Чтение онлайн

– Вот и мотивация постоянно ходить в данжи, – подумал я. – И вот те ресурсы, за которые можно проливать кровь и которые будут платёжным средством на цифровой территории, в особенности эти сферы. И какие же ещё есть их разновидности у этой «Бесконечности»?

– И ещё для информации, – продолжил Митрич. – За лидера мне отсыпали аж двести опыта. Тогда как за обычных крыс моего уровня по двадцать, а меньшего – по десять. Сферы регенерации падали примерно после каждой четвёртой крысы.

– У меня тоже для тебя информация есть, – сказал я. – Пока ты там геройствовал, я на ленте посидел. Там уже организовали портал по «Бесконечности», и идёт постоянное добавление информации. Во-первых, выяснилось, что мы не возрождаемся и наша смерть конечна. Видимо, это оттого, что мы всё-таки не до конца оцифровались. Во-вторых, детей и беременных женщин это не затронуло. И в-третьих, зона оцифровки довольно небольшая, всего двадцать пять километров радиусом от эпицентра взрыва. Так что мы недалеко от границы и можем прояснить мои вопросы, отправившись к ней, это много времени не займёт.

– Хорошо, – ответил Степан. – Только обязательно заберём твой жетон, чтоб так же не получилось в следующий раз. Одному в данже смерть.

Я посмотрел на данжеон – время смены его уровня увеличилось до ста часов. Я перевёл взгляд на напарника, вернул ему малую сферу характеристики и кольцо:

– Тогда подводим итог. Сейчас едем и разгружаемся. Возвращаемся в город, связываемся с конторой. Смотрим по обстановке в городе и двигаемся к границе оцифровки. Решаем мои вопросы. А что дальше делать, исходить будем из полученной информации.

– Добро, – ответил Митрич, и мы пошли к своему грузовику. – Кстати, на, возьми. Тебе может пригодиться, всё-таки хорошая вещь. Положи в карман, раз жетона нет, потом в инвентарь кинешь.

И он протянул мне две «малые сферы регенерации».

– Спасибо, Митрич, – я взял их и положил в разные карманы. – А ты себе-то оставил?

– Не переживай, у меня тоже две, так что поровну. Мы ж напарники.

Мы сели в кабину «мамонта» и покатили скидывать мусор. Пока пробирались через горы городских отходов, я смотрел по сторонам и то и дело замечал серую дымку данжа. Я насчитал семь разных по уровням существ данжеонов, но все они были базового уровня. Период смены уровня был примерно у всех одинаков, в пределах от восьмидесяти до девяноста часов. Были там и змеиные обитатели, и гигантские ядовитые многоножки, и бешеные собаки – аж три лидера. Собаки были 4–6-го уровня. Предполагаю, очень опасное место. Даже был данж с чайками-падальщиками с одним лидером. Представляю, как там весело будет, с летающими обитателями. О своих находках я говорил Митричу. Тот кивал и говорил, что хорошо бы здесь прокачать свои уровни. Место тихое, никому и в голову не придёт сюда переться, и уровни обитателей повышаются. Просто рай для прокачки команды.

А когда мы доехали до места и стали разгружаться, я заметил красноватую дымку.

Пока я думал, чем такой прорыв может грозить оцифрованному населению, тем более не успевшему хоть как-то поднять уровни, подошёл напарник:

– Что нашёл интересного?

– Да вон, глянь, – сказал я и показал на красноватую дымку.

Митрич посмотрел через жетон на то место, куда я указал, и присвистнул от удивления:

– Не рановато тут подобные уровни? И чем отличается логово от данжеона?

– Скорей всего, логово – это несколько высокоуровневых существ на маленькой территории, и всё. Но меня не это беспокоит, – задумчиво перевёл я взгляд с логова на напарника. – На каждом данже я вижу время смены его уровня и вероятность прорыва. Так вот, у базовых прорыв невозможен, я не беспокоился и не говорил ничего. А вот у этого как раз наоборот – с вероятностью 50 %. И я думаю, что очень немногие успеют подняться в уровнях так, чтобы быть хотя бы вровень с этими существами. Причём у этого логова ещё не предел по его уровню, оно может по истечении времени повыситься. И, как мне думается, повысится и вероятность прорыва. А если представить, что только здесь мы нашли десяток данжей, то сколько их сформировалось на всей оцифрованной территории и что будет, когда начнётся прорыв одного за другим?

