Чтение онлайн

— Да, кто знает, — согласился Бастиан. — Если хочешь, отправимся.

Три рыцаря немного поспорили из-за права уступить своего коня Бастиану, но Бастиан легко разрешил спор, попросив себе Йиху. Рыцари, правда, сомневались, не унизит ли такая лошадь достоинство Бастиана, но он настоял на своём.

Фухур, дракон везения, был счастлив, что наконец-то они отправляются. Всё-таки города не для Фухура, даже такие красивые, как Амаргант.

— Мы будем ждать вас на берегу! — крикнул Атрей, и они взлетели.

Рыцари сняли с Йихи поклажу и оседлали её как своих коней. Она не могла понять, в чём дело, пока Бастиан не шепнул ей на ухо:

— Теперь ты мой конь, Йиха!

И когда паром отчаливал от города Амарганта, по окрестностям всё ещё разносилось радостное ржание старой лошачихи.

Что же касается героя Хинрека, то ему удалось попасть в страну Холодного Огня. Он проник и в свинцовую крепость, преодолев все три рва вокруг неё. Он нашёл свинцовый топор и победил дракона Смэрга. После этого он отвёз принцессу Огламар к её отцу, хотя теперь она охотно вышла бы за него замуж. Но он почему-то больше не хотел этого. Впрочем, это уже другая история, и мы её расскажем как-нибудь в другой раз.

Тяжёлые облака низко нависали над головами плотным холодным дождём. Потом с дождём смешался снег. Кони, склонив головы, шли против ветра. Плащи всадников отяжелели от влаги.

Путь их оказался долгим и трудным. Три последних дня всадники скакали по высокогорной равнине. Погода ухудшалась, под ногами было месиво из грязи и острых камней.

Но, несмотря на трудности, рыцари были в отличном расположении духа. Они и не ждали, что поход будет похож на воскресную прогулку. Время от времени они даже пели — не столько хорошо, сколько от сердца. Их любимая песня начиналась словами:

Они говорили, это старинная песня путешественников и называется не то ШЕКСПИР, не то что-то в этом роде.

Одному лишь Атрею и дождь и холод были нипочём. Они с Фухуром улетали вперёд на разведку, потом возвращались, чтобы подготовить путников к тому, что их ждёт впереди.

Все были убеждены, что ищут для Бастиана дорогу назад, в его мир. Бастиан и сам так думал. Хоть вовсе и не хотел покидать Фантазию. Но география Фантазии определяется исключительно желанием. И поскольку направление выбирал Бастиан, они лишь углублялись внутрь Фантазии, приближаясь к её центру. А центром была Башня Слоновой Кости.

На другой же день после выхода из Амарганта путешественники наткнулись в лесу на следы дракона Смэрга. Часть деревьев закаменела от его ледяного дыхания, и были видны отпечатки страшных лап. Атрей — как-никак охотник-следопыт — обнаружил тут ещё один след — коня героя Хинрека. Значит, герой Хинрек наступал дракону на пятки.

— Не могу сказать, что мне это очень приятно, — полушутя сказал Фухур. — Хоть этот Смэрг и чудовище, но он мне родня.

С тех пор Бастиан много размышлял над тем, что он, собственно, сделал, выдумав для героя Хинрека дракона. Конечно, герою Хинреку надо с кем-то сражаться и кого-то защищать. Но ведь заранее не скажешь, победит ли он. А если верх одержит Смэрг? И в каком ужасном положении теперь находится принцесса Огламар! Она, конечно, заслуживает наказания за свою заносчивость, но не такого же! А подумать только, что ещё может натворить это чудовище в Фантазии. Получается, Бастиан легкомысленно подверг опасности многих невинных. Луниана, конечно, не делает в своём королевстве различия между злым и добрым, между безобразным и прекрасным, но разве Бастиан мог разрешить себе такое же отношение?

Нет, Бастиан вовсе не хотел войти в историю Фантазии как создатель чудовищ. Лучше прославиться добрыми делами и слыть благодетелем, вот чего бы ему хотелось.

