Чтение онлайн

Туман, умница, не стал скулить, только коротко лизнул руку. Лиза поправила лямку рюкзака и, приняв протянутую ей Акинфеем руку, забралась на катер.

Дыхание осени окутывало Акколь. Смешанная тайга впустила в свою мрачную зелень желтые краски. У берегов, в местах впадения речушек и ручейков клубился туман. От воды ощутимо тянуло холодом. Летом ледяные брызги от катера остужали разгоряченную кожу. Сейчас, на исходе сентября, они предупреждали: «Держись от озера подальше».

Катер быстро летел вперед, а Лиза с Акинфеем молчали. Она была уверена, что капитан будет разговорчив, но ошиблась.

— У вас хороший катер, да? — молчание все же угнетало.

— Мы же вроде на «ты». А нет, так у Кравцова на брудершафт хряпнем, ага? — Лиза не стала спорить. Она просто была рада, что Анатолий не стал отмалчиваться. Ей хотелось говорить. Ей хотелось о многом спросить. И Акинфей продолжил: — Хороший катер, да. В прошлом году купил. Но до «Чыйрака» далеко.

— У Лиса катер лучше? — выпалила Лиза.

Акинфа хмыкнул.

— У него все лучше. И катер самый быстроходный, там мотор на столько лошадок — летит. И девки его больше всех любят. И денег он больше всех зашибает. Король Белого озера.

Лиза внимательно прислушивалась к интонациям Акинфы. Ты ему завидуешь. Завидуешь, да?

— Думаешь, я Лису завидую?

Лиза вздрогнула. Это Анатолий такой проницательный? Или это все мысли и чувства Лизы так явно отражаются на ее лице? Лизе почему-то казалось, что и то, и другое.

— Не завидую, — сам себе ответил Акинфей. — Такому разве можно завидовать.

Под его внимательным взглядом Лизе стало как-то неловко. И задавать вопросы расхотелось. Но молчание и взгляд Акинфы давили.

— Что?! — наконец, нервно спросила она.

— Ничего, — Анатолий, наконец, отвел взгляд и уставился вперед. — Красивая ты девка, Лиза.

Девкой Лизу, кажется, никто никогда не называл. Красивой — редко. Да и сама Лиза себя красивой не считала, но и особых претензий к своей внешности не имела. Нормальная у нее внешность. Свои мозги она, скажем, в себе ценила гораздо больше. Но сейчас этот простенький комплимент оказал на Лизу какое-то странное воздействие.

— Скажешь тоже, — она неосознанно поправила волосы. — Я тут совсем одичала, косметикой перестала пользоваться, помыться далеко не каждый день получается. Мне вообще кажется, что от меня пахнет, — смущенно закончила Лиза.

Акинфей повел носом, будто принюхиваясь.

— Пахнет. От тебя дымом пахнет. Хвоей. Травами какими-то. Яблоками. И детским мылом. У мужиков от этого набора башню рвет. — Лиза от такого комплимента даже ойкнула, а Акинфей, усмехнувшись, добавил: — Да ты не бойся. Я ж в тюрьме не по этому делу сидел. Не трону. Да и потом, я ж перевоспитался. И понимаю, что я не твоего фасона, — а потом резко сменил тему: — А вон и Алагем.

Раиса Михайловна и в самом деле напекла гору пирогов с самыми разнообразными начинками. И здравицы в честь именинника поднимали рюмками с густой, немного даже маслянистой темно-коричневой кедровкой — так называлась та самая вкуснотища от Льва Федоровича на кедровых орешках.

Лиза знакомилась с новыми для нее людьми, поначалу старалась запомнить имена, но потом прекратила это бесперспективное занятие. Их слишком много для одного дня знакомства. У Лизы была на сегодня сверхзадача — не увлечься и в самом деле очень вкусной настойкой на кедровых орешках и сохранить голову ясной. Ей надо расспросить Кравцова. Теперь Лиза была уверена, что Лев Федорович — именно тот человек, который знает правду о Лисе. И он расскажет ее.

— С подарком, конечно, неловко получилось. Извините, Лев Федорович.

— Да ну, брось, Лиза, какие извинения! Ты приехала — и славно.

— Я вам джема яблочного сделала. С калиной. По фирменному рецепту деда. А как Раису Михайловну увидела… Так и подарила ей. За все ее гостиницы.

— Так Раиса со мной поделится, — Лев Федорович, уже порядком навеселе, но еще твердо стоящий на ногах, обнял Лизу за плечи. — Мы же тут одной коммуной живем.

— Могу еще подарить наметки к своей диссертации, — неожиданно пробормотала Лиза. — Распечатала зачем-то в дорогу. Но там совсем-совсем наметки, все сырое и…

— Давай! — неожиданно загорелся Кравцов. — У нас тут со свежим чтивом не густо, так что с радостью… Тема какая? А, не отвечай, сюрприз будет! — Лев Федорович с удовольствием потер руки.

Лиза усмехнулась, нагнулась и достала из стоявшего у ножки стула рюкзака пачку порядком измятых листов.

— Вот. Может, посоветуете потом что.

— Обязательно! — Кравцов поправил на носу отсутствующие очки. — Все внимательно изучу, Лизанька, и мы с тобой все обсудим, — вздохнул и добавил: — Весной. Не передумала?

— Нет, — мягко отозвалась Лиза. Она оглядела зал столовой. В углу молодые сотрудники станции под руководством Акинфея разворачивали допотопную музыкальную аппаратуру. Похоже, здесь скоро будет очень шумно. А Кравцову полезно будет выйти на свежий воздух. — Лев Федорович, а пойдемте, прогуляемся?

— Пойдем! — радостно согласился Кравцов, встал, слегка покачнулся и подхватил со стола бутылку с кедровкой, в которой плескалась примерно треть. Лиза вздохнула и взяла Кравцова под руку.

Они устроились на лежащем на берегу бревне. Судя по всему, его принесла вода — ствол был гладким, без коры, и почему-то еще теплым. А от воды ощутимо тянуло холодом. Только сегодня вода была не черной. Обсидиан превратился в ртуть. Лиза подняла голову. Так и есть. Над Акколем царствовала полная луна.

— Сегодня полнолуние, — для затравки произнесла Лиза. Лев Федорович в ответ приложился к кедровке. Не исключено, что ее намерение расспросить Кравцова столкнется с непредвиденными трудностями. И Лиза решила действовать напрямую.

— Лев Федорович, а почему Лис не приехал вас поздравить? Я так понимаю, у вас… достаточно близкие отношения?

— Так дела у него, — голос Кравцова все же не заплетался. Возможно, свежий воздух подействовал на него отрезвляюще. — Он Янара повез на медкомиссию. Ну и я у него попросил мне привезти кой-чего из города. Так что будет мне подарок от Лиса. Я, знаешь, чего, Лизок, у него попросил? Такая штука полезная…

— Кто такой Янар?! — совершенно непочтительно перебила Лиза Кравцова.