Чтение онлайн

Как только мама прошла обратно в дом через входную дверь, дядя Арон достал сигарету из переднего кармана. Глаза его были внимательны, а взгляд перемещался между мной и Дэмпси, пока мы, в ответ наблюдали за ним. Он сделал длинную, медленную затяжку, и дым заклубился вокруг его головы ленивыми круглыми кольцами.

— Вы вдвоем, ей-богу, доконаете нас всех.

Еще одна затяжка, и дядя Арон кивнул нам, чтобы мы следовали за ним, и повел к линии забора и разбитой тропинке, которая вела в обратную сторону от владений Басти и южного берега реки.

— Скажите мне прямо, — произнес он, прислонившись к столбику ограды и стряхивая пепел, который горел оранжево-красным, а затем исчезал, падая на черную землю. — Из-за чего весь сыр-бор?

Я поведала ему об Андресе, его загребущих, пьяных руках, и о том, как он порвал мою рубашку, а я после бежала как сумасшедшая, хорошенько врезав этому жирному белому в глаз. Рассказ занял всего несколько минут, после чего Дэмпси сообщил о том, что обнаружил меня в домике на дереве, выглядевшую еще более несчастной, чем котенок, вцепившийся когтями в нос тонущей лодки.

Арон был спокойным и размеренным во всем, что делал. На его висках была небольшая седина, а усы всегда были аккуратно подстрижены. Он тщательно следил за своим внешним видом, надевая отутюженные костюмы и фетровую шляпу в независимости от того, какую работу ему предстояло выполнить за день. Сегодня на нем были темные брюки и рубашка с открытым воротником. На голове была неизменная шляпа, а на подтяжках — золотые клипсы и застежки. Это был вечер свидания, и, судя по его ухмылке и расстегнутой пуговице рубашки, встреча прошла более чем хорошо.

— Что ж…

Еще одна затяжка, и дядя бросил сигарету на землю, затушив маленькое пламя каблуком.

— Мне кажется, будет лучше, если вы побудете вдвоем в эту прекрасную ночь.

— Я могу переночевать в домике на дереве.

Дэмпси пожал плечами, как будто все и так было очевидно. Большинство ночей, когда мы гостили на ферме, он спал в домике на дереве, просто чтобы не попадаться на глаза своей семье.

— Там наверху есть одеяло, я буду в порядке.

— Не получится, — ответил Арон, снимая шляпу, чтобы пригладить кончики волос, которые наверняка растрепались во время его развлечений.

— Твой папаша достаточно придурковат, чтобы подняться по лестнице и вытащить тебя оттуда за уши.

Он задумался на секунду, водружая шляпу обратно на голову.

— А Джо Андрес может протрезветь настолько, что вспомнит, кто наградил его фингалом, который он наверняка уже носит.

Он взглянул на меня, и на его лице появилась робкая улыбка.

Дэмпси снова схватил мою руку, крепко сжав ее, как будто хотел, чтобы я не волновалась из-за предположений Арона, которые тот изложил нам.

— Я думаю, вам обоим лучше пока убраться отсюда.

Он оглянулся в сторону коттеджа, затем снова посмотрел на нас, понизив голос, как будто был уверен, что кто-то может подслушивать.

— Могу ли я доверить вам двоим отправиться к рыбацкой хижине и заночевать там?

Мы оба кивнули, не удосужившись посмотреть друг на друга.

— И можете ли вы пообещать мне, Дэмпси Симоно, под честное слово, что не будете думать о вещах, о которых вам не следует думать, когда моя племянница находится с вами в одной комнате?

Дэмпси широко распахнул глаза, слегка покраснев, прежде чем быстро кивнул.

— Хорошо. Береги ее и не позволяй себе ничего лишнего. Я приду проведать вас утром, но следите за тем, что делаете, потому что я не скажу вам, в какое время зайду.

— Конечно. Мы… все будет хