Чтение онлайн

Император поддавшись к ней, буравил ее взглядом опытного ловеласа.

— Я спас вас, Ева. Здесь вы расцветете. В хороших нежных руках…

О, боги, завелась шарманка. Покосившись в сторону, где находился выход, Ева вымученно улыбнулась. Теперь нужно придумать повод, чтобы закончить этот тягостный разговор. Было нечто неприятное в том, что пришлось обсуждать недостатки Гора с его, по сути, противником.

Церон, кажется, заметил ее неосторожные нетерпеливые взгляды на двери и плотно сжав губы, высокомерно вскинул подбородок, сильно уязвленный ее равнодушием, а вернее желанием избавиться от его присутствия.

— Не буду вас отвлекать, но и вы совсем уж не прячьтесь от нас. Через час обед, в саду на крыше восточной башни. — Прильнув в легком прикосновении к ее запястью, он направился к выходу, — я буду ждать вас там.

Спустя два дня она добралась только до схемы дворца. Кратчайший путь спросить ее у кого-нибудь из здешних был опасен — можно навести подозрения, пришлось самой перебрать кучу толстых атласов, сборников и альманахов. Наконец обнаружив ее, Ева уже с час пыталась разобраться в колоссально путаной системе коридоров, переходов из одной башни в другую и уймой различных помещений. Восточная башня, северная, еще две поменьше — башни телохранителей и прислуги. Еще одна — высокая, шпилем устремляющаяся к лиловому небу, что-то вроде часовни. Может там камни? Хотя слишком уж очевидно…

— Вы не забыли про поездку на рынок?

Чуть не завизжав от неожиданности, с которой возле нее возникла сухощавая жердь Руанет, Ева, хлопая глазами автоматически кивнула. Сморщилась, в попытке понять, что от нее хочет противная старуха. А, рынок…Черт, она совсем забыла.

— Да, я помню. — Захлопнув книгу, Ева положила ее на столик, — который час?

— Фрейлины выезжают минут через двадцать, а вы все еще не одеты.

Выцветшие глаза с немым укором окинули ее взглядом. Местную одежду приличествующую женщине, как украшению двора, она одевала только на конкретные события, а их и так было не мало за этих два дня. Подавив тяжелый вздох, Ева, стараясь не смотреть на Руанет, кивнула.

— Я мигом переоденусь.

Руанет продолжала сверлить неприятным взглядом. Вопросительно вскинув брови и давя в себе раздражение, пришлось как можно спокойнее спросить, что ей еще от нее нужно.

— Что-то еще Руанет?

— Нет.

Улыбнулась, фальшиво конечно вышло, но уж как смогла.

— Можете идти. У вас наверняка, куча дел.

Как только тяжелая, массивная дверь поглотила черную фигуру смотрительницы дворца, Ева засунула книгу под кресло. Мало ли что, вдруг кому-то еще взбредет в голову искать планы императорского дворца. На каменные плиты началась охота…

Гулко стуча по мостовой, экипаж продвигался к центру, там, где находилась главная площадь и рынок. Ева, абсолютно равнодушная к трескотне остальных попутчиц, уставившись в окно, наблюдала бесконечную череду зданий. Вспомнилась стычка с тенями императора, на одной из таких улочек и совсем загрустив по прежней жизни в башне Гора, она откинулась на сиденье и прикрыла глаза.

С остальными фрейлинами он не общалась, да и те, с опаской поглядывая на новенькую, не стремились к общению с ней. Это вполне ее устраивало.

— На площадь сначала.

— Почему?

— Сегодня казнь двоих изменников.

— Опяяять, — протянула самая молоденькая, в белокурых кудряшках и маленьким, ну просто идеальным носиком, недовольная, что в рыночный день придется торчать в ложе императора, пока зачитывают приговор.

Ева чуть приоткрыла глаза. Казнь?

Яркая, золотистая блондинка, с удивительно ярко-зелеными глазами, пожала плечами.

— На все про все минут сорок. Потерпишь, — бросила снисходительным тоном старшей в их компании, и бросив короткий, быстрый взгляд в сторону Евы, чуть тише добавила, — ну, кому-то и в удовольствие будет наверное смотреть.

