Чтение онлайн

Пришел я со звонком. И естественно мой приход в школу после столь длительного перерыва не был оставлен без внимания учителем.

– Итак, наш класс решил посетить Судзухара Тодзи. Может быть он соблаговолит объяснить мне причину своего длительного отсутствия?

Я молча сел на свое место. Я не собирался что-либо объяснять. Причины моих прогулов не касались никого из здесь присутствующих. Тот кого они касались - не пришел.

Я никак не мог понять рад я этому или нет.

– Итак?
– похоже учитель решил заняться мной всерьез.

Я демонстративно скрестил руки на груди.

И тут неожиданно подала голос староста.

– Его сестра серьезно пострадала во время нападения на город неделю назад. Все это время он провел с ней в больнице.

"А она-то откуда об этом узнала?"

Чуть позже удивление сменилось на злость.

"Это не ее дело!"

Тем не менее учителя такой ответ устроил. Он тут же вспомнил о Втором Ударе. О том как тяжело жилось тогда людям. Об их страданиях. О необходимости поддержки. И прочий бред.

А вот после уроков староста устроила мне настоящий разнос.

– Судзухара!
– она была явно не в духе.

С этого начиналось почти каждое ее обращение ко мне. Именно так - с яростного крика. И почему она все время ко мне придирается?

– Зачем ты вчера избил Икари?

Я мог на это ответить многое. Мог сказать, что этот Икари активно бил меня, поэтому слово "избил" не верно. Мог сказать, что причину она сама озвучила на уроке. Мог, наконец, сказать, что это не ее дело. Но староста не дала мне сказать ничего.

– Он нас спасал!
– в некоторых случаях Хораки было невозможно не только перебить, но и вставить хоть слово в свое оправдание. А с виду такая тихая, застенчивая...

– А ты его за это избил!

– Не за это!
– в моем голосе звучала злость.
– Ты прекрасно знаешь, за что!

Я хотел верить в это. Но все же было в душе неприятное чувство собственной неправоты.

– Я знаю, что случилось с твоей сестрой, - эту фразу Хикари проговорила своим обычным голосом.
– Но тогда получается, что ты избил его просто за то, что он не сумел спасти всех.

Я лишь презрительно хмыкнул, всем своим видом показывая, что мне пофиг на ее мнение. Затем развернулся и пошел прочь. Мне нечего было сказать.

***

Икари Синдзи.

Шли дни. Дни моей новой жизни. Такие не похожие на те, что были раньше.

Раньше в моей жизни не было Мисато.

Жить с ней было весело. Регулярные подколы то с моей, то с ее стороны. Мне было приятно видеть, что кто-то кроме меня оценил мое умение готовить. Она не рассыпалась в комплементах к моей стряпне, собственно она вообще их не делала. Но голодный блеск ее глаз при вопросе о том, что у нас сегодня на завтрак/обед/ужин/перекусить/пожрать был для меня лучшей похвалой. Она была чудовищной неряхой, чересчур любила выпить, но при этом с ней было легко. Мне было приятно, что постоянно рядом находится человек с которым можно поболтать о каких-нибудь пустяках. Я только сейчас начал понимать, каким чудовищным грузом на мне лежало практически полное отсутствие контакта с другими людьми.

А еще у меня появилась Цель.

И вместе с ней появились проблемы. Аянами Рей. Все в классе сторонились ее. Можно даже сказать побаивались. Почему? В такие моменты я очень четко видел разницу между мной и нормальными людьми. Я ее не боялся. Я пытался ей помочь. Вот только я не знал, как это сделать. Все чего я мог добиться при разговоре с ней, это короткие ответы на задаваемые мною вопросы. Попытки поговорить на отвлеченные темы успеха не имели. Рей либо не умела поддерживать разговор, либо не желала. Либо и то, и другое вместе. И чем больше я за ней наблюдал, тем больше склонялся к последнему варианту. Она редко (мягко сказано!) общалась с людьми. И не видела смысла общаться со мной. В каком-то смысле она действительно была на меня похожа. Похожа этой своей холодной рациональностью. Только я был таким только по необходимости, а она была такой всегда. Или в этом тоже была своя необходимость?

Я не знал. И сейчас сидя на крыше школы и слушая музыку я размышлял о том, что можно сделать. Был один вариант. Только он мне очень не нравился. Хотя результат был бы гарантирован. Вся проблема была в том, что я боялся. Боялся того, что могу узнать.

"Ладно. Время у меня не ограничено. Оставлю этот вариант на крайний случай, а пока попробую что-нибудь попроще. И побезопасней. Вот только что?"

Я поднялся на ноги и задумчиво посмотрел за ограждение крыши. Красиво. И музыка приятная. Я наслаждался видом.

Но всему хорошему рано или поздно приходит конец. Пришла пора и мне идти. Домой.

"А все-таки здесь хорошо. Надо будет почаще сюда выбираться".

С полным пакетом продуктов я возвращался домой.

– Мисато! Я дома!

Мысль о том, что эта квартира стала моим домом была... приятной. Мне нравилось так думать. А еще я очень тихо и осторожно, в самых дальних уголках своего сознания называл Мисато своей семьей.

– Я тут едой закупился, - я поискал взглядом Мисато.

Таковая обнаружилась за полупрозрачной дверью. В душе. Я покраснел. Хорошо хоть Мисато не замечала моей реакции на ее подобные выходки - такой бы был повод для подколов.

"Никак не могу привыкнуть к ее выходкам. Хоть бы дверь непрозрачную поставила, что ли".

Я перевел взгляд ниже. Нет! Не на нижнюю часть Мисато! На Пен-Пена. Он стоял передо мной и гипнотизировал пакет с продуктами.

"Нет, Пен-Пен, твоя рыба лежит в холодильнике".

Собственно Пен-Пен тоже любил лежать в холодильнике. Только в своем, а не в морозильной камере с рыбой в обнимку.

Тут из пакета (повинуясь гипнотическому взгляду пингвина, не иначе) выпала упаковка с полосками копченой семги. Выпала на моментально подставленный пингвиний плавник, который после этого моментально скрылся за дверью в комнату Мисато. Вместе с примыкающим к плавнику остальной частью пингвиньей тушки.

Ту же дистанцию я преодолел раза в два медленнее. То ли у пингвина был больший стимул бежать быстрее (успеет съесть больше рыбы пока я добегу), то ли из-за разницы в массе я медленные набирал скорость.

"И хуже вписываюсь в повороты", - добавил я, чуть не вписавшись в дверной косяк.

К тому времени, как я вбежал в комнату Пен-Пен уже успел как-то вскрыть полиэтиленовый пакет (клювом, не иначе) и уже успел оприходовать полпачки рыбы, торопливо заглатывая следующий кусок и нервно кося на меня левым глазом. Я вырвал у него пакет, спасая остатки рыбы.

Но не тут-то было.

Пингвин взвился в воздух в великолепном прыжке и с размаху опустил голову в хранилище драгоценного деликатеса. Через секунду он уже скрылся за дверью, унося в клюве куски рыбы.