Чтение онлайн

Темный силуэт вблизи превратился в Звитку. Вот уж не ожидал от нее… Откуда что взялось. Такая безоглядная отвага… И ведь полезла в зону, зараженную невидимой отравой.

Ведьму колотило, она заикалась и глотала слова вперемешку со слезами. От былой храбрости не осталось и следа. Будто и не она минуту назад остановила живой локомотив, летевший в бездну.

— Я… Я в-видела, он-но на т-тебя сз-зади… — лепетала она. — Я к т-тебе… А п-потом… М-мечом!.. Себе! И… В-вижу — он-но в воду! Как п-плав-вать ему? Н-ноги-то у н-него…

— Ты умница. И очень смелая. Поняла, поймала. Спасибо, — коротко поблагодарил я.

— Г-гимори… Что с н-ним? Что будет? — Звитка вроде немного успокоилась, хотя трясло ее по-прежнему.

— Не знаю, — честно ответил я, поглаживая черную звериную щеку.

Тварь будто столбняк поразил. Мышцы напряжены, единственная ладонь сжата в кулак. На прикосновения химера не реагировала. Помахал рукой перед каждым из глаз — моргают… Те, у которых есть веки. Значит, не зависла опять. Минимальный контакт сохраняется, но толку с него…

Ведьмины закорючки тут ничем не помогут. Чудовище просто вернуло себе какую-то часть утраченной памяти. Видимо, ключевую часть — и теперь не хочет жить. А мозг, скорее всего, в порядке. Насколько это вообще возможно в таком вот случае.

Отголоски беззвучного крика пульсировали в голове. Звитке бы убираться отсюда… Закряхтев, как дряхлый дед, я отпустил хищную морду. Взял членистоногую жуть за руку и вновь заглянул в потухший глаз.

— Мы найдем тех, кто сотворил это с тобой. — Я свел кулаки перед лицом, будто держу кого-то за грудки. — Вместе. И убьем их. Всех. Ты убьешь. Или я…

Косатка-скорпион наконец-то отозвалась: слабо скрипнула, перевела взгляд. Я провел большим пальцем по горлу, твердо повторил: «Убьем». И вроде она даже кивнула, хоть и почти незаметно.

Точнее, конечно, не убьем, а попытаемся. Буду реалистом: вероятность успеха почти нулевая. При наших-то текущих возможностях… Но сейчас главное — дать химере новую цель в жизни. Достойную и долговременную цель. А достижима она или нет — это уже детали. В конце концов, если попытка будет слишком уж походить на самоубийство, можно и схитрить. Вряд ли что-то помешает мне затянуть поиски или подготовку к устранению ублюдков-вивисекторов. На неопределенный срок. Выкручусь.

Но стараться для химеры я и правда буду. Приложу все усилия. Потому что не хочу ходить по одной земле с этими мразями, которые ее скроили. И потому что считаю своим долгом помочь монстру, который столько раз меня спасал. Я уже и со счету сбился… Началось еще с волков в первую же ночь.

Я крепко пожал руку чудовища, которое помнило себя другим, и кивнул в ответ. Отшагнул слегка, приоткрывая ему путь к воде. Адекватность твари оставалась под огромным сомнением, поэтому был готов хвататься за паучьи лапы — по примеру Звитки. Впрочем, тварь не спешила сигать в глубину. Она вообще больше никуда не торопилась: плюхнулась на пузо прямо там, где стояла.

Не успел сделать и пары шагов, как сам чуть не шмякнулся рядом. Повело в сторону, еле справился. Явно стряс мозги, грохнувшись с размаху. Нос и губы неспроста разбиты. С высоты всего роста — да об площадку эту проклятую… На ощупь она больше всего походила на асфальт. Неудачно повернулся корпусом — и сломанные ребра будто наружу вывернулись. Я застыл в неудобной позе, выдавил ругательство. Вот очевидно, что косатка-скорпион одной крови с двуногими бестиями! Те же замашки — в спину сбоку клешней!

