Чтение онлайн

Бретт открыл было рот, чтобы отразить эти жестокие нападки на Бренду, и сразу закрыл, обдумывая сказанное Брайаном.

– Поддавшись моему натиску? – повторил он, хмуро глядя на ухмыляющегося Брайана.

– Здорово звучит, правда? Ариадна кричала мне это, когда мы с ней еще ссорились. Что-то вроде – жаль, что она не знала, какой я бессердечный ублюдок, когда поддалась моему натиску. И мне это ужасно понравилось – ну, что она поддалась моему натиску.

Он ухмылялся, как озорной мальчишка, и Бретт невольно рассмеялся.

– А еще она назвала тебя бессердечным ублюдком.

– Я решил пропустить это мимо ушей, она же говорила в гневе.

– Уж конечно, ты пропустил. И да, Бренда знала, что я рискую жизнью, и, возможно, знала все то, о чем ты сейчас говорил. Но это не имеет никакого значения. Она была девушкой каких-то восемнадцати лет, которую всю жизнь строго охраняли, а я вовсе не невинным агнцем. В ту ночь она шла ко мне на свидание, мы собирались убежать, пожениться и растить ребенка. Она только что узнала, что беременна. И пока я ее ждал, жалея себя изо всех сил, потому что она опаздывала и я уже начал бояться, что она передумала, Бренду схватили враги ее клана. Пять человек ее избили, изнасиловали и бросили в лесу. Бросили умирать. Она доползла до того места, где сидел, надув губы, я, и умерла у меня на руках.

Брайан вздохнул.

– Печальная история, и теперь я понимаю, откуда возникло твое чувство вины. Да, ты, как многие из нас, мужчин, наверняка считаешь, что должен был ее спасти. Понять, что она в опасности, почувствовать, что ей плохо, догадаться, где все это происходит, и мгновенно прискакать к ней на помощь, размахивая мечом. О да, у всех мужчин возникают подобные мысли. Мы считаем, что покрыты бесчестьем, когда выясняем, что мы не всемогущи и не можем обеспечить безопасность тех, кого любим. Когда происходит трагедия, все мы снова и снова думаем: «а что, если бы я сделал так или эдак», «что, если бы случилось вот это, а не то». Тебя там не было, поэтому ты не смог этого предотвратить. Подозреваю, ты даже не знал о том, что их враги находились поблизости. Ты не сделал ничего плохого, Бретт, это всего лишь печальное стечение обстоятельств.

– Я ее вижу, – прошептал Бретт.

– Видишь ее? В смысле – видишь ее призрак? Вот прямо сейчас?

Брайан тревожно оглянулся, и Бретт невольно улыбнулся.

– Нет, не сейчас. Я вижу ее, когда пытаюсь лечь в постель с какой-нибудь девушкой и получить немного удовольствия. Внезапно появляется ее призрак и печально глядит на меня с другой женщиной.

– Иисусе, должно быть, это… ну…

– Охлаждает? О да, еще как. И если даже не прекращает все мои попытки расслабиться, в любом случае лишает меня удовольствия от акта. Я пробовал напиваться, но это ее не прогоняет, хотя иногда помогает получить желаемое до того, как я протрезвею и снова ее увижу.

– И ты видишь ее, когда ты с Катрионой?

– Нет, и должен признаться, что это главная причина, почему я сейчас стою тут и пытаюсь решить, уехать мне или остаться. У меня по-прежнему нет собственных земель, нет и толстого кошеля, чтобы предложить ей. Уже двое мужчин жаждали только ее владений, но не ее саму. Мужу требовался набитый кошель, которые ей дали в приданое, а сэр Джон домогался земель. Не хочу, чтобы она считала меня третьим, пытающимся жениться на ней ради выгоды.

– Не думаю, чтобы хоть кто-нибудь, включая Катриону, решил, что ты женишься на ней ради этого, но я понимаю. Я добивался всего этого, когда венчался с Мейвис, хотя хотел ее и она мне нравилась. Я даже думал, что когда-нибудь смогу ее полюбить. Когда она так неожиданно умерла и я остался ни с чем, то решил, что больше никогда ничего подобного не сделаю. Вот почему, хотя к этому времени у меня уже были деньги, я так долго колебался, жениться ли на Ариадне, а ведь я ее очень сильно любил. И ты любишь Катриону, верно?

– Да, люблю. Может, потому я и не вижу Бренду, когда бываю с Катрионой?

