Чтение онлайн

Я машинально вскидываю руку вверх и с моих пальцев слетает поток всеразьедающего огня, но Калем действует быстрее меня. Некромант резко отступает вместе со мной в сторону и разворачивается, закрывая меня от черных брызг своей спиной. Из-за этого поток разъедающего пламени немного меняет траекторию, сжигая только часть этой темной энергии и рассеиваясь в воздухе. Часть капель темного заклятия врезаются в стену, влетают в мою комнату через открытую дверь и задевают плечо Калема. Леон отскакивает назад, формируя в руке водяную плеть. Калем шипит от боли, его боль передается мне, ситуацию спасает то, что в некроманте уже есть часть моей энергии жизни, которая медленно его лечила, именно она не дает этой темной субстанции укорениться в нем. Жизненная энергия выжигает чужеродную темную, правда при этом приносит невероятную боль Калему. Я чувствую, как черная клякса на его животе покрывается рябью, возмущается и начинает медленно растекаться, по этому оттягиваю часть боли на себя и опустошаю практически половину своего резерва, вливая свою энергию в моего оказывается уже давно законного мужа. Это дает результат, клякса замирает и успокаивается, остатки чужой тьмы полностью исчезают из тела Калема, и он выдохнув, сначала сжимает меня в объятиях, а потом резко отбрасывает за спину Леона, а сам одним стремительным рывком оказывается возле Ливентье, нанося резкий удар кулаком в район солнечного сплетения мужчины, тот начинает корчится от боли и слаживаться пополам, рядом визжит Фиона. Калем не обращает на девушку внимания одной рукой перехватывает за запястье руку Ливентье из которой вылетел шар, а другой рукой некромант хватает мужчину за горло сжимая его, приподнимает того в воздухе и прижимает к стене. Ливентье краснеет и брыкается, а Калем шипит словно раненый зверь, его черты лица перекошены злостью. Фиона отлипает от стенки, выдергивая из волос одну из шпилек, ногтем большого пальца отрывает от основания шпильки маленький деревянный шарик и замахивается, желая нанести удар по спине Калема. Мое сердце на миг замирает и я бросаюсь вперед, проскальзывая под рукой у водного мага, но тот ловко перехватывает меня чуть ли не за загривок, как шкодливого котенка и одним движением запихивает обратно себе за спину, в это же время другая его рука, в которой он сжимает водную плеть приходит в движение. Руку Фионы словно змея оплетает тонкая водяная нить, женщина кривится от боли и выпускает из руки шпильку, а Леон дергает плеть на себя и Фиона теряет равновесие, затем летит в нашу с секретарем сторону. Она разворачивает перекошенное ненавистью лицо к Леону, свободной рукой вытаскивает из волос другую шпильку, проделывает с ней все тоже самое, что и с первой, на этот раз женщина хочет нанести удар водному магу.

Мой дар подсказывает, что на кончике этой шпильки все то же дикое, неконтролируемое темное заклятие!

Леон собирается отбить удар, но я чувствую, что маг не понимает всей степени опасности, которая исходит от маленькой шпильки. Стоит ей хоть немного поцарапать кожу…

Я опять поднырнула под его руку и, направив свою ладонь в сторону Фионы, выпустила разъедающее пламя. Вроде простая магическая конструкция мага целителя и предназначена она уничтожить возможные болезнетворные мелкие организмы. Вот только тут большую роль играет уровень силы целителя и та степень разрушения, которая вкладывается в конструкцию магом. Как правило, разъедающее пламя применяется в пустом помещении, дабы не навредить, но я сейчас не видела другой возможности и работала с ювелирной точностью.

Мое пламя уничтожило чужеродное разрушительное темное заклятие, немного обожгло пальцы женщины, но не нанесло им действительно серьезного ущерба, а остаточная волна прошлась по руке и дальше по телу женщины, оплавляя волосяной покров. Ну что, можно сказать, своеобразная депиляция рук, немного испорченная прическа, потому, что кончики волос на голове оплавились и в воздухе ощутимо запахло паленым.

Если до этого момента, я была словно в тумане и время для меня бежало медленно, то сейчас в один миг все вернулось на свои круги.

Леон спеленал водяными путами ошалевшую Фиону, женщина даже брыкаться перестала, когда ее связанную с ног до головы уложили на пол. Я пошатываясь отошла к стене, облокотившись на нее и бросив сначала взгляд на рассматривающего поцарапанную руку водного мага (да Леон все же получил царапину от пресловутой шпильки, скажем так, по инерции и своей небрежности), потом я посмотрела на Калема.

Мой муж все еще держал графа Ливентье за горло бросая косой взгляд в нашу с Леоном сторону. Леон присел на корточки и поднял с пола обгоревшую шпильку, стал задумчиво вертеть ее в руках, потом бросил взгляд на Калема.

— Калем, если он еще минуту так повисит в воздухе, ты ему шею сломаешь, а он мне нужен живым! У меня появилось много вопросов, — недобро усмехнулся секретарь.

— Будет необходимость подниму. Ответит в любом случае! — холодно произнес некромант, но все же выпустил графа из своих рук и тот осел на пол, а Калем брезгливо отряхнул руки.

