Чтение онлайн

Благодаря этим мыслям, медленно и верно смог отвлечься от тяжелой реальности.

Так прошёл пятый день смены. Я всё так же занимался своими делами, больше погружаясь в собственные мысли, чем в окружающий мир. Иногда, чтобы хоть как-то вырваться из этого туманного состояния, я делал небольшие перерывы и выходил покурить. Для этого приходилось подниматься на поверхность, ведь я не хотел дымить у себя в бункере. Это было, как маленькое освобождение, хоть и недолгое.

На шестой день я опять читал книги, которые принёс с собой. Всё было по тому же сценарию, и, честно говоря, они начали меня утомлять. Это однообразие стало давить на меня, но что я мог с этим поделать? Правильно, ничего. Ибо если я не буду это делать, то придётся лежать овощем. А это не то, чем хотелось бы заниматься.

Всё это стало моей обязанностью — читать и изучат, что попадётся под руку. Я говорил себе, что если буду делать это, то смогу как-то расширить горизонты мышления и в итоге лучше пойму это странное место. Но с каждым днём книги казались всё более утомительными.

На седьмой день я опять повторил привычный круг: чтение, перерывы на воздухе, обед. Но в какой-то момент попросту устал от этого всего. Хотелось сделать сделать перерыв от всего и отправиться куда-то, где я смогу перевести дух. Может в лес? Да, это место всегда было для меня каким-то успокоением. Там было мирно и спокойно.

Выбравшись наружу я бродил среди деревьев, слушая их шелест и мысли мои становились легче. И вот, когда я уже немного полазил по лесу, пришла новая идея: почему бы не попробовать уехать снова на автобусе? Может быть, в этот раз что-то изменится. Возможно, в этот раз мне удастся вырваться из этого места.

Но, в глубине души было понимание, что и в этот раз будет всё также.

Невзирая на это попросту поспешил к автобусу и едва успел сесть. Хорошо, что мысли об этой возможности пришли мне, не так поздно.

Мой выбар пал на последнее сидение. Там я и сел. Вскоре автобус начал набирать скорость, и я наблюдал, как меняются пейзажи. Всё те же места, по которым когда-то уже проходил, и вот снова те места начали мелькать за окном.

Я продолжал смотреть в окно, и этот вид был для меня странным. Всё казалось немного искажённым, как будто я оказался в каком-то параллельном пространстве. Спустя какое-то время, начал чувствовать невыносимую усталость. Я пытался бороться с этим, держался, ведь у меня была гипотеза, что если я не усну, то, может быть, смогу выбраться. Но, к моему сожалению, долго удерживаться я не смог. Это чувство усталости было как анестезия, будто кто-то воздействовал на меня. В какой-то момент мои глаза слиплись, и я моментально погрузился в глубокий сон, отдавшись в руки этого уносящего сознания чувства.

Я медленно открыл глаза, и передо мной предстал салон «Икаруса». Это могло означать только одно: моя попытка выбраться снова провалилась. Через окно я уставился на ворота лагеря, чувствуя привычное разочарование. Немного посидев, я решил, что пора двигаться.

Первым делом я подошёл к месту водителя. Привычным движением открыл бардачок и достал оттуда пачку сигарет марки «Космос». На этот раз я не спешил в лагерь как угорелый, вместо этого сел за руль. Водить я умел — дед Василий в детстве частенько пытался научить меня этому делу. Правда, это продолжалось до тех пор, пока я не утопил его «Ниву» в речке, которая протекала рядом с полем. Честно говоря, не знаю, о чём он думал, доверяя десятилетнему пацану свою машину.

«Ниву» из реки, конечно, вытащили, но подходить к ней мне строго-настрого запретили. Видимо, дед осознал свою оплошность и решил подождать, пока я подрасту. Но, к сожалению, этого момента я так и не дождался — через некоторое время машина разбилась вдребезги в аварии. Хорошо хоть, что дед остался жив.

Вспомнив все наставления деда Василия, я завёл двигатель и начал движение. В тот момент, когда я тронулся, из-за ворот вышла Славя. На этот раз перед ней предстала совсем не привычная картина: вместо того чтобы стоять рядом с автобусом и смотреть куда-то сквозь неё ошалелыми глазами, я уезжал за рулём. Её удивлённый взгляд я успел заметить в зеркале заднего вида, но останавливаться не стал.

