Чтение онлайн

— Т-а-ак, хорошо. Попробую, — Мия не успела сконцентрироваться. — Стой, а у тебя с первого раза получилось, когда ты только начинала?

— Я свой раскрыла… случайно, скажем. Без подготовок, как ты. Не переживай, главное — подобрать нужную мысль. В тренировках сложность совсем в другом.

— Поняла. А ещё, э-э-э… Скажи, как тебе погода? Ты любишь осень?

— Так, Мия! Я тебя не на смерть отправляю. Давай, давай, стань в удобную позу. Не поддавайся так вперёд, не то упадёшь. Вот так, ага, — Помогая принять нужную позу, попросила наставница. — Лучше вытянуть одну руку — так будет чувство, что амарантин воплощается именно через неё. Ногу немного назад, вот так. И корпус. Правильно. Можно смотреть на банку, но если хочешь, то можешь закрыть глаза. Некоторым так проще.

Одно простое движение век, и все цвета исчезли. Остался только один-единственный тон, который помогал сконцентрироваться, а не отвлекал.

— Теперь то, о чём я говорила. Сначала ты пробуждаешь в себе энергию. Потом придаёшь ей форму. Выбираешь ей цвет, выбираешь её природу. Всё получится не таким ярким и мощным, как тебе кажется, но результат будет. И потом направляй этот образ вперёд. Дай ему волю. Просто постарайся, вот и всё.

Пустая жестянка покорно ждала момента, когда её окутает невидимая сила. В голове пронеслись все советы Эстер, один за другим.

«Мысль не должна выглядеть как настоящая, — звучал внутри собственный голос. — Она должна быть настоящей. Должна быть достаточно живой, чтобы это заметили все вокруг. Чтобы коснуться того, что находится на расстоянии».

Эта идея только на первый взгляд не вызывала трудностей. Запросто можно понять сказанное Эстер, но суметь применить — это казалось куда тяжелее. Первую минуту в голову лезли мысли, что ничего не происходит, потому что она совершенно не так поняла задачу. Мия отгоняла их и старалась сохранить только один образ — её мишень посреди темноты. Вот-вот с этой мишенью должно было что-то случиться. Сейчас, буквально с секунды на секунду, её сила даст о себе знать и что-то да произойдёт.

Эта уверенность вызвала какие-то незаметные изменения. Сложно было сказать наверняка, но кончики пальцев начали холодеть, будто касались воды из проруби. Дыхание участилось, словно мышление теперь приравнивались к спринту и каждую секунду скорость только увеличивалась. Но куда более странное ощущение вызвало другое — что-то, что Мия никак не могла описать, начало уставать ещё быстрее. Было даже сложно сказать, находится оно в теле или почти-почти, прямо рядом с ним. По ощущениям это напоминало дополнительный орган, который вырос непонятно где, непонятно за что он отвечал и для чего он вообще нужен. Это «что-то» одновременно и болело, как порез, и кололо, словно его засидели, и в то же время уставало.

Рука начала дрожать и казалась тяжёлой. И только появилась эта уверенность, что она не опустит руку, чего бы ей этого не стоило, что как минимум ещё один раз нужно сосредоточить свои мысли на банке, как один-единственный звук разбил всю уверенность.

— Открывай глаза.

Знакомый голос почему-то воспринялся как сигнал к завершению. Сначала опустилась рука, разорвалась мысленная цепь с банкой, а только потом открылись глаза. Она чувствовала, что дышит очень быстро и прерывисто, но ничего опасного с её телом не произошло. То ощущение, которое и резало, и чего только не делало, начало постепенно отступать, а через несколько секунд, кажется, исчезло совсем, вслед за утихающим холодом.

Всё та же банка стояла перед ними двумя. На таком же расстоянии, повёрнутая той же стороной и ни капли, ни капли не изменившаяся.

— Получилось ощутить хоть что-то?

— Неужели ничего не произошло? — в голосе читался стыд. — Совсем ничего?

— Мия, ответь на мой вопрос. Ты что-то ощущала?

— Холод в пальцах. А ещё усталость и чувство, будто у меня что-то болит. Но я не знаю, как описать, что именно.

— Интересно. У тебя дрожали руки, — задумчиво отозвалась та. — Амарантин тратился, но форму не приобрёл. Поэтому я попросила остановиться.

— А почему? Почему не приобрёл?

— Может способ неправильный. А может…

Эстер задумалась. Мия обратила внимание, что её наставница уже не первый раз прикусывала губу и ходила туда-сюда, когда всерьёз о чём-то думала. Какое-то время вопрос витал в воздухе, но, даже судя только по бодрому голосу подруги, решение всё же нашлось.

— Вот что, несколько раз мы попробуем так же. А вот если не получится, то будем искать нужный способ. Ты направляла энергию через себя на цель — это рабочая схема, но мы попробуем поискать другие способы. Что-то интереснее и необычнее. И вот тогда точно должно получиться. Главное — проявить смекалку и найти действенный метод.

— Хорошо. Обещаю, что сделаю…

Ноги Мии подкосились. Она почувствовала абсолютное отсутствие сил и села на землю. Чувство, что непонятный дискомфорт ушёл, оказалось ложным — сейчас его тяжесть ощущалась сполна. Она представила себя хилой девчонкой, которая пришла тягать тяжёлые булыжники и облажалась на самом первом. Голова сильно кружилась, и появилось чувство тошноты. Тело покрылось испариной и дрожало, словно боясь того, что только что случилось. Удавалось только медленно вдыхать воздух и так же медленно его выдыхать. Так казалось, что тошнота становится слабее.

— Эстер, — медленно проговорила она. — Что-то мне совсем не по себе.

— Понимаю. Ты прости, что не сказала сразу. Боялась обить запал. — Наставница присела рядом, но никакой жалости в её словах не было. — Такой вот побочный эффект, называется “таяние”. Ужасное чувство, знаю, но его испытывают почти все, когда амарантин на нуле. Так что переживать совсем не стоит. Всё же это первая попытка выйти на контакт со своим ароматом в твоей жизни. И очень хорошо, что оно не такое уж сильное, потому что я, когда открыла свой аромат, потеряла сознание.

— Я близка к этому. Кажется.

Эстер аккуратно положила руку на плечо. Будь всё это хоть немного опасным, она бы точно распереживалась. Но сейчас её поведение было спокойным и подсказывало, что никакой угрозы нет.

— Амарантин кончился быстро потому, что совсем не развит. Пусть аромат и не проявился, ты ведь потратила амарантин в попытке найти его. Но если будешь из раза в раз работать над этим, то научишься чувствовать, когда стоит остановиться. В упорстве и есть главная сложность развития аромата. Поэтому вот для тебя и хорошая новость — ты всё лучше и лучше будешь чувствовать свой аромат, если начнёшь работать над ним. Ну а плохая — с “таянием” ты столкнёшься ещё не раз. Держись, это нужно переждать. Просто дай себе время отдохнуть. Может, тебе принести что-то поесть или попить?

— Ужас какой, — прикрыв рот, пробубнила Мия. — Если ты знаешь это состояние, то зачем говорить о еде? Мне сейчас даже думать о ней страшно.

— Меня саму удивляет, но у многих при таянии просыпается просто зверский аппетит. Готовы съесть что угодно, даже жирное и жареное.

— Не издевайся. Стоп. Ни слова о еде, — Мия усмехнулась настолько, насколько это было возможно сделать в её состоянии. — А амарантин он как, сам по себе… Восстанавливается? Ускорить нельзя? — Не было сил на длинные предложения.