Она, кстати, обратила внимания на мои страдания. Выдала резкую руладу, поднялась, а на худых пальцах твари заиграли малахитовые огни. Да неужто. Сам я обращаться к ней за помощью сейчас не хотел. Хотя ребра прямо-таки вынуждали к этому, приходилось крепиться.

Ударило чудище после того, как я невольно создал… нечто невообразимое. Химеру. Живое, которого не было, как говорят в этом мире. Правда, живым оно пробыло считанные мгновения, но суть не в этом. Главное — я совершил примерно то же, чему подверглась сама тварь. Точнее, не она, а ее… составляющие. Включая эльфийскую девушку, которая теперь навсегда заточена внутри жуткого тела. Не полностью, лишь ее частица… Но частица, видимо, основная — мыслящая. И осознающая себя.

Как представлю это, так сразу хочется проснуться — дома, в своей кровати. Или в казарме на койке, вообще без разницы. Умыться холодной водой и тут же забыть обо всем, что увидел. Щипать себя, впрочем, бесполезно — напробовался еще в начале, сидя в подвале. Приходится признавать, что здесь не плод больной фантазии, а самая что ни на есть реальность. Право слово, легче было бы признать себя шизофреником. Но нет, не получится. Слишком все логично… и ужасно.

Думал, лечить меня химера после такого напоминания откажется наотрез. Как бы добавки не выписала. Ведь по всему получается, что я наколдовал что-то мерзкое. Еще и воспользовался тем же чертежом. Но одно дело — обращаться, а тут вот сама предлагает… В моем положении — грех не согласиться.

Я доковылял обратно к монстру, и волшебный свет разом стер обжигающую боль — вместе с переломами. Полегчало тут же. Спасибо твари, конечно, иначе жизнь минимум на месяц стала бы сущим мучением. Ну, сама сломала — сама и починила. Все справедливо.

Затем зеленый луч медленно прошелся по лицу. В голове прояснилось, разбитые губы перестали саднить. Я аккуратно потрогал переносицу — вроде ровная. Или обошлось без смещения, или вообще не ломалась. В любом случае заросло — и ладно. Красавцем и до этого не был — с моим-то черным частоколом во рту.

Благодарно улыбнулся огромному хищнику, еще раз кивнул — и повел дрожащую ведьму к невидимой границе, за которой стихал смертоносный для нее крик. Опять навалилось уныние, но я ему не поддался. Все равно уже мы вынуждены коротать ночь рядом с пляжным погостом. Бодрость духа тут нужно сохранять — хоть какую-то.

Химеру оставил там, где она разлеглась. Похоже, что мнимый звук не сильно-то ей вредил, да и мне тоже. Ну и воспринимался он в том месте еле-еле. Так что пусть и дальше глядит на темное море, если хочет. Спать мне сегодня, видимо, не придется. В конце концов, оставлять чудовище совсем без присмотра не рискну. Несколько часов — уж точно.

Звитка после своего нечаянного подвига наконец-то перестала дергаться и всхлипывать. Свернулась калачиком на хламиде, которую я расстелил на песке, и задремала. У меня же сна предсказуемо не было ни в одном глазу. Потому я тоже уставился на чуть заметную серую полоску над водой — там, где она сходилась с небом.

Поразмыслить было над чем. Раньше считал, что хоть каким-нибудь чародейством тут каждый второй владеет, один я обделен этим талантом. Ну, насчет каждого второго — это я погорячился, конечно. Однако концентрация колдунов в пересчете на десяток встреченных человек сильно напрягала. Про эльфов уже не говорю. Да что там — даже изуродованные отродья умели творить такое, что волосы дыбом! Потом мне удалось вклиниться в чужие чары, использовать их против бестии-заклинательницы. Решил, что это почти случайность. А вот теперь… Не знаю, что и думать.