Чтение онлайн

Кравцов спохватился, что привез Лизе в подарок печенья от Раисы Михайловны, сходил за ним — и они все же сели пить чай, болтая и перебивая друг друга, как старые и давно не видевшиеся друзья.

Пауза в разговоре наступила резко. Лев Федорович вздохнул, позвякал в чашке ложкой.

— Лиза, ведь уже август. А там и сентябрь не за горами.

Да кто же с этим спорит. И в самом деле, август. А август в здешних краях уже не совсем летний месяц. Уже утром доски крыльца холодят босые стопы. И вода в водопаде кажется совсем уже ледяной, и пора бы заканчивать эти утренние купания.

— Да. Скоро надо будет убирать урожай яблок.

Кравцов хмыкнул.

— Не передумала?

— Нет.

— Почему?

Лиза подперла щеку кулаком.

— А это вы мне скажите — почему?

— Я?

— Вы, вы. Чем вы тут меня опоили, околдовали?

Лев Федорович усмехнулся — то ли невесело, то ли смущенно.

— Что, прикипела, Лиза?

— Прикипела.

— Ну ладно, — после паузы вздохнул он. — После сбора урожая надо будет готовиться к зимовью.

— Так готова я вроде.

— Да куда там! — махнул рукой Кравцов. — Ладно, это потом разберемся. Пойдем-ка яблочки посмотрим, Лиза.

Кравцов трогал наливающиеся яблоки, цокал языком, вздыхал. Потом вспомнил, что Лизе Раиса Михайловна еще варенья передала.

— А как урожай будем вывозить? — Лиза держала в руках теплую баночку черничного варенья

— Это недельки через две, Лизок. Вывозом урожая занимается Лис, он сам к тебе заедет и расскажет.

Лиза едва слышно вздохнула. Лев Федорович стрельнул в нее проницательным взглядом.

— Что, уже повздорить успели?

Лиза снова вздохнула.

— Нет. Или да. Я не знаю!

Не спрашивать же Кравцова о том, правду ли ей сказал Акинфей?!

— Он тебя не обидит, — Кравцов похлопал Лизу по руке. — А характер у него… Ну да, не сахар. Так и не с чего быть сахарного, после всего, что… Ладно, поеду я, Лизавета.

После чего — всего? Может быть, стоит именно Кравцова расспросить о Лисе? Но Лев Федорович уже перебрался в катер.

— Да, и еще, Лиза. После уборки урожая прошу пожаловать ко мне на юбилей.

— Ой! — Лиза даже растерялась от неожиданности. Хотя, с другой стороны, здесь такие же люди, у них так же бывают дни рождения и юбилеи. — А где? А когда?

— А так семнадцатого. Сентября, в смысле. В Алагеме — где же еще. Раиса Михайловна пирогов напечет — ух сколько. А еще этот… — Кравцов будто смущенно поскреб бороду. — Сам я делаю. На кедровых орехах. Вкуснотища!

Лиза сначала не поняла, о чем речь, а потом рассмеялась.

— Договорились. Только как же я к вам доберусь? Мотор мне так и не починили.

— Да прихватит кто-нибудь. Тот же Лис.

— Не надо Лиса!

Кравцов что-то буркнул себе под нос.

— Ладно, придумаем что-нибудь. Ты, главное, семнадцатого готова будь. Ну и недельки через две жди катера за яблоками.

— Хорошо.

Приезд Кравцова что-то разбередил внутри и, одновременно, подвел какую-то черту. И Лиза, наконец, смогла вернуться мыслями в тот день, когда Лис тут был в последний раз.

