Чтение онлайн

Брезгливо пошевелила пальцами, решая, что выбрать — с одной полосой — белый для наблюдателей, или с тремя — черный? Белый — давал защиту, черный — черный значит — игра по правилам.

Хали-бад странный город. В каждом из кварталов свои законы, свои правила в каждом из проулков, как только удаляешься от центра, свои — на границе с пустыней, и совсем иные законы там, где правят пески. Солнце убивает, и чтобы выжить на небольшом кусочке земли, отвоеванной у пустыни и защищенной линией вышек и стеной артефактов от песчаных бурь и тварей — нужно соблюдать правила. Чтобы выжить.

После катаклизма плодоносные территории юга уменьшились в несколько раз и даже сейчас — границы города ещё не вернули в первоначальный вид — там, по пустынной дороге, которая от ворот сворачивает прямо на запад — после четверти дня пути можно отдохнуть у оазиса, который раскинулся прямо в развалинах старого Хали-бада, точнее того, что от него осталось.

— Сир, — служка вопросительно склонился, предлагая помощь с выбором. — Я могу озвучить правила…

— Не требуется, — я отрицательно махнула рукой — кольца вспыхнули яркими бликами и слуга отступил назад — здесь не спорят с сирами, которые могут позволить себе такое количество артефактов.

Весь Юг сдвинут на правилах. В борделе тоже были негласные правила для каждого из этажей.

Я подбросила на руке два браслета — тонкий белый с одной полосой, и черный, пошире, с тремя — провоцировать или нет? Третий этаж — странное место, место, где коридор устелен мирийскими коврами, и где много дверей по обе стороны. Каждый зал защищен несколькими куполами тишины, так что никаких звуков не просачивается вовне.

Иссихар был в третьем малом зале — именно так сообщили алларийцы. Я бросила браслеты обратно в корзину, выбрав черный, и, подняв три пальца для служки — номер зала, двинулась вперед, закатывая рукава кафтана — так будет сразу видно запястья.

— Сир! Браслет!

— Тс-с-с, — я крутанулась мягко, приложив палец к губам — молчи, малыш, или будем играть вместе. Служка сглотнул и поспешно отступил назад — тут все быстро учатся чтить правила. Или умирают.

Сапожки ступали бесшумно, шаги были плавными, ворс ковра — мягким. Неосознанно я начала двигаться так, как учили — почти боевым шагом. Первая дверь, вторая дверь, третья.

Арка двери светилась мягким ровным светом по периметру, приглашая зайти.

Первое правило игр третьего яруса — зайти в любую комнату может каждый, а выйти сможет только тот, кому разрешит Хозяин зала. Или… тот, кто сам станет Хозяином.

Я медлила, прикрыв глаза — время стремительно бежало, я восстанавливала в голове карту Хали — бада — поместье Данов с северной стороны, им придется пройти через первые кварталы, потом выйти на улицу, ведущую на восточную — и сейчас они должны двигаться по внешней кольцевой.

По моим подсчетам, примерно через тридцать мгновений вассалы Данов должны быть тут.

Эта самая крупная ставка из всех, которые я делала за последнее время. Потому что совершенно новая и непредсказуемая. Потому что я понятия не имею, как удержать в узде того, кто сейчас развлекается за этой дверью.

И это самая мелкая ставка из всех, потому что если я не смогу поймать Иссихара — тогда бессмысленно и начинать игру с другими — я не справлюсь, просто не потяну против.

Дан всегда был умнее. Сейчас я — старше, но это не давало уверенности — я до сих пор была той, кто постоянно проигрывала Дану — будь то словесные баталии или алхимия.

Честность — именно это он ценит. Я не хочу быть умнее и переиграть его — я хочу, чтобы его ум работал на благо Блау, а не второго Феникса.

Разве я так много хочу, Великий?

Я выдохнула, погладила ножны ритуального кинжала на поясе — шанс, который стоит использовать последним; щелкнула пальцами, разминая суставы, и приложила черный браслет к входной арке.

Дверь вспыхнула по периметру и гостеприимно открылась.

Служанка плакала. Мяла передник и явно робела — Наследник был не в духе.

— Ещё раз. Внятно!

— Леди просила чаю, так же как привыкла пить дома, на ночь, — она шмыгнула носом. — По-северному, из трав, но у нас не было взвара и пришлось бежать в лавку. Просила подать ровно, когда первые звезды появятся на небе…

— Кто-то пьет чай ночью? — Наследник Тиров старался говорить мягко, но служанка вздрогнула всем телом и резво отступила назад.

— Северные леди … все очень странные, — шмыгнула она носом. — Чего только уже не просили с утра, кухня сбилась с ног!

Кантор пробормотал ругательство под нос.

— Взломали! — отрапортовал старший из охраны. — Комнаты леди пусты… уходили через сад, и… из охраны — тройка аларийцев, их нет на месте.

— Блау! — Кантор выругался вслух, помянув Мару, Немеса и Ниму. — Молчать! Леди в комнате, всем ясно?

Слуги и охрана дружно закивали, переглянувшись — через десять мгновений весь дом будет знать, чья комната пустует.

— Молчать — это приказ, — сила полыхнула золотом на родовом перстне и слуги скисли — южный дом распечатали только декаду как, и свежие сплетни все любили страсть, как, а тут и повод такой — юная госпожа сбежала, может к полюбовнику, может просто… И Хозяин лютует страсть, сразу видно — карточки в Имперском вестнике не на пустом месте деланы. Но чего уж там — теперь и не поговорить всласть. — Собирай две тройки, и тихо. Опроси уличных — в каком направлении двигались и… быстрее!

Сила опять полыхнула золотом, ослепив на миг — Наследник был раздражен, и это понимали все. Поэтому сегодня ночью все приказы будут исполняться молниеносно.

Райдо — ржал. Тихо. Почти икая от смеха, получая откровенное и почти извращенное удовольствие от того, какую проблему устроила им девчонка Блау. Если бы не болели пальцы — он бы потер руки по привычке, Ашту выглядел так смешно, что удержаться было сложно.

— Ошибка?! — блеющий голос Каро дал петуха, и Райдо снова захихикал, прикусив губу. Девчонка — хороша! — В той стороне только несколько… несколько….

— … борделей! — припечатал Райдо и всё-таки заржал. — Я представляю заголовки завтрашних газет — Вторая Наследница найдена в борделе, или…, — он снова подавился смехом, — … Вторая Наследница исследуя Южные предел, решила начать с борделей… ахахаха….

— Помолчи, — голос Шахрейна звучал так ласково, что Райдо заткнулся мгновенно — прикусил язык, и втянул голову в плечи, пытаясь стать меньше ростом, как только Таджо с отчетливым раздражением расстегнул несколько пуговиц у стойки кафтана, как будто ворот мешал ему дышать.