Брайан кивнул.

– Вполне возможно. Ты же не просто кувыркаешься с какой-то там девицей. Значит, тебе нужно что-то такое, что поможет тебе почувствовать себя в равном с ней положении, так? Самому привнести что-то достойное в брак, а не только получить от него выгоду. И сдается мне, что тут под рукой есть крепость и земля, оставшиеся без лэрда. Никаких наследников, которые поднимут крик, если кто-то всем этим завладеет, разве только несколько дальних кузенов или парочка бастардов помимо тех шести девчонок.

Бретт какое-то время молча смотрел на Брайана, не в силах ничего произнести, а в мозгу уже бродило множество мыслей.

– И у меня есть могущественные друзья и родственники, которые мне кое-чем обязаны.

– И достаточно денег в кошеле, чтобы дать взятку, если потребуется.

– Ты, наверное, имеешь в виду небольшой подарок в знак благодарности.

– Да, именно. Точно!

– К тому же в Гормферахе сейчас находятся несколько моих людей, это тоже должно помочь.

– Ну так людям там нужен кто-то сильный, чтобы охранять это место, пока у них не появится новый лэрд.

Бретт обменялся с Брайаном ухмылками.

– А ведь это уже похоже на план.

– И частью этого плана будет Катриона, так?

– Так, но я ничего не стану делать до тех пор, пока не смогу явиться к ней и предложить что-то, принадлежащее мне. В конце концов, ее муж совершил благое дело, назвав Катриону своей наследницей. Признал ее труд и ее достоинства. Я знаю, что мог бы получить Катриону и без всех этих хлопот, потому что она не может скрыть своих чувств ко мне, как ни старается. Конечно, чертовски самонадеянно такое говорить, но я вижу это в ее глазах. И все-таки я хочу, чтобы она хоть раз получила что-то от замужества, а не только отдавала. Хочу предложить ей что-нибудь достойное за привилегию получить ее руку.

– Молодец. – Брайан хлопнул Бретта по спине и внезапно принюхался. – Похоже, скоро будем ужинать. Отменные тут кухарки, знают, как из ничего приготовить обильную вкусную еду. Ариадна даже взяла у них несколько рецептов. Мы вроде питаемся неплохо, но время от времени приходится попоститься, ну, или просто не хочется, чтобы некоторые гости за один присест съедали дичь, пойманную с таким трудом. Ариадна сказала, девушки в кухне говорят, что в основном за еду отвечает твоя женщина.

«Твоя женщина», – думал Бретт, спускаясь со стены вслед за Брайаном. Слова словно поглаживали его, доставляя удовольствие. Даже если ничего не получится с Гормферахом, он найдет что-нибудь другое и предложит это Катрионе, потому что она должна принадлежать ему. Бренда была любовью его юности, но сейчас он совсем другой человек, и этот человек хочет Катриону. Она его будущее.

Катриона подозревала, что ее раскрасневшиеся щеки могли бы согреть воду в ванне, не будь та уже нагрета. Весь ужин она изо всех сил давала понять Бретту, что хочет видеть его сегодня ночью в своей постели – то улыбками, то легкими прикосновениями. Она собиралась встретить его сегодня в чем-нибудь более соблазнительном, чем простая льняная ночная рубашка. Теплая, ароматизированная и слегка мыльная вода показалась ей превосходной идеей, но теперь Катриона напрягалась и вздрагивала при малейшем звуке из-за двери и думала, что сильно переоценила свои способности быть страстной и манящей.

– Сколько же, черт возьми, времени ты должна провести с мужчиной, чтобы перестать стесняться показаться ему голышом? – пробормотала она, намыливая пятку.

– Большинство мужчин считают, что для этого достаточно двух минут, – протянул Бретт, быстро вошел в комнату и закрыл за собой дверь, не желая, чтобы кто-нибудь еще увидел это восхитительное зрелище – Катриону в ванне.

Вид ее прелестного лица, раскрасневшегося от горячей воды и огня, пылающего в камине, перед которым стояла ванна, немедленно вызвал у него острый прилив желания. Ему нравилось, как небрежно она сколола свои густые волосы в пучок на макушке, как выбившиеся влажные прядки обвивают ее элегантную длинную шею. Он вдруг понял, что чем чаще видит Катриону, тем сильнее проникается ее красотой. Это была не та красота, что мгновенно привлекает к себе мужское внимание, но тем не менее красота.