Настроение было просто отличным. Лёгкий ветерок бережно трогал мои волосы, и в этот момент я почувствовал себя совершенно свободно. Я расслабленно управлял автобусом, наслаждаясь этим спокойным моментом. В руках — сигарета, которую я неторопливо закуривал. Если честно, до того как оказаться здесь, я почти не курил. Можно сказать просто баловался… Но видимо, постоянный стресс и странные события лагеря начинают давать о себе знать.

Прошло некоторое время, и я заметил, что, несмотря на все мои усилия, чувство опустошения и странной заторможенности только нарастает. Я больше не мог терпеть этой бесконечной тирании однообразной дороги, поэтому, не раздумывая, скинул куртку в проём, бросив её туда. Устав от всего, я достал телефон и включил музыку. Пусть хотя бы она будет чем-то, что отнесёт меня в другое место. Я положил телефон рядом с лобовым зеркалом и продолжил движение, пытаясь не думать о том, что происходит.

Часы тянулись, и дорога оставалась той же самой. Уже прошло около четырёх часов, но изменений не было никаких. С каждым часом мне всё сильнее казалось, что я застрял в каком-то бесконечном цикле. Каждый новый взгляд в окно показывал точно такой же пейзаж, как и прежде. Это был какой-то замкнутый круг, где я будто не двигался вперёд, а просто перемещался по заранее установленной траектории.

В голове уже не было ни надежды, ни уверенности, что всё это может закончиться чем-то хорошим. Я просто знал, что так и будет. Куда бы я ни двигался, всё равно в конечном итоге окажусь там же, где и начинал. Внутри меня не было места для сомнений, просто осознание неизбежности происходящего.

И вот, как это ни странно, я снова увидел знакомый поворот. Сначала один, потом ещё один, и вот — лагерные ворота снова предо мной. Я остановил автобус, вглядываясь в них, и вдруг почувствовал странное ощущение безразличия. Мне не хотелось идти в лагерь, но другого выбора, кажется, не было. Я не мог ничего изменить, и это было на удивление спокойное осознание.

Выключив музыку и собирая вещи, я направился к воротам. В этот момент внутри меня не было ни одной эмоции. Всё казалось таким далеким и чуждым. Я даже не чувствовал, что это происходит со мной. Всё, что происходило вокруг, казалось частью какого-то сна, который я не могу проснуться.

Перешагивая ворота лагеря, было странное ощущение. Наверное, это всё же было отчаяние.

Шло время, и цикл сменял цикл. Я оказался в этом странном временном круге, где не было выхода, а всё происходящее повторялось снова и снова. За это время я перепробовал многое, в надежде на какое-то освобождение или хотя бы на возможность выйти из этой ловушки.

Сначала я решил выбраться через лес. Это был мой план, тщательно продуманный и подготовленный. Я собрал полный туристический набор, начиная от палатки и заканчивая специальным спальным мешком, который пришлось сшивать собственноручно. Я старался быть максимально готовым ко всему. Когда наступил последний день смены, я оказался далеко от “Совёнка”. Устроил себе место для ночлега в лесу, оборудовав временный лагерь, и, наконец, лег спать в своём уютном мешке. Но когда я проснулся, я вновь оказался в автобусе — в самом начале смены. Этот момент был для меня откровением. Не важно как ты закончишь смену, в любом случае всё начинается именно в автобусе.

Со временем я снова пробовал наладить отношения с пионерками, каждую смену пытался начать роман с кем-то, но всё было однообразно. Каждый раз всё заканчивалось одинаково — я засыпал в автобусе и просыпался в начале смены. С каждым таким циклом, моё желание продолжать эти бесконечные попытки иссякало. Потеря памяти у пионеров, повторение одних и тех же событий, отсутствие новых впечатлений — всё это убивало в мне интерес.

Позже я решил попытаться остаться в лагере и переждать ночь с седьмого на восьмой день, думая, что если я не буду спать, то, может быть, всё будет иначе. Но как бы я ни старался, в какой-то момент меня охватило то же самое чувство сонливости, которое было в автобусе. Оно настигло меня снова, и я не смог устоять. Как и прежде, снова оказался на старте этой проклятой смены.