Чтение онлайн

Айви подняла голову от клавиатуры, а я бухнула свою сумку на вчерашнюю нераспечатанную почту и свалилась на стул.

— Перекусить не хочешь? — спросила я, поскольку дело было к полуночи. Айви пожала плечами, изучая счета.

— Хочу.

Зная, что ее это достает, я оставила сумку валяться на письмах и с трудом поднялась, мысля себе что-то вроде томатного супа и сырных крекеров. Если она захочет чего-то более существенного, пусть скажет. Тревога кольнула сердце, когда я снимала с полки банку супа. Гленн любит помидоры. О господи, хоть бы с ним все обошлось. Мне не нравилось, что он не приходил в сознание.

Пока я пыталась управиться с открывалкой, Айви пролистала пару веб-страниц. На минуту я задумалась, глядя на медные горшки для зелий, но все же остановилась на более приземленной кастрюльке. Нехорошо это — в одной посуде еду готовить и зелья варить.

— Ищешь что-то? — спросила я, по ее молчанию слыша, что она чем-то расстроена.

— Баньши, — коротко ответила она. Я понадеялась, что она не знает, как соблазнительно-кокетливо выглядит, когда сидит, зажав кончик ручки зубами. У нее острые клыки, как у кошки, но длинными они станут только после ее смерти. Непереносимость дневного света и физическую необходимость в донорской крови она приобретет тогда же. Впрочем, вкус к крови у нее есть и сейчас. Она может обходиться без внешних источников гемоглобина — только жить с ней тогда трудновато.

Крышка звякнула и отвалилась, я вздохнула.

— Айви, ты не сердись на меня, ладно?

Она задергала ногой, как рассерженная кошка хвостом.

— За что? — мягко спросила она и перестала качать ногой — заметила мой взгляд.

Что мои методы дали результат быстрей, чем твои, подумала я, но вслух сказала:

— За то, что отправляю тебя на катер Кистена.

Я скривилась от вопросительной интонации в своем голосе, но я не знала, что ее на самом деле мучает. Айви подняла голову, и я вгляделась в карий ободок вокруг зрачков — нет, широкий. Значит, эмоции свои она держит в узде.

— Я справлюсь, — сказала она, а я нахмурилась, услышав за этими словами что-то не сказанное.

Повернувшись к ней спиной, я с мокрым шлепком вытрясла содержимое банки в кастрюлю.

— Я могу пойти с тобой. — Идти не хотелось, но предложить было надо.

— Все будет нормально, — с нажимом сказала она.

Вздохнув, я полезла за деревянной ложкой. Айви справляется с неприятностями, делая вид, что их нет. А я, хоть и умею делать жизнь проще, избегая болезненных точек, но не против потыкать палкой в спящего вампира, если думаю, что это сойдет мне с рук.

Зазвонил телефон. Поворачиваясь взять трубку, я заметила мрачный взгляд Айви.

— «Вампирские чары», — вежливо сказала я в трубку. — Чем мы можем вам помочь?

До первого инцидента с краской на двери я сразу представлялась.

— Это Эдден, Рэйчел, — пророкотал капитан. — Хорошо, что ты дома. У нас тут заминка с опознанием отпечатков…

— Пра-авда? — прервала его я, состроив Айви насмешливую гримасу и поворачивая трубку так, чтобы она, с ее исключительным вампирским слухом, все услышала. — Подумать только.

— Они никак не попадут в нужный отдел, — продолжал говорить капитан, слишком занятый, чтобы уловить мое ехидство. — Но мы узнали, что слеза принадлежит Миа Харбор. Эта дама в Цинциннати живет с той поры, как здесь по улицам свиньи ходили, и я хочу попросить тебя завтра в районе девяти пойти с нами ее допрашивать.

Я присела на стол, взявшись рукой за лоб. Это он хотел, чтобы я принесла амулет правды. Люди предпочитали читать язык тела, но понять по языку тела, что думает баньши, чертовски трудно. По слухам, по крайней мере. ОВ никогда не использовало ведьм против баньши.

Айви смотрела на меня большими карими глазами. Вид у нее был удивленный. Нет, потрясенный.

— В девять слишком рано, — сказала я, думая, что с ней такое. — Как насчет полдня?

— Полдня? — эхом отозвался он. — Нам нельзя упускать время.

А зачем ты тогда меня выгнал, спрашивается, при моих результатах?

— Утром мне надо будет изготовить амулет. Эти штуки не дешевые. Впрочем, могу добавить к гонорару консультанта счет из лавки на пятьсот долларов.

Эдден замолчал, но его разочарование ясно было слышно.

— В полдень, — сказал он.

— В полдень, — подтвердила я с таким чувством, будто отыграла несколько очков. Вообще-то амулет правды висел у меня в шкафу, только руку протяни, но я обычно раньше одиннадцати не встаю. — Только закончить надо будет до двух. Мне надо брата встретить в аэропорту.

— Не проблема, — отозвался он. — Я пришлю машину. До встречи.

— Эй, а мою машину кто-нибудь осмотрел? — спросила я, но в трубке было глухо. — До завтра, — сказала я, улыбнувшись, и положила трубку в гнездо. Потом прогулялась к холодильнику за молоком и повернулась к Айви, осознав, что она так и сидит, не шелохнувшись.

— Что такое?

Айви с тревожным видом откинулась на спинку стула.

— Я как-то раз встречалась с Миа Харбор. Как раз перед тем, как нас с тобой в ОВ поставили работать вдвоем. Она… интересная женщина.

— Милая женщина? — спросила я, наливая молоко. — Если она здесь живет с тех пор, как тут свиней пасли, то скорее милая древняя старушка.

Я глянула на нахмурившуюся Айви, и она тут же вперилась в экран. Странное поведение.

— В чем дело? — спросила я как можно нейтральнее.

Она перестала щелкать ручкой.

— Ни в чем.

Я недоверчиво фыркнула.

— Тебя что-то тревожит. Что?

— Ничего! — громко сказала она, и в кухню влетел Дженкс. Ухмыляясь, пикси приземлился на кухонный стол между нами, приняв позу Питера Пена.

— Она злится, что ты нашла слезу баньши, а не она, — заявил он, и ручка Айви защелкала снова — так быстро, что щелчки в гул слились.

— Удачно, Дженкс, — пробурчала я, размешивая молоко в супе. Щелканье зажигалки для плиты казалось ужасно громким. Наконец газ вспыхнул, я его поскорей привернула на малый огонь. — А где это твой дружок горгуль? Вроде бы он должен по ночам дежурить.

— Не знаю, — сказал нисколько не обеспокоенный Дженкс. — Но он крут как обрыв. Я за него не боюсь. Может, полетел своих навестить. Он нормальной жизнью живет, в отличие от некоторых.

— Я думаю, это очень здорово, что Рэйчел нашла слезу, — напряженным голосом сказала Айви.

Я через плечо покосилась на Дженкса, и он, при моем одобрении, принялся нарезать вокруг нее надоедливые круги. Он себе мог позволить куда больше, чем я, а если мы в ближайшее время не узнаем, что ее донимает, то справиться с этим, когда все же выясним, можем и не успеть.