Чтение онлайн

***

У Фелисы была стойкая нелюбовь к стадионам и другим уличным мероприятиям. Она не любила пыль, грязь и похрустывающие сухие ветки в перемешку с окурками под ногами. Стадион университета Квинс, не был «Уэмбли», «Олд Траффордом» или даже «Кейсмент парком», но и в местной футбольной команде не играл Гарри Кейн или Уэйн Руни. Был правда один парнишка, подающий большие надежды, а ещё у каждого второго было столько ярости и уверенности в себе, будто они как минимум выступают в АПЛ, да ещё играют за топ-команду. Фел не умела разделять восторга от спортивных состязаний, но сидя на трибуне и грея ноги, затянутые в тёмные колготки, слыша шум болельщиков, которые отчего-то очень любили эти местные не зрелищные игры, получала настоящее удовольствие от того, что становится частью этого большого нового мира. Игра закончилась со счётом три-два в пользу ребят из Квинса, болельщики уже разошлись, а по полю бродил хмурый уборщик. Фел ждала Марка, предвкушая новый удар его обаяния.

— Э, дружище! Ты нас покидаешь? — услышала Фел чей-то голос и обернулась. Освещённые закатным солнцем, по газону шли герои из команды победителей. Местные супер-звёзды, и картинка даже дух захватывала. Молодые, сильные и с дерзкими улыбками. Первым, как в романтических комедиях и молодёжных мелодрамах шёл не вратарь, не капитан команды, а “десятка” Марк Уотсон. В кожаной куртке, белой футболке, такого бы сыграл молодой Чед Майкл Мюррей, и сейчас бы играла заводная песенка, пока он под улюлюканье друзей приближался к Фел. Она даже засмеялась от этой мысли, по крайней мере была уверена, что от этой. Марк приблизился настолько, что она отчётливо уловила запах его геля для душа и чего-то парфюмированного, вроде дезодоранта.

— Чего смеёшься, итальяночка? — улыбнулся он. Губы растянулись в ухмылке, а глаза прищюрились. В закатном солнце всё выглядело особенно волшебным, начиная с ржавых бликов на зелёном газоне и заканчивая тем, как его влажные волосы окрасились в тёмно-пшеничный. По осеннему пряно пахло, где-то жарили поп-корн и Фел хотелось плакать от счастья.

— Я много где была, — пожала плечами Фел. Они нарезали уже третий круг, избегая той дороги, что приведёт к парковке, а значит к прощанию. — У меня очень… интернациональная семья. Папина мама итальянка, отец француз, а родился он в Испании. Дедушка был археологом и встретил бабушку в Риме на какой-то конференции, где она выступала против раскопок. Вообще она очень изменилась, не верится, что когда-то бабуля бегала по митингам и демонстрациям, сейчас её боится вся семья... А у мамы мама была немкой, а папа грек. Бабушка Эльса пела в каком-то немецком театре, они приехали на гастроли в Грецию, дедушка услышал, как бабушка поёт и сошёл с ума. Так, у меня было четыре страны, чтобы отдохнуть летом.

— Четыре? Они что, все развелись?

— Нет, но родственников у нас в каждой стране хоть отбавляй. Да ещё есть родственники Билли! Ирландия, Швейцария, Монако!

— И как вы все оказались в Белфасте? — Марк остановил Фел, которая порывалась перейти через дорогу в неположенном месте.

— Папа встретил маму, они все переругались, потому что мама была из более «приличной» семьи, так мне обычно говорили, выбрали город с самым красивым названием и уехали. Папа говорил, что это был март. Он утверждал, что в марте Белфаст самый невероятный город, не знаю… Это наверное была очень сильная любовь.

— Значит если ты решишь встречаться со мной — нам придётся бежать? — улыбнулся Марк, обогнал Фел и пошёл спиной вперёд, закинув руки за голову.

— Почему? — она не могла сдержать улыбку. Всё будто пело внутри от его обаятельных глаз с искорками на самом их дне.