И получалось, что черта, которую она подвела — пунктирная. Ничего не понятно. Она явно чего-то не знает о Лисе — судя по словам Кравцова. И еще — если бы те слова Акинфы были правдой, вряд ли Лев Федорович с такой теплотой и даже уважением отзывался о Лисе. Начальник базы «Алагема» явно относится к Лису с симпатией. Может, конечно, он не знает о том, о чем рассказывал Акинфей — ведь Кравцов сидит у себя на базе на другом конце огромного озера, редко бывает в поселке и вряд ли в курсе того, что там происходит и о чем говорят люди. А с другой стороны — Лев Федорович явно знает о Лисе что-то такое, чего не знает Лиза. Да она о нем вообще мало что знает. Но уже успела обвинить его во всех смертных грехах. Ну, хорошо, не во всех. В одном — но очень для Лизы чувствительном. Она вообще не представляла, что когда-нибудь перед ней возникнет такая дилемма: что мужчина, который очень привлекает Лизу, окажется…

Ой, она не хотела теперь произносить это слово, которое так легко вырывалось у нее во время их последнего разговора. Но было ужасно обидно — что Лис, такой… такой… такой… В нем было столько напоказ и бьющего наповал мужского, на которое нельзя было не реагировать — что сама возможность того, что он может быть занят таким… таким недостойным делом казалась невероятной. Но…

Так, все. Толку об этом думать! Все глупости сделаны, с новыми повременим. Но Кравцова на юбилее надо будет расспросить. Под кедровую вкуснотищу.

Туман зашелся громким лаем и сорвался с места. И Лиза заторопилась вслед за лайкой. Происходило что-то явно совсем необычное.

И в самом деле, необычное. К берегу подходили катера. Не катер, именно катера. Четыре. Нет, пять. Нет, шесть!

Они еле-еле разместились у узкой полоски плоского берега, бок к боку. Лиза чувствовала, что у нее сильно-сильно бьется сердце. Туман у ноги тихонько ворчал — скорее, предупреждающе.

— Здравствуйте, Лизавет Георгиевна! — громко окликнул Лизу незнакомый мужчина из среднего катера. У него была круглая, коротко стриженая и седая голова. — Не пугайтесь. Мы за яблоками.

Лиза глубоко вздохнула.

— Здравствуйте. А у меня… у меня еще яблоки-то и не собраны.

— Так это мы сами! — звонко отозвалась женщина с соседнего катера. Женщина-капитан? Но из-за штурвала золотозубо улыбался Лизе Акинфей.

— Сестрица моя, — гордо сообщил он.

Женщина удивительно легко для своей комплекции перемахнула через борт и спрыгнула на берег. Она была, как это принято говорить, корпулентной, но плотной и подвижной. Рукава красно-синей рубашки были закатаны, обнажая красивые полные руки, а короткие русые вьющиеся волосы убраны от лица яркими заколками. Она быстрым и ловким движением выудила из кармана брюк косынку и подвязала волосы.

— Анна я, — она улыбнулась Лизе. — Можно Нюрой. — А потом обернулась к катерам. — Ну, что стоите, как столбы? Сгружайте ящики! — затем снова обернулась к Лизе. — Веди, хозяйка!

Прежде чем идти вверх по дорожке, Лиза обернулась и еще раз обвела взглядом ряд катеров. И с замиранием сердца увидела на крайнем слева знакомый широкоплечий силуэт в белой футболке.

Лиза в какой-то момент поймала себя на том, что просто стоит и наблюдает. В яблоневом саду работали человек десять или двенадцать. На каждом катере приехало по два-три человека. И теперь вся эта команда слаженно работала под руководством сестры Акинфея. Работали дружно, пересмеиваясь, подшучивая друг над другом. Туман носился от дерева к дереву и принимал посильное участие в процессе. А на земле множились деревянные ящики с некрупными, но яркими желто-красными яблоками.

Лиза окончательно отстранилась от деятельного участия в сборе яблок и наблюдала. Буквально затаив дыхание. В этом была какая-то магия. Очередная магия этих мест. Сколько видов магии тут присутствует? Человек с давних времен называет магией то, чему не может дать объяснения.

Возможно, завораживающей красоте слаженной работы группы людей, собирающих урожай яблок, имелось рациональное объяснение, но Лиза не хотела его искать. Она просто смотрела и любовалась этим действом, которым ловко, как дирижер, управляла пышнотелая и громкоголосая сестра Акинфея.