наручники, а целые кандалы и не спешили опускать оружие.

Машина вырулила на дорогу, а спереди и сзади от нее пристроились еще две, формируя небольшой конвой.

– Итак, теперь-то ты мне скажешь, куда мы направляемся? – спросила она у ближайшего солдата.

Тот ничего ей не ответил.

– Молчишь, да? Ох уж мне это гостеприимство Атласа.

Ничего иного Янг и не ожидала, но молчание ее все-таки раздражало. Они так до сих пор и не сказали, за что ее вообще поместили под стражу. Даже какое-нибудь обвинение в пособничестве Гриммам до сих пор не было озвучено.

Так какое тогда они имели право удерживать ее в камере?

“Я могу сломать эти штуки, мам”, – произнес Инь.

Янг почувствовала, как напряглась рука под его контролем и с гордостью улыбнулась.

“Всё хорошо, милый. Не стоит. Не будем их пока что пугать”.

“Ладно. Но мне не нравится сидеть взаперти…”

“Мне тоже. Но мы подождем. Долго это не продлится”.

Так или иначе она отсюда выберется. Если и не из-за того, что Атлас ее отпустит, то просто пробьется силой. Вопрос заключался лишь в том, сколько людей пожелает встать у нее на пути.

Иногда очень хотелось иметь Проявление вроде того, что было у Рейвен.

Автомобиль двигался около двадцати пяти минут, и всё это время на нее молча смотрели трое солдат. Сама Янг прикрыла глаза, не желая видеть их взгляды. Только когда снаружи раздались приглушенные выкрики, она поняла, что они наконец прибыли в точку назначения.

Какая-то часть Янг едва не впадала в истерику при мысли о том, что ее сейчас вели на казнь. По крайней мере, крики на улице были какими-то гневными.

Когда дверь распахнулась, ее вытащили наружу за руку – человеческую руку – и накинули сверху белое пальто. Не на плечи, а на голову, чтобы скрыть ее лицо. Выкрики, вспышки фотоаппаратов и какие-то странные вопросы сливались в один неразборчивый гул.

Рука толкнула ее в спину, призывая двигаться.

– Куда? – недовольно прошипела Янг.

– Вперед, – подсказал один из солдат, снова подталкивая ее в спину. – И не пытайся что-либо предпринять.

– И что же я, по-твоему, должна предпринять? Ай! – споткнулась она о собственный каблук и полетела на землю из-за еще одного толчка. Закованные в кандалы руки уперлись в асфальт. – Эй, осторожнее! Я из-за этой тряпки ничего не вижу. Полегче там.

Солдаты, скорее всего, потеряв терпение, подхватили ее с двух сторон за руки и направили вперед. Не потащили, а просто повели, удерживая за локти.

Они прошли сквозь какую-то огромную дверь, которая тут же захлопнулась, практически полностью отрезая уличный шум. Еще пару минут ее вели по коридорам, где Янг видела лишь мраморный пол и нижние части многочисленных дверей по сторонам, пока наконец не остановились.

Это что, какое-то здание суда?

Если ее действительно собирались судить, то отец явно придет в ярость, поскольку никакого адвоката ей так и не предоставили. Она даже не знала, в чем именно ее обвиняли.

Может быть, в измене?

Впрочем, Янг понятия не имела, возможно ли вообще было обвинять в измене того, кто это Королевство даже ни разу не посещал и являлся гражданином другой страны.

Они прошли сквозь еще одну дверь, и в этом месте было тихо вовсе не потому, что там никто не присутствовал. Слышались скрипы кресел, покашливания и прочее звуки, но все почему-то молчали.

С ее лица наконец сняли пальто.

Первым делом Янг увидела множество людей. Множество очень важных людей, сидевших вокруг того места, где она стояла. Вторым ей на глаза попался Жон, поскольку находился тот всего лишь в нескольких метрах от нее.

И он изменился.

Ну, то есть не сам Жон – в конце концов, с момента их расставания прошла всего лишь неделя – а его внешний вид.

Исчезла мешковатая толстовка и голубые джинсы, а также кроссовки, беспалые перчатки и дурацкие кусочки брони. Их место занял дорогой черный наряд из строгих штанов и застегнутого на все пуговицы камзола, казалось, пришедшего прямиком из какой-то боевой фантастики.

Сапоги были всё того же черного цвета, но блестели и доставали примерно до середины голени. На дорогом поясе висел знакомый меч, а на плечах лежал тяжелый на вид темно-бордовый плащ, сдвинутый так, чтобы не закрывать оружие.

Жон посмотрел ей в глаза. Его собственные оставались всё такими же темно-синими, но вот хмурое выражение лица оказалось чем-то новым. Впрочем, оно предназначалось вовсе не ей, а похитившим ее людям.

“Папа!” – воскликнул Инь.

“Вот ведь дерьмо. А я-то называла его папочкой”.

“Что? Я не понимаю”.

“П-потом объясню. Когда немного подрастешь”, – мысленно ответила Янг.

Если Жон считал, что она позволит ему вернуться обратно к джинсам и толстовке, то глубоко заблуждался.