— Ты богачка, видимо папа постарался и всем всё доказал. А у меня… шансов немного!

— Да, бабушка Валерия стала бы рвать и метать, — хмыкнула Фелиса.

— А остальные?

— Никого уже нет. У нас осталась только бабушка Валерия, Билли и мы сами, — Фел пожала плечами.

— Билли?

— Наша мачеха.

— Так ты золушка! — воскликнул Марк, подпрыгнул и коснулся рукой дорожного знака. — Значит у тебя есть мачеха и две злобные сестры?

— Именно так! Только ещё есть злобный брат и чудовищный племянник!

— Значит тебя есть смысл спасать? — Марк крутился вокруг, то приближаясь так близко, что перехватывало дыхание, то наоборот отходя так далеко, что Фел переставала чувствовать его запах, который казался невероятно приятным. — Что ты об этом думаешь?

— Придёшь на моё выступление? — сменила тему Фел, когда Марк в очередной раз остановился как раз напротив.

— Даже в пиджаке, даже с цветами и даже буду кричать “браво”, хочешь?

— В балете “браво” не кричат!

— Какой смысл делать что-то, если потом нельзя кричать “браво”? — они уже просто стояли посреди тротуара, никуда не торопясь.

— Я не кричала сегодня тебе это на поле… — сделала испуганные глаза Фел.

— Не переживай, ещё покричишь, — очень хитро улыбнулся Марк, прекрасно понимая, что невинная голова Фелисы таких шуточек не примет, но она чуть покраснев улыбнулась и подставила лицо тёплому ветру.

Глава 5. Белфаст. 25 сентября

В детской стоял сильный, удушливый запах лака для ногтей. У девочек Остер была спа-тусовка, Агне красила ногти Билли в ужасный розовый, пачкая лаком кутикулы и пытаясь что-то рисовать. Она высунула от старания кончик языка и устало вздыхала. Фел держала руки в соляном растворе и с ужасом думала, что скоро будет её очередь.

— Очень красиво?
– спросила Агне.

— Мне нравится, - Билли пошевелила пальцами, потом продемонстрировала маникюр Фелисе.
– Твоя очередь!

— Да, да, - Фел и Билли поменялись местами. Они обещали Агне, что она сама накрасит им ногти и теперь ничего не могли поделать.
– А где Пандора?

— Она снова зависает с этой Поппи. Ты видела её?
– Билли села напротив очередного планшета Агне. В акварельных потеках угадывался женский силуэт окружённый всеми оттенками оранжевого и бардового.
– Это Фел?

— Да, - ответила Агне.

— Видела краем глаза. Тебе не страшно за неё?
– Фел наблюдала за кисточкой в руках Агне, благодаря небо, что кутикула на большом пальце почти не пострадала. Бордовый лак оттирался очень плохо, а до выступления всего два дня.

— Очень страшно, - призналась Билли и повернулась к девочкам. Картина была всё таки умилительной.
– Мне пора вмешаться?

— Я плохо это помню, Ксавье точно знает. Говорят, что она уже сходила с ума так сильно, после мамы. Но я не знаю, как она справилась. Может спросишь брата?

— Я поговорю с ней. Всё будет хорошо, - ответила Билли, сглотнула подкативший в горлу ком и вернулась к картине Агне. Женский силуэт будто жил в огненном пространстве, Билли казалось, что сейчас девушка оживёт и затанцует, как это делала Фел.

— Я закончила!
– объявила Агне, любуясь работой.
– А теперь стирайте и красьте по-нормальному!

***

Пандора так и не вышла из комнаты с того дня, как стала приходить Поппи. Она писала СМС Скай или Эстель, просила сделать для Боно то или другое, но так и не встретилась с ним. Её мальчик в надежных руках, а такая мама ему точно не нужна. Когда Билли постучала в дверь, Пандора только подняла голову и что-то промычала. Снова стук.