Красотка однозначно имела ввиду ее, наездницу, основной задачей которой было управлять кхорком и ловко управляться с мечами. Смешно…Да она сама иной раз была в обморок грохнутся от кровавых зрелищ, что успела насмотреться с Горканом.

Высший…Она не видела его все эти дни. Последний раз, в той тренировочной, когда она выкричала в закрытую за ним дверь все, что думала о нем и его гребанном, неадекватном мире. Память назойливо подбрасывала его слова… «Трогал тебя…». Следом потянулись картины краткого мига страсти у темного окна. Сморщившись, Ева отвернулась к мелькавшим каменным стенам Сайконга.

Спустя некоторое время, экипаж остановился в гарланящем море жителей города. Площадь, окруженная зданиями была полна народа. Свите императора и фрейлинам, предстояло пересечь ее и расположиться на длинных балконах местного театра — представление сегодня будет снаружи, а не внутри. Разодетая, важная кавалькада дворцовых, двинулась сквозь толпу, по расчищенному телохранителями Церона проходу.

Первым шел император, в темном мундире, искусно расшитом и увешанной регалиями грудью. За ним мелькнул Сампайо и уже немного знакомые лица советников. Слева и справа военные и телохранители, цепкий взгляд которых ни с чем не спутаешь. Немного можно было увидеть…Ева старалась не смотреть по сторонам, чтобы не натолкнуться на презрительные взгляды местных, а такие, к сожалению были.

Женщины в основном восхищенно посматривали на шикарные наряды фрейлин, мужские разные — с ухмылкой, похотливые…Презрительные, сверкающие ненавистью встречались также часто. У местного населения было очевидно неоднозначное отношение, к потерявшему любовь и уважение народа, императору. Его заигрывания с лангратами окончательно подпортили ему репутацию. А вместе с Цероном, «любовь» жителей испытывали на себе и приближенные к сиятельной особе.

Прохладно. Ева то и дело поглядывала на лиловое, в холодных тонах небо. Еще чуть-чуть и снежинки запорхают. Натянув рукава светлого плаща с меховой опушкой на ледяные ладони, шмыгнула носом, чем заслужила неодобрительные взгляды рядом идущих «коллег».

— Я замерзла, — проворчала молоденькая, стреляя глазами в сторону иногда проходящих мимо военных императора. — А еще торчать на балконе…

— Тебя должно успокаивать тот факт, что потом прогуляемся по рынку, сегодня еще и ярмарка.

Зеленоглазая, высокомерно морщась и приподнимая полы, своего нежно-зеленого пальто, ежилась и куталась в пуховый платок из тончайшей пряжи, элегантно накинутый на белокурые волосы.

Ева тоже сегодня не в своей привычной одежде. Пришлось приодеться в очередной наряд, кем-то загодя разложенный на ее постели. Руанет, Ева покосилась в ее сторону. Та, степенно ступая, важная и надменная, не спускала преданных глаз со спины императора.

Такой холод собачий, сейчас бы закутаться в ту куртку подбитую мехом и теплейшие перчатки и натянуть на задницу ее любимые, очень удобные, теплые штаны. Еще только одев это красное платье и стоя перед зеркалом в своей спальне, Ева уже представляла, как будет мерзнуть на этом рынке. Хорошо хоть обувь добротная.

— Все, не скули. На нас смотрят сотни глаз, — шикнула на молодую, блондинка под смешки других фрейлин. Как же ее зовут? Ева нахмурившись и силясь вспомнить, уставилась словно на ориентир широкую спину одного из советников императора впереди. Мирен…Да. И насколько она успела понять, именно она сейчас регулярно грела роскошные простыни императора. Но не фаворитка, сейчас холодным, избалованным женским вниманием сердцем Церона не владела ни одна женщина при дворе. Да и бог с ним, — подумала Ева, во все глаза рассматривая высокую арку входных ворот театра. В огромном холле сразу свернули на лестничный пролет и вышли через огромные окна на балкон, где уже были готовы кресла для влиятельных гостей.