Тут же послышались шаги на лестнице, мы все кроме Калема, посмотрели в ту сторону. В дверном проеме показался здоровенный зомби, который молча подошел к графу Ливентье, одной лапищей поднял его, встряхнул, связал за спиной мужчины руки и забросил себе на плечо, а потом молча стоял, ожидая приказов некроманта. Граф Ливентье немного пришел в себя, стал сыпать проклятиями и извиваться, правда безуспешно.

Леон присвистнул и покачал головой, поднялся с пола пряча шпильку в кармане где перед этим прятал письмо Аулины.

— Леди Аулина, вы к этому причастны? — бросил в ее сторону задумчивый взгляд водный маг. Сестра Калема словно язык проглотила, она растеряла все свое высокомерие и сейчас действительно стояла с испуганным, шокированным выражением лица.

Женщина нервно отрицательно покачала головой, не проронив ни слова и мы как-то одновременно с секретарем Его Величества переглянулись. Думаю, и ему также, как и мне в голову закралась мысль, что она красиво и правдоподобно играет роль невинной овечки. Ну, вот не верила я в то, что Аулина действительно не была в этом замешана! Возможно все пошло не так, как планировалось, вышло из под контроля, но… Ливентье не маги и они, уж точно, не могли работать с темной магией!

Я отлипла от стены и побрела к мужу, искать тепла и утешения, он, кстати, мой порыв уловил, преодолев двумя широкими шагами расстояние между нами, сгреб в охапку своих рук, крепко прижимая к себе, потом отстранился, заглянул в глаза, осыпал лицо поцелуями и опять прижал к себе, а я потерлась щекой об его плечо. Услышала как с пола поднялась Настя, отряхивая свое промокшее платье.

— Калем, тебе стоит поговорить со своим дядей, — прошептала я и, закрыв глаза, спрятала голову на груди у мужа. Какая дикость, муж! Но я и с этим уже смирилась. В теплых объятиях Калема мне удалось согреться и успокоится, руки перестали дрожать, но сразу же накатила нечеловеческая усталость.

Калем гладил меня по спине, потом вовсе подхватил на руки и потерся подбородком об макушку, а я обвила руками его шею и на этот раз спряталась от внешнего мира, уткнувшись лицом в его шею. Вот сейчас хотелось быть слабой женщиной, которой собственно я и была.

— Это все трогательно, но у меня много вопросов, — послышался нетерпеливый голос Лиона. — Я так понимаю то, что произошло здесь связано с болезнью герцога Лирье?

— Хотите подробностей, сами с ним пообщайтесь, — спокойно проговорил Калем. Он кивнул своему зомби и тот сделав несколько шагов, подхватил на руки еще и притихшую Фиону.

Потом некромант развернулся и стал уходить с этого этажа дома, я удобнее переложила голову и теперь могла слегка отрешенно наблюдать за происходящим.

Калем нес меня прямиком в малый зал для отдыха, за ним плелся зомби с ношей, потом шла Настя, а уже за Настей злой Леон, он крепко держал за локоть Аулину и буквально волочил ее за собой.

Муж внес меня в малый зал, бережно усадил в кресло, Настя остановилась в сторонке, но не уходила, зомби и временные пленники находились в коридоре. Калем присел напротив меня на корточки, заглядывая в глаза, полностью игнорируя громкое недовольное сопение Леона.

— Калем, все хорошо, — выдавила я из себя улыбку. — Просто слишком много событий, немного нехороших событий, — тяжело вздохнула.

— Вот видишь с твоей женой все в порядке, — хмыкнул Леон. — Калем, у меня много вопросов, поэтому будь добр сопроводить меня и твою сестру к Его Величеству, прихватив с собой своего зомби и его ценную ношу!

— Леон, к демонам, — скривился Калем, он так и сидел на корточках напротив меня, взяв мои ладони в свои руки и пытаясь их согреть. — Неужели мое присутствие так обязательно? У тебя есть вопросы, обратись к герцогам Лирье! На мою жену было совершено покушение, мой дом превратился в балаган! Этой ночью я смог закрыть пять разломов! Может быть, вы все оставите меня и мою семью в покое? — он зло посмотрел на Леона, скулы на его лице напряглись.

— Ваша светлость? — наклонил набок голову водный маг, а потом развернулся к Аулине. — Извините, леди, — произнеся это мужчина прикоснулся к шее женщины и та вздрогнув стала оседать на пол. Он подхватил ее, уложил на свободное кресло. Опять развернулся к Калему. — Вы уверены, что хотите, чтобы все вопросы связанные с вашей персоной: опекунство, обвинение в темных ритуалах, возможная причастность к покушению на вашего дядю рассматривались без вашего непосредственного участия?

Я замерла пораженная словами Леона и бросила на него негодующий, даже осуждающий взгляд, а он поймал его, и только хмыкнул. Калем медленно встал, расправляя плечи. Какое-то время мужчины молча смотрели друг на друга. Первым сдался Леон, он вздохнул и уже спокойным голосом произнес: