Чтение онлайн

— Ну, позвонишь после первой пары, вряд ли это так уж принципиально будет.

— Ладно, — со вздохом смирилась Инса, — придется подождать. У меня, конечно, не очень хорошее предчувствие в связи со всей этой ситуацией, но всё-таки не настолько плохое, чтобы беспокоить малознакомого человека по ночам.

После первой пары Инса действительно позвонила ану Терсе и нашла у него полное понимание. ?двокат всерьез забеспокоился из-за того, что дознаватель прямо озвучил Инсе данную версию. Девушка не поняла, поверил ли он в достоверность подсказок её яснознания, но ан Терсе заверил её, что такое поведение дознавателя действительно довольно необычно и, скорее всего, и впрямь свидетельствует о том, что тот задумал какую-то следственную комбинацию, только пока неясно, какую именно. Адвокат сказал, что он в любом случае собирался сегодня после обеда навестить ?енца, и если бы мог, отправился бы в ЦМУ прямо сейчас, но, к сожалению, это невозможно, скоро начнется судебное заседание, в котором он должен участвовать. Но как только он освободится, то сразу же отправится в университет.

С одной стороны, этот разговор Инсу успокоил — ан Терсе приедет и постарается во всем разобраться, а с другой — взволновал еще больше, ведь адвокат признал серьезность её опасений.

Инса боялась, что ей будет сложно сосредоточиться на занятиях, но, видимо, сработала какая-то психологическая защита, и она, напротив, с головой погрузилась в учебу, полностью выкинув из головы тревожные мысли.

Однако за обедом беспокойство вернулось, и Инса начала раздумывать о том, удобно ли будет позвонить ану Терсе, чтобы поинтересоваться, как дела, но тут он сам ей позвонил и предложил встретиться у входа в общежитие бытовиков через десять минут, немного прогуляться и поговорить. Инса торопливо доела, порадовавшись, что они перед обедом не успели зайти в комнату и оставить там верхнюю одежду, накинула пальто и быстрым шагом направилась на встречу с адвокатом.

?н Терсе выглядел усталым и расстроенным, что сразу дало понять девушке, что всё обстоит не очень хорошо. Поздоровавшись, она предложила направиться в сторону стадиона, и мужчина согласился. Они медленно пошли по дорожке, и видя нетерпение Инсы, адвокат начал свой рассказ, не дожидаясь, когда они отойдут подальше:

— Сразу скажу, что с ана Дарсинссо сняты все подозрения, и в настоящее время его жиз?и и здоровью ничего не угрожает.

— Что-то мне не нравится такое вступление, — напряженно отозвалась Инса.

— Вы правы, ситуация была достаточно неприятной. Дознаватели действительно озвучили ану Дарсинссо ту же версию, что и вам.

— И что? — вне себя от волнения поторопила ана Терсе Инса.

— И всё это оказалось психологической подготовкой к предложению дать показания под воздействием эликсира правды.

— И он согласился?! — распереживалась Инса.

— А вы как думаете? — невесело усмехнулся адвокат.

— Ну да, можно было и не спрашивать, — вздохнула девушка.

— В этом есть, конечно, и положительный момент — больше его ни в чем не подозревают, однако процедура эта не только достаточно противная сама по себе, но и имеющая не самые приятные последствия.

— Что вы имеете в виду?

— Применение эликсира правды влечет физическое и в меньшей степени — магическое истощение. Чем сильнее маг, тем сильнее проявляется этот эффект. Так что ан Дарсинссо сейчас в лазарете и выглядит довольно изможденным.

— А меня к нему пустят?

— Я не целитель, конечно, — понимающе улыбнулся ан Терсе, — поэтому я специально уточнил у аны Терлио, сможете ли вы его навестить, и она сказала, что в любое время. Так что я предлагаю начать двигаться в направлении лазарета, я вас провожу, а вы пока можете задать мне интересующие вас вопросы.