Местность между тем стала скалистой, и Атрей, прилетев с разведки, доложил, что впереди есть горная котловина с пещерами.

Вечерело, пора было подумать о ночлеге. Дорога шла по ущелью — возможно, то было русло высохшей реки. Вскоре они очутились в котловине, выбрали просторную пещеру и уютно устроились в ней. Рыцари набрали сухого хвороста, и скоро в пещере мирно полыхал огонь. Положили просушить плащи, расседлали лошадей, и даже Фухур, предпочитавший вольное небо, укрылся в тепле пещеры.

Пока Хидорн, нанизав куски мяса на меч, обжаривал их на костре, а остальные наблюдали за этим упоительным процессом, Атрей повернулся к Бастиану:

— Расскажи нам что-нибудь про девочку Крис Та.

— Про кого? — не понял Бастиан.

— Про твою подругу, для которой ты придумывал разные истории.

— Я не знаю такой девочки, — ответил Бастиан, — и с чего ты взял, что я рассказывал ей истории?

Атрей посмотрел на него долгим задумчивым взглядом.

— В твоём мире, — настойчиво повторил он, — ты рассказывал много историй — ей и себе самому. Ты сам говорил про это в Амарганте.

— Это верно, — пробормотал Бастиан, уставившись в костёр. — Припоминаю, действительно говорил. Но откуда я это взял — сам не пойму. Ничего такого со мной на самом деле не было.

Атрей переглянулся с Фухуром, как будто они уже понимали, в чём причина этого странного забвения.

— Мясо готово, — доложил Хидорн и раздал всем по куску.

«Готово» — это было слишком сильно сказано: снаружи мясо обуглилось, а внутри было сырое. Но в таких условиях выбирать не приходилось.

— Расскажи, как ты к нам пришёл, — попросил Атрей за ужином.

— Но ты сам это знаешь, — ответил Бастиан, — ведь это ты привёл меня к Детской Королеве.

— Я имею в виду, ещё до того, что было с тобой в твоем мире?

И Бастиан рассказал, как он украл книгу у господина Кореандра, как спрятался с этой книгой на чердаке школы и начал там читать. Когда он дошёл до Великого Поиска, Атрей остановил его. Собственные приключения Атрея не интересовали. Ему гораздо важнее было узнать подробности о чердаке, о похищении книги.

Бастиан ничего не мог вспомнить. Всё, что было связано с побегом на чердак— его страх, его слабость и робость, — исчезло из памяти. Уцелевшие обрывки воспоминаний были неотчетливы — будто речь шла о ком-то другом.

Атрей настойчиво задавал вопросы, Бастиан рассказывал о тех временах, когда ещё была жива его мать, об отце, о своём доме, о своём городе и о школе — всё, что ещё не выкрошилось из его памяти.

Рыцари спали, а Бастиан всё рассказывал. Ему удивительно было, что Атрея интересовали самые обыденные вещи. По тому, как Атрей слушал, Бастиану и самому стало казаться, что все эти повседневные мелочи полны тайны, которой он до сих пор не разгадал.

Была уже поздняя ночь, огонь догорел. Бастиан завернулся в свой серебряный плащ, и тут Атрей произнёс:

— Всё дело в АУРИНЕ.

— Что ты имеешь в виду? — Бастиан сонно взглянул на друга.

— АУРИН, — продолжал Атрей, будто разговаривая сам с собой, — на человеческих детей действует совсем иначе. Знак даёт великую власть, он исполняет все твои желания, но взамен отнимает у тебя воспоминания о твоём мире.

Бастиан поразмыслил. Он вовсе не чувствовал, что его память что-то утратила.

— Граограман сказал мне, что я должен идти дорогой желаний, чтобы понять мою истинную волю. Именно это означает надпись на АУРИНЕ. Я не могу перепрыгнуть или обойти ни одно из желаний, иначе я вообще не смогу продвигаться по Фантазии. Так он сказал.