Чтение онлайн

Я подхватил ее и поднял на руки. Она весила не более девяноста фунтов. У входа появилась Меллия. Она замерла, зажала рот рукой, но быстро справилась с собой.

— Рейвел… кто это?

— Понятия не имею. Я проснулся и обнаружил ее здесь. Она приняла меня за спасателя. Начала говорить что-то и потеряла сознание.

Меллия отступила и внезапно ухватилась за мою руку.

— Мама! — выдохнула она.

Я выждал несколько бесконечных минут. Веки пожилой леди задрожали и поднялись. Она неуверенно улыбнулась.

— Мама! — снова сказала Меллия и схватила ее за руку.

— Нет, нет — у меня нет детей, — сказала она. — Я всегда хотела…

И вновь лишилась чувств.

Я отнес ее в пустую комнату и положил на кровать. Меллия села рядом, прислушиваясь к дыханию.

— Это твоя мать? — спросил я.

— Извини. Конечно, нет. Все пожилые женщины выглядят одинаково…

— Твоя мать так стара?

— Что ты, конечно, нет. Это чисто внешнее сходство. — Она виновато улыбнулась. — Психологи нашли бы этому тысячу объяснений.

— Она ждала нас, — продолжал я. — Наше появление предсказали приборы.

Меллия хмыкнула.

— Предсказали? Таких приборов нет.

— Она заговаривается? Столько времени одна…

Пожилая леди вздохнула и открыла глаза. Если Меллия и напоминала ей кого-нибудь, она не подала виду. Меллия шепнула ей что-то ободряющее. Женщины улыбнулись друг другу. Любовь с первого взгляда.

— Ну вот, устроила, — сказала старая леди. — Ох уж эти обмороки…

На ее лице появилось озабоченное выражение.

— Не говорите глупостей, — возразила Меллия, — все ясно…

— Как вы себя чувствуете? Вы можете говорить? — спросил я, не обращая внимания на угрожающий взгляд Меллии.

— Конечно.

Я присел рядом на кровать.

— Где мы находимся? — спросил я мягко, как только мог. — Что это за место?

— Темпостанция "Берег Динозавров", — удивленно ответила она.

— Мне следовало спросить, в каком мы времени?

— Станционное время — тысяча двести тридцать второй год.

Она озадаченно поглядела на нас.

— Но… — сказала Меллия.

— Но тогда выходит, что мы не совершили никакого скачка во времени, — сделал я вывод, если только можно назвать выводом столь абсурдное предположение.

— Значит… мы каким-то образом переместились на… вторичную линию?

— Не обязательно. Мы пережили такое, что вряд ли можно с уверенностью сказать, куда нас занесло, на первичную или на вторичную.

— Извините, — вмешалась старая леди, — у меня складывается впечатление, что… дела обстоят хуже, чем я могла бы надеяться?

Меллия с тревогой посмотрела на меня, а я перевел взгляд на женщину.

— Ничего, все в порядке, — сказала та. — Не беспокойтесь обо мне… Я понимаю, вы темпоральные агенты. Мои коллеги.

Она слабо улыбнулась и представилась:

— Оперативный агент Меллия Гейл к вашим услугам.

Я смотрел на Меллию, мою Меллию. Лицо у нее побелело как мрамор. Она застыла, не в силах вымолвить ни словечка.

— А кто вы, мои дорогие? — спросила женщина, повеселев. Она не видела лица Меллии. — Я почти уверена, что знаю вас.

— Я — оперативный агент Рейвел, — заговорил я. — Это — агент Лиза Келли.

Меллия обернулась ко мне, но тут же спохватилась. Прекрасный пример самообладания.

— Счастлива встретить… э-э… коллегу, агент Гейл, — сказала она бесцветным голосом.

— Да, когда-то я вела невероятно активную жизнь, — сказала старая леди с улыбкой. — Ах, как жизнь бурлила в те дни, перед… перед катастрофой. Такие высокие устремления, такие благородные цели! После каждого задания мы собирались у большого экрана, чтобы оценить эффект преобразований, поздравить или посочувствовать друг другу. Это было время надежд.

— Конечно, я понимаю вас, — кивнула Меллия с застывшим лицом.

— Но после официального сообщения все переменилось, — продолжала старшая мисс Гейл. — Мы по-прежнему не сдавались, мы так и не признали поражение, но уверенность ушла. А потом… Началось вырождение. Хронодеградация. Сначала в мелочах: утрата привычной уверенности, пробелы в памяти, противоречия. Мы чувствовали, как разматывается клубок жизни. Многие сотрудники ушли. Некоторые совершали прыжки в надежде найти стабильный годограф. Часть пропала без вести в темпоральных искривлениях. Некоторые просто дезертировали. Я, конечно, осталась. Я всегда надеялась… почему-то… — она резко умолкла. — Но это сейчас некстати?

— Нет, нет!.. Продолжайте, прошу вас, — сказала молодая Меллия.

— Да что там говорить! Пришел день, когда нас осталась в Центре лишь горсточка. И мы решили, что дальше невозможно поддерживать излучатели в рабочем состоянии. Больше года никто из оперативников не возвращался, хронодеградация оборудования ускорялась, и нельзя было предсказать, какой дополнительный вред могут причинить темпоральной ткани разладившиеся преобразователи. И мы отключили аппаратуру. Ситуация все ухудшалась. Возросло количество аномалий. Совершая скачки, мы везде наблюдали регресс… во всех временах. Началась паника. Мне стало страшно. Я уверяла себя, что ищу возможность сосредоточить где-нибудь стабилизирующие силы… искала оправдание. После множества скачков я наконец очутилась здесь. Станция показалась мне тихой гаванью, царством мира и стабильности, пристанищем безлюдным, зато безопасным. Некоторое время я была счастлива… пока не обнаружила ловушку, — она болезненно улыбнулась.

— Дважды я пыталась вырваться, — тихо проговорила она. — И каждый раз — после невообразимых ужасов — возвращалась в эту точку. Затем поняла. Я попала в замкнутую петлю. Я сдалась и приготовилась ждать…

Наши взгляды встретились, и я почувствовал, что убиваю старого калеку.

— Вы знакомы с оборудованием? — спросил я, чтобы заполнить возникшую паузу.

— Да. У меня была масса времени, чтобы исследовать возможности аппаратуры. Ее возможности. В данных условиях допустимо лишь минимальное воздействие на окружающую среду — например использование прогнозатора, векторы которого сказали о помощи.

Вновь улыбка, словно я бросился ради нее в океан.

— Дисплей, на котором вы работали, — сказал я. — Я никогда не видел ничего подобного. Это и есть прибор, который… э-э… предсказывает будущее?

— Дисплей? — она удивилась. Потом что-то вспомнила и поднялась. — Надо проверить.

— Нет, нет, вам нужно отдохнуть! — запротестовала Меллия.

— Помогите мне, дорогая. Я должна подтвердить показания!

Меллия заспорила, но я перехватил ее взгляд, и мы вместе помогли нашей пациентке подняться на ноги и повели ее по коридору.