— Как вы думаете, зачем им это было ну?но?

— Полагаю, на УМБ силь?о давила семья Венья. Так что дознаватели оказались в некотором смысле между молотом и наковальней: с одной стороны, они всерьез не подозревали ни ана Дарсинссо, ни, тем более, вас, но Венья требовали предъявить обвинения именно ему. С этой точки зрения допрос под воздействием эликсира правды был наилучшим выбором — теперь Венья уже не смогут настаивать, что ан Дарсинссо каким-то образом причастен к этим происшествиям.

— Ну да, теперь они начнут утверждать, что к ним причастна я, — невесело усмехнулась Инса.

— Теоретически это, конечно, возможно, но как минимум на тот период времени, когда пострадал Хосимо Венья, у вас есть алиби, ведь вы ночевали в комнате не одна. Да и на другие случаи, скорее всего, оно найдется, возможно, даже более надежно подтвержденное. К тому же причинение неприятностей через избранницу считается в среде стихмагов, особенно тех, кто вышел из «Черных Ягуаров», поступком достаточно позорным для того, чтобы блюдущие свою репутацию Венья никогда на такое не пошли. Вот если бы у них были настоящие веские доказательства вашей реальной вины — тогда другое дело.

— Благодарю, вы меня успокоили. Не то, чтобы я всерьез опасалась за себя, но Ренц уж точно не воспринял бы обвинения в мой адрес спокойно, и кто знает, что бы он натворил в таком случае.

— Да, ан Дарсинссо очень за вас волнуется.

— Я знаю, — вздохнула Инса, — иногда даже слишком.

Ренц и правда выглядел откровенно плохо. Смуглая кожа приобрела землистый оттенок, скулы заострились, под глазами залегли тени. Но появление Инсы всё равно вызвало у него широкую улыбку, хотя совсем не такую ослепительную, как обычно.

Такой грустной картины Инса не ожидала, и это зрелище так её потрясло, что она совершенно растерялась и, обессиленно шлепнувшись на кровать рядом с парнем, не нашла ничего лучше, чем поинтересоваться:

— Ты обедал?

— Обедал, даже двойную порцию съел, — бодрым тоном отчитался Ренц, однако голос его звучал так тихо, что слова Инса расслышала с трудом, да и попытка приподняться в постели Ренцу не удалась.

?т столь явного проявления слабости обычно крепкого парня Инса ощутила такую пронзительную жалость, что у нее даже сердце заныло. Ей очень хотелось обнять Ренца крепко-крепко, чтобы выразить свое сочувствие, но она не решилась: хотя в данный момент в палате они были одни, кто-нибудь из работников лазарета мог зайти в любую минуту. Поэтому она ограничилась тем, что взяла Ренца за руку и с беспокойством спросила:

— И что говорят целители, когда ты поправишься?

— Говорят, что к утру должно стать значительно лучше, и уже завтра я смогу пойти на занятия, а в среду — возобновить тренировки.

— Ты всё равно собираешься участвовать в соревнованиях? — недоверчиво уточнила Инса.

— Разумеется, — удивленно ответил Ренц. — Я, конечно, потеряю целых четыре дня подготовки, и придется в эти выходные не ехать с тобой в Циннаверру, а остаться здесь, чтобы хотя бы частично наверстать упущенное. Но я обязательно буду участвовать.

— Это из-за меня? Ну, из-за моего обещания, что если ты выиграешь, я соглашусь стать твоей невестой уже на Йоль?

— И из-за этого тоже, конечно. Но я всё равно бы участвовал, ведь теперь, когда основные соперники выбыли, у меня появился реальный шанс выиграть. А победа, пусть даже и в таких условиях, обязательно будет учтена при распределении. И если я займу первое место, возможно, меня загонят отрабатывать не в самый дальний угол Бартастании.

— Да, это веская причина, — была вынуждена согласиться Инса.