Чтение онлайн

Попытка уйти по рельсам или уплыть на лодке также не дала желаемого результата. Все эти действия лишь приводили к тому, что я вновь оказывался в начале. Я продолжал искать способы выбраться, но ничего не работало. И вот, вскоре я узнал ещё одну странную вещь. Если пытаться подкараулить поезд, чтобы уехать, он никогда не появлялся. Я не понимаю, как это работает, но если ты сидишь и ждёшь его, он просто не приходит. Что-то в этом месте будто чувствует, когда ты пытаешься что-то изменить, и делает всё, чтобы этого не произошло.

Я пробовал и другие способы. Одним из них была попытка починить старую Волгу, которая стояла около столовой. Я думал, что если смогу привести её в рабочее состояние, возможно, получится уехать, но как только я завёл машину и поехал, то снова оказался в лагере. Всё оказалось так же, как и с автобусом — никуда ты не уедешь. Всё возвращает тебя обратно, как в бесконечную петлю.

По мере всего этого, я всё больше становился отстранённым.

Когда наступил мой тридцать пятый цикл, я уже почти смирился с тем, что этот мир не даст мне выбраться. Я сидел в клубах с местными “светилами науки”, которые, как всегда, были на своей волне. Они помогали мне осваивать необходимые для меня навыки — пайка, проектирование, электроника и другие технические умения.

Эти чудаковатые ребята упорно пытались собрать робота, и с каждым днём я всё больше убеждался, что их проект был обречён на провал. Форма, детали, даже общие очертания… Всё это подозрительно напоминало ту самую кошко-девушку, которую я встретил в шахтах. Совпадение? Возможно. Но чем больше я проводил времени, помогая им в мастерской, тем сильнее мне казалось, что в этом что-то есть.

Я возился с пайкой, подключал провода, проверял схемы — но вскоре осознал, что всё это бесполезно. Как бы мы ни старались, собрать робота не получится. Элементарно не хватало необходимых деталей. Нам были нужны сложные электронные компоненты: моторчики, микросхемы, всевозможные радиодетали и сенсоры, без которых этот механизм так и останется кучей металла.

Я внимательно рассматривал недостроенного робота, слушал рассуждения местных техников и постепенно приходил к неутешительному выводу — эта затея была обречена на провал.

Но зато, я смог сконструировать зарядку для телефона. Хоть что-то да получилось! Ух, как же я намучился понижать ток на нужный мне уровень… А делать переходник… Уж лучше и не вспоминать…

Что касается нэко, могу сказать только одно — сколько бы я не пытался её найти, мне это не удавалось. Я часто пытался подкараулить её в медпункте, именно в тот момент, когда там появляется яблоко, но как бы я не пытался, у меня никогда не получалось застать её там. Я стоял, пристально следил за каждым движением, но всё было тщетно. И вот, однажды, я задумался о том, что яблоко могло оставлять не она. Как можно объяснить такую скорость его появления? Оно всегда было в нужное время в нужном месте.

Затем я попытался найти её в шахтах, где встретил её в первый раз. Но и здесь результат был неутешительным. Шахты стали для меня такими же знакомыми, как пять пальцев на руке. Я знал каждый угол, каждое ответвление. Благодаря этому я мог спокойно перемещаться между бункером и выходом на площадь за считанные минуты, не теряя времени на ориентирование.

Однако, насчёт площади могу сказать одно. Я заметил одну странность, которая не давала мне покоя. Там есть флажки, и иногда они меняли свой цвет. Сначала красный, потом жёлтый, а затем зелёный. Но однажды я увидел, что они начинают менять своё положение в обратном порядке: сначала зелёный, потом жёлтый, и наконец красный. Я подумал, что это Славя, скучая, перемещает их местами, ведь она часто бывала на площади. Но оказалось, что это не так. Флажки никто не трогает. Они меняются сами по себе, и это происходит после дискотеки. Это всегда случается неожиданно. Я как-то моргнул, и флажки уже были в другом порядке.

От всего этого моя бедная крыша начинала ехать всё сильнее. Иногда мне казалось, что рано или поздно я просто сломаюсь, что не смогу продолжать всё это бесконечное колесо заново и заново. Что однажды я просто лягу, уставившись в небо, и не буду двигаться. Не стану ничего делать, не попытаюсь выбраться, не захочу ни с кем говорить.

Но каждый раз, когда подобные мысли начинали разъедать меня изнутри, я шёл к ней.

Мику... Девушка-оркестр. Она словно рождена для музыки. Кажется, что она владеет абсолютно всеми инструментами, что есть в музыкальном клубе. Её пальцы легко пробегают по клавишам пианино, смычок скользит по струнам скрипки, а гитара в её руках оживает, наполняя пространство нежными переливами мелодий.

Но есть у неё одна особенность, которая, увы, порой затмевает её талант. Она говорит так, будто у неё во рту пулемёт, из которого непрерывно вылетают слова. Без пауз, без остановок, без возможности вставить хотя бы слово в её монолог.

Поэтому я никогда не захожу в музыкальный клуб. Просто подхожу к окну и слушаю.

Именно музыка помогает мне в тяжёлые моменты. Живая, не та, что играет с моего телефона. Она звучит так искренне, так тепло, что, кажется, проникает прямо в душу. На время я забываю о циклах, о бесполезных попытках выбраться, о нарастающем чувстве бессилия.

Просто закрываю глаза и слушаю.

Время шло своим чередом.

Так незаметно наступил мой сороковой цикл. К этому моменту я уже прочёл почти все книги из библиотеки. Некоторые из них касались параллельных миров, другие — осознанных сновидений, а отдельную полку занимали книги по мистике. Я понятия не имел, откуда в обычной пионерской библиотеке могли появиться такие экземпляры. Хотя… если признать, что сам лагерь далеко не обычный, то чему тут удивляться?

Но в этом цикле я заметил нечто любопытное — косвенные улики, указывающие на существование нэко.

Первое, что бросилось в глаза — пропажа мешка сахара. Я не знал, зачем он ей, но он исчез. В прошлые смены такого не случалось. Кроме того, кто-то стащил несколько мотков бинтов из медпункта, а также исчезли некоторые книги. Это говорило о многом. Она умеет читать. Значит, её интеллект явно выше, чем у обычного животного.

Я надеялся, что наша встреча произойдёт как можно скорее. Ведь если кто-то и знал, что здесь происходит, то это была она.

Но я никак не мог её найти. Какие бы способы ни пробовал, какие бы ловушки ни расставлял, всё было бесполезно. Это означало только одно — встреча с ней возможна лишь по её воле.

Меня это одновременно восхищало и бесило. Больше бесило.

Кроме всего этого, я начал осознавать нечто важное. Эта девушка, нэко, была такой же, как и я.

Вероятно, она тоже помнит предыдущие смены. Иначе как объяснить её поведение? Она действовала хаотично, словно знала больше, чем показывала. Она не подчинялась общим правилам этого странного мира, не следовала обычному распорядку лагеря и, что самое важное, не вписывалась в привычный цикл.

От одной только этой мысли на душе становилось теплее.

Если я не один такой, если в этом месте есть ещё кто-то, кто помнит прошлое и осознаёт повторяющиеся смены, то это полностью меняет правила игры.

Я надеялся, что не ошибаюсь.

Мне не хотелось снова испытывать то горькое разочарование, которое преследовало меня раз за разом — когда девушки, с которыми я проводил дни и вечера, просто забывали обо всём в начале новой смены. Будто ничего и не было. Будто я для них — никто.

Хотя я и лелеял надежду найти её, но, как ни старался, нэко так и не появилась.