Чтение онлайн

И вдруг стало как-то тревожно. Катера не должны приближаться к этому берегу. Тут заповедник. Сюда нельзя. Лис — другое дело. А это кто?!

Это оказался не совсем незнакомый Лизе человек. Катер приблизился, но не стал причаливать, замер, покачиваясь, в паре метров от берега. Над штурвалом царствовали белоснежная капитанская фуражка и золотозубая улыбка.

Акинфей. Который Анатолий. Но это не точно. И не один. На Лизу с катера смотрела пара десятков любопытствующих глаз.

— А вот это, уважаемые, наш новый егерь, Лизанька. Лизок, привет.

Лиза не знала, что на нее произвело более сильное впечатление: снисходительный тон Акинфея, взгляды туристов, которые смотрели на нее как на диковинного зверя в зоопарке или… или что-то еще, из того необъяснимого, что теперь сопровождало практически каждый ее день здесь.

Лиза невесть откуда взявшимся движением сложили руки на груди.

— Анатолий, напоминаю — это территория заповедника. Вам сюда нельзя.

— Да ладно, Лизок, чего ты?

— Немедленно отойдите на расстояние минимум сто метров от берега.

Рядом, у ноги, зарычал Туман. Лиза опустила взгляд. Приподняв губы, лайка демонстрировала внушительные клыки. И серая шерсть на загривке встала дыбом.

На катере кто-то ойкнул тонким голос. Возможно, ребенок.

— Ты чего?! — Акинфей повысил голос. — Сама же позвала, а теперь цирк устроила!

— Я. Никого. Не. Звала. Уходите. Иначе я возьмусь за ружье.

— Ты в своем уме?!

— Туман, охранять.

Пес отозвался утробным рычанием. Резко взревел мотор катера.

— Вот же, прости, господи, дура!

Это «дура» еще долго звучало над темной водой, пока катер не превратился в белую точку на обсидиановой глади воды.

— Пойдем, Туман.

На следующий день Лиза снова сходила на водопад. Вода уже не казалась такой холодной, правда, внутренняя зануда все еще вспоминала про пневмонию. А Лиза заткнула ее тем, что надо пользоваться возможностью, пока стоит жаркая солнечная погода.

После завтрака, состоявшего из сваренной на газовой плите гречки с порошковым молоком, Лиза села за составление плана. Пропустим мы этап с депрессией. Давайте сразу к принятию. Варианта у нее на сегодня было два: продолжить знакомство с садом или заняться фотоловушками. Лиза решила, что сад никуда не денется, а вот фотоловушки — нет, они тоже никуда не денутся, но проверить их состояние и снять данные — стоит как можно скорее.

В тетрадях деда Матвея были точные указания мест, где эти ловушки расположены — всего четыре штуки. Лиза решила проверить две ближайших. К дальним экспедициям в лес она не была готова.

В тот момент, когда Лиза, одевшись в штаны и куртку, упаковывала в небольшой рюкзак все необходимое для короткой прогулки по лесу, снова повторилась вчерашняя картина.

Лежащий у стены Туман поднялся на лапы, навострил уши, а потом выжидательно уставился на Лизу.

Катер.

Ну, в этот-то раз Лис?!

И в этот раз тоже оказался не Лис. Лиза поняла это по напряженной позе Тумана. А когда катер подошел ближе, оказалось, что у них второе явление Акинфы — Пречистого и Преподобного. Который с первого раза не понимает.

В этот раз катер причалил. Но сходить на берег Акинфей не торопился.

— Ты сегодня тоже не в настроении?

Лиза внимательно оглядела катер. Нет, ей не показалось. Там никого не было, кроме капитана.

— Зачем ты приехал?

— Торт тебе привез. И хлеба свежего.

Эти простые слова оказали на Лизу какое-то странное воздействие. И вчерашняя злость на Акинфея куда-то делась. И внезапно проснувшийся инстинкт охранника тоже пропал. И торта вдруг захотелось… просто до слез. Никогда бы не подумала, что можно хотеть торт до слез.

— Спускайся, — от волнения получилось сухо.

— Собака не тронет? — Акинфей опасливо косился на Тумана. Тот не рычал, зубы не скалил, но вся его поза говорила о том, что в любой момент готов кинуться. Лиза потрепала пса по холке.

— Свои, Туман, свои.

— Смотри-ка, обжилась.

— Торт давай.

Твои планы могут поменяться в одно мгновение. Вот только что ты собиралась в лес проверять фотоловушки, а теперь собираешься пить чай с тортом.

— Торт как называется?

— А пес его знает. Главное, свежий. Вроде, не растряс.

Торт оказался вкусный. Лиза не была сладкоежкой, но ей казалось, что ничего вкуснее этого торта она в жизни не ела. Это вообще было похоже на какой-то сюр — сидеть в доме, затерянном в глухой сибирской тайге на берегу озера, и есть свежайший торт.

— Ты чего вчера взъелась-то?

Лиза заставила себя оторваться от торта. За вчерашнее Акинфей расплатился сполна. Но границы все же расставить необходимо.

— Ты же знаешь, что сюда нельзя. Заповедник, — Лиза поразилась, как легко и незаметно они перешли с Акинфеем на «ты».

— Знаю, что нельзя. И без крайней необходимости сюда бы не сунулся. Нас штрафуют за это. Но ты ж сама позвала.

Лиза отложила ложку.

— Объясни, что ты имеешь в виду. Ты вчера сказал, сегодня повторяешь. Я не звала. Как я могла кого-то позвать? Тут кричи — не докричишься.

Акинфей какое-то время молча и внимательно смотрел на нее.

— То есть, ты не знаешь?

— Чего?

Он резко встал.

— Пойдем.

Пришли они в итоге на смотровую площадку.

— Вот! — Акинфей ткнул пальцем в полощущееся на ветру красное полотенце.

— Это мое полотенце. Я его сушить повесила.

Акинфей закатил глаза.

— То есть, тебе Кравцов про это не рассказал? Вот же… — он что-то пробормотал под нос, явно нецензурное. — Мог и не знать, конечно. Но вряд ли. Это место с озера видно. Если там висит красная тряпка — значит, деду Матвею что-то нужно. И первый же катер, с которого увидели знак, сюда сворачивает. Есть туристы, нет — пофиг. У нас, у капитанов, такая договоренность была с дедом Матвеем. Все ее соблюдали.

— Обалдеть… — только и смогла сказать Лиза. Это было… Как-то так по-настоящему. Такой большой человеческий коллективный поступок. И такая редкость по нынешним временам. Как там Лис говорил про деда Матвея — легенда? Она самая. И Лиза теперь тоже часть этой легенды.

Она протянула руку и резко сдернула полотенце с перекладины. Оказывается, никакой это не турник. Это местная сигнальная система.

Гондор зажигает огни, блин!

Лиза нервно хмыкнула.

— У тебя, поди, вчера паломничество было? Если ты полотенце не сняла.