Степан нахмурился, представил себе эту картину, потом строго посмотрел на меня:

– Это очень пугающая информация, Слава. И мы не должны её скрывать, мы выложим её на портале «Бесконечности», иначе очень многие погибнут. И это опять же очень серьёзный повод для того, чтоб как можно быстрее поднять уровни. Потому как я не сомневаюсь, что мы с тобой просто обязаны помочь многим. Я уверен, что, не зная этой информации, пострадает много неорганизованного народа, которые не хотят принимать новую реальность или не могут. Надо всех предупредить, что надвигается реальная угроза нынешнего существования, и те, кто не хочет поднимать уровни, должны выходить за зону действия оцифровки.

– А не боишься, Митрич, что к существующей панике по поводу изменения мира мы с тобой добавим ещё больше? Как бы не спровоцировать ещё больше проблем, чем уже есть.

– Нет, Слава, нужно, чтобы народ очень быстро организовался. И мы их подтолкнём. Ты подумай о тех, кто лежит под завалами в капсулах. Если народ будет долго думать, поднимать уровни или нет, и философствовать на тему «как жить в этом новом мире», то просто-напросто все, кто там, под завалами, однозначно погибнут – или оттого, что их не успеют откопать, или оттого, что подобные существа вырвутся, и те люди в капсулах для них – на один укус.

– Как бы из спасителей не превратиться в разрушителей, – тяжело вздохнул я.

– Не печалься так, напарник, на то она и ответственность, и нести её совсем нелегко потому, что принятое решение имеет свои последствия, и далеко не положительные. Тяжёлые решения даются совсем непросто, но они делают тебя сильнее как характером, так и духом. И только слабый не может принять такую ответственность. А ты, Славка, сможешь! Не зря тебе дана эта способность.

Я скривился, как будто откусил лимон, и подумал: «Как я не люблю эти хвалебные речи», – хоть и понимаю правоту Митрича. Он мою физиономию увидел, хмыкнул, хлопнул по плечу и сказал:

– Не кривись так, герой, всё как ты хотел, только не себя одного спасть будешь, а как можно больше народу. Короче, пошли спасать мир, – и он рассмеялся.

Мы сели в пустой мусоровоз и покатили обратно в город.

– Поесть бы, – говорю я. – Да и время обеденное уже.

– А ты прав, – поглядев на часы, сказал напарник. – Я бы тоже пообедал. Тогда сделаем так. Сейчас едем к нам в контору. А ты пока кидай сообщение на портал «Бесконечности». В конторе пообедаем и сменим транспорт. Я договорюсь с начальством и про отгулы, и о транспорте. Нам же надо на чём-то подходящем людей вывозить. Если ещё не будет организован вывоз людей из зоны оцифровки, то мы поможем, и не спорь. Даже если уже всё организовано, то дополнительный транспорт для такого дела лишним не будет. А когда всё будет нормализовано, то мы с тобой как можно быстрей двигаем назад на свалку уровни поднимать, чтоб самим быть готовым к новой угрозе.

Я поднял руки в жесте «я сдаюсь» и сказал:

– Окей-окей. Не переживай ты так. Поможем. Если, конечно, нам самим помощь не понадобится. Мы пока не знаем, что в городе происходит.

Митрич добавил газу, а я полез на портал, размышляя: как бы скомпоновать такую новость, чтоб покороче, но ёмко и тревожно заодно. И себя, я думаю, раскрывать не надо, так, на всякий случай. Напишем, что это специальный прибор, о, артефакт.

Вот этого я и боялся. Появились первые новости о беспорядках. Говорят, что они стали приобретать массовый характер и полиция не везде успевает. Ого, есть сообщение о перестрелке в Москве. На продвигающуюся к месту завалов колону МЧС кто-то напал. Непонятно, чего хотели нападавшие – то ли чтобы их спасли от оцифровки, то ли забрать себе специализированный транспорт. Паника растёт. Вот именно по причине беспорядков не могут быть нормально организованы спасательные работы в зоне эпицентра взрыва.