Чтение онлайн

– Думаю, Айронвуд и Сиенна тоже это понимают, – сказал Рен. – Иначе их не было бы с нами. Тот же Айронвуд легко мог всё предотвратить, отказавшись передавать нам Реликвию Созидания и куда-нибудь ее запрятав. Но он не стал так поступать. И более того – лично принес ее сюда.

– Зачем всё останавливать? – спросила Янг, прикоснувшись к руке Жона. – У тебя есть какие-то сомнения?

– А разве у вас всех их нет?

Остальные некоторое время переглядывались друг с другом, не решаясь ему ответить. Вопреки всем их возражениям против мысли отменить призыв Богов, ни у кого не нашлось достаточно уверенности в правильности этого поступка.

Ответила ему Эмеральд:

– Сомнения у меня имелись пару дней назад, а сейчас они уже породили свои собственные сомнения и сомнения сомнений. Но это вовсе не означает, что нам следует всё бросить.

– Хорошо сказано, – похлопала по плечу свою верную служанку Вайсс. – Мы все очень сильно нервничаем, но в этом нет абсолютно ничего удивительного. Просто мы являемся людьми.

Блейк кашлянула.

– И фавнами, – закатила глаза Вайсс. – Я имею в виду, что сомнения – это совершенно нормально. Уверена, что Озпин, Салем и Айронвуд тоже их испытывают. Но всё это не меняет того факта, что нам необходимо действовать. Кто-то должен закончить уже начатое дело, и ты, Жон, прекрасно об этом знаешь. Так зачем же отступать?

Поскольку его загнали в ловушку, то он мог ответить только одно:

– Потому что вы все выглядите так, будто именно этого и желаете…

Вайсс смущенно отвела от него взгляд, как, впрочем, и Руби.

– В каком-то смысле так и есть, – признала его правоту Янг. – Но это не означает, что мы должны оставить дело незавершенным. Я вот хочу всё бросить и куда-нибудь спрятаться каждый раз, когда отец ведет меня к стоматологу, но ведь всё равно туда иду.

– Мне кажется, что призыв Богов слегка отличается от установки пломбы или выдирания зуба.

– Ага. Между походом к стоматологу и концом света лично я выберу последнее.

– Это точно, – кивнула Нора. – С Богами еще можно сразиться, а за побитого стоматолога меня очень сильно ругали.

– Ты ему челюсть сломала, – заметил Рен.

– А он мне зуб вырвал!

– Именно это от него и требовалось.

– Без разницы.

Спор Норы с Реном развеял царившую до этого мрачную атмосферу и заставил остальных рассмеяться. Впрочем, судя по ухмылке первой и отсутствию каких-либо усилий по донесению до нее мысли о неприемлемости подобного поведения со стороны второго, они это сделали специально.

Янг привлекла к себе внимание Жона касанием его ноги и кивнула на дверь. Поскольку обед уже закончился, он послушно поднялся из-за стола и последовал за ней. Остальные их ухода, похоже, так и не заметили.

За столь недолгое пребывание в башне Янг довольно быстро научилась ориентироваться в хитросплетении ее коридоров, так что на поиски уединенного места у нее много времени не ушло.

– Ты ведь не испытываешь никаких сомнений в правильности наших действий, да? Тех самых сомнений, о которых говорила Вайсс.

– Ну…

– Я имею в виду, что тебя тревожат не только и не столько они, верно? – уточнила Янг, осмотревшись по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии кого-либо постороннего, а затем взяла его за руку. – Несмотря на твой титул кронпринца Гриммов и всё прочее, никто не считает, что ты чем-то от нас отличаешься. По крайней мере, никто из нас так не думает.

– Знаю.

– В этом есть как хорошие, так и плохие стороны. Для Вайсс ты всё еще остаешься напарником-идиотом, для Руби – парнем, который флиртовал с ней и по ошибке принес букет цветов мне.

Янг поцеловала его, но после этого немного отодвинулась, не дав увлечься этим процессом.

– Мы не видим в тебе начальника. Рен с Блейк работали в Менаджери не из-за твоих приказов, хотя и в твоих интересах. Просто они верят, что ты ведешь нас в правильном направлении. То же самое касается и Вайсс в Атласе. Она отправилась договариваться с Айронвудом не из-за твоей просьбы, а потому что желала доказать самой себе, что сможет это сделать.

Жон не понимал, к чему Янг вообще затеяла этот разговор, но ему нравилось находиться в ее объятьях.

– И насчет призыва Богов… Это просто какое-то безумие… – пробормотала она.

– Знаю. Именно поэтому я-…

– Нет-нет-нет, – прижала палец к его губам Янг. – Позволь мне сначала закончить. Это безумная идея, и ее предложил ты. Но мы согласились на нее вовсе не потому, что ты нам что-то приказывал или как-либо еще принуждал. Если бы я считала, что мы не должны были ничего делать, то так бы и сказала. Если бы Вайсс сочла твою мысль глупой, то влепила бы тебе подзатыльник. Если бы Блейк решила, что воплощение твоей идеи в жизнь является угрозой фавнам, то лично остановила бы тебя. И Руби тоже не осталась бы в стороне. Мы же не какие-то там тупоголовые фанатики, которые последуют за своим лидером куда угодно.

Она хихикнула.

– Ты ведь даже нашим лидером не являешься. Может быть, работодателем, если, конечно, начнешь платить зарплату, но уж никак не мозгом всей нашей компании. Эта обязанность принадлежит Вайсс и иногда Рену.

Жон улыбнулся.

– Они и есть лидеры наших команд…

– Ага. Похоже, в этом выборе Озпин все-таки не ошибся. Но ты отвечаешь за дух нашей компании, а также физическую силу и, как ни странно, хитрость. Руби – наше сердце, Нора с Блейк – руки, а я… – Янг слегка наклонила голову. – Я являюсь сексуальной привлекательностью.

– В скромности тебе не откажешь.

– Еще скажи, что это неправда.

– Чего не могу, того не могу.

– Льстец, – усмехнулась Янг, несильно стукнув его в грудь. – Как бы то ни было, я говорила о том, что призыв Богов мы выбирали вместе с тобой. Да, все очень сильно нервничают, но это не было твоим единоличным решением, так что прекрати вести себя так, будто тебе одному нужно за всех нас отвечать. Не нужно спасать нас от самих себя и чувствовать вину за то, что может произойти.

– Я всё равно буду чувствовать себя виноватым…

– Мне тоже становится очень плохо, когда кто-нибудь страдает, – кивнула Янг. – Но все мы влезли в это дело добровольно и осознаем вероятные последствия. Завтра может не остаться никакого Ремнанта, а если он продолжит существовать и дальше, то на нем не будет, например, ни тебя, ни твоей семьи. Или Иня. Я не хочу, чтобы это произошло, а потому собираюсь сражаться. И ты тоже должен сосредоточиться не на чувстве вины, а на противостоянии тому, что нам всем угрожает, иначе просто сойдешь с ума.