Чтение онлайн

Уилсон. Вот как? С чего бы это?

Элвуд. Гарви полагал, что доктору Чамли следует взять на себя часть расходов нашей компании, но доктор не был к этому расположен.

Келли (невольный крик души). Вот в это я верю!

Уилсон. Болтай больше. Еще не то, небось, скажешь. Нахальства у тебя хватит.

Элвуд. Я сказал, что готов нести все расходы один — мне не хотелось скандала. Мы часто бываем у Чарли, он замечательный человек, у него такие интересные взгляды на жизнь. Но тут возникло еще одно осложнение.

Уилсон. А ну-ка, брось вилять, чертова кукла!

Элвуд. Мистер Уилсон, я вас ценю за ваше прямодушие, у вас что на уме — то и на языке, но будьте добры, я вас прошу — не употребляйте таких крепких выражений в присутствии (с полупоклоном в ее сторону) мисс Келли.

Сандерсон. Вы правы, Дауд, извините. Вы говорите — возникло еще одно осложнение?

Элвуд. Там наискосок от нас сидела красивая блондинка — некая миссис Смит. Доктор Чамли подсел к ней и стал объяснять, что они уже встречались. Почему-то в Чикаго. Ее спутник препроводил доктора Чамли обратно к нашему столику и попытался внушить ему, что не надо лезть в чужой огород. А разве у него есть свой?

Уилсон. Что — свой?

Элвуд. Свой огород?

Уилсон. А я почем знаю?

Келли. Пожалуйста, мистер Дауд, рассказывайте скорей… мы так волнуемся.

Элвуд. Доктор Чамли стал уговаривать Гарви рвануть в «Белую курочку». А Гарви хотелось пойти к «Эдди»… Пока они спорили, я пошел к стойке — заказать еще виски, а когда вернулся, их уже не было.

Уилсон. Куда же они пошли?.. Фу ты, я хотел сказать — куда пошел доктор?

Элвуд. Право, не знаю — у меня было свидание с доктором Сандерсоном и мисс Келли, вот я за ними и приехал. Может, попозже мы и набредем где-нибудь на Гарви и доктора Чамли и проведем вечерок все вместе.

Уилсон (Сандерсону). Ну что, слышали? За кого он нас принимает? (Надвигается на Элвуда со сжатыми кулаками.) Хватит. Ты врешь, и сам это знаешь!

Элвуд. Я никогда не вру, мистер Уилсон.

Уилсон. Ты что-то сделал с доктором и ты мне скажешь, что?

Сандерсон (удерживая его). Не трогайте его, Уилсон…

Келли. Может, он говорит правду…

Уилсон (поворачивается к ним, вне себя). Он все вам наврал, до последнего слова! Неужели вы верите в эту дурацкую историю, будто наш доктор сидел в ресторане и разговаривал с большим белым кроликом?

Келли. А может, доктор и в самом деле был у Чарли?

Уилсон. Ну да, и видел там этого кролика!

Элвуд. А почему же нет — ведь Гарви там был? Сперва доктор его немного побаивался, но текли часы, и Гарви нравился ему все больше и больше… Текли часы. Часы текли. Красивое выражение! С вашего позволения, я повторю его еще раз: текли часы!

Уилсон (бросается на Элвуда, Сандерсон его удерживает). С вашего позволения, я вам покажу, где раки зимуют!

Элвуд (не дрогнув). Мистер Уилсон, неужели у вас нет друзей поближе, с которыми вам было бы приятнее ловить раков?

Келли идет к телефону и набирает номер.

Уилсон (рвется из рук Сандерсона, с яростью смотрит на Элвуда). Это надо ж иметь такое нахальство! Не мог прийти сюда с белой горячкой! Пришел сюда с белым кроликом!

Элвуд (вставая). Приятно видеть такую кипучую энергию, но — увы! Мне пора.

Келли (у телефона). Ресторан «У Чарли»?.. Скажите, у вас там случайно нет доктора Чамли? Говорят, он у вас был с мистером Даудом. (В трубку.) Что вы на меня набросились? (Вешает трубку.) Какой-то бешеный. Сказал, что мистеру Дауду он всегда рад, а этого доктора Чамли на порог больше не пустит.

Элвуд. Это мистер Макнальти, он работает за стойкой. Он очень высокого обо мне мнения. Ну, давайте поедем.

Уилсон (растерянно). Постойте…

Келли. Мистер Дауд!.. (Идет к нему.)

Элвуд. Да, деточка… Можно мне взять вас за руку?

Келли. Если хотите. (Элвуд берет ее за руку.) Бедная миссис Чамли так волнуется. С доктором, верно, что-то случилось. Пожалуйста, постарайтесь припомнить еще что-нибудь, помогите его найти. Пожалуйста…

Элвуд. Для вас я на все готов. Для вас я готов начать новую жизнь. Почти готов. Но я сказал вам все.

Келли. Вы уверены?

Элвуд. Совершенно уверен… Но спросите меня еще раз, хорошо? У вас в голосе было столько тепла, столько участия — мне очень понравилось.

Сандерсон (безотчетно). Мне тоже. (Смотрит на нее.)

Уилсон. Шиш!

Элвуд. Что?

Уилсон. Шиш!

Элвуд. А-а. Ну, я должен бежать. Мне очень некогда.

Келли. Мистер Дауд, а чем вы так заняты?

Элвуд. Мы с Гарви заходим куда-нибудь в бар, садимся, выпьем пивка, заведем пианолу. Скоро все люди начинают оборачиваться, улыбаться мне. На лицах у них так и написано: «Уж не знаем, как тебя там зовут, но чудный ты парень». А у нас с Гарви на сердце становится тепло, и в мире как будто светлеет. Мы вошли как чужие, а теперь мы все друзья. Они к нам подходят. Подсаживаются. Чокаются с нами. Изливают душу. Выкладывают все свои потайные горести и все свои затаенные мечты. Говорят, на что надеются, жалеют о том, что совершили, рассказывают о своей любви, о своем недовольстве. И нет у них в душе ничего мелкого — ведь если к человеку по-дружески подойти, ты и не увидишь у него ничего мелкого. Ну, а потом я знакомлю их с Гарви, а у него-то ведь душа еще больше, недаром он мой лучший друг. И когда люди уходят, они уходят растроганные.

Сандерсон (наклонившись над ним). А почему вы зовете его Гарви?

Элвуд. Да потому, что так его зовут.

Сандерсон. Почем вы это знаете?

Элвуд. Любопытное совпадение, доктор. Как-то вечером несколько лет назад я шел по Ферфакс-стрит между Восемнадцатой и Девятнадцатой улицами. Вы знаете это место?

Сандерсон. Да, да.

Элвуд. Я как раз посадил Эда Хикки в такси. Эд целый вечер мешал виски с джином, и я решил, что его лучше отправить домой. Не успел я сделать несколько шагов, как услышал чей-то голос: «Здравствуйте, мистер Дауд». Я обернулся и вижу — прислонившись к фонарному столбу, стоит этот большой белый кролик. Я, конечно, не удивился — когда живешь всю жизнь в одном городе, привыкаешь, что все тебя знают по имени. Я подошел к нему поболтать, а он и говорит: «Мне показалось, что Эд Хикки сегодня немножко под мухой, или я ошибаюсь?» Конечно, он не ошибся. Я за Эда пойду в огонь и в воду, но, что тут говорить, он был под мухой. Вот так мы стоим, болтаем, и наконец, я ему говорю: «Вам повезло, вы знаете мое имя, а я ваше — нет». Он и спрашивает: «А какое вам имя нравится?» Тут мне и думать не пришлось, мое любимое имя всегда было Гарви. Я и говорю: «Гарви», и — представьте себе! — он отвечает: «Какое совпадение! Меня как раз и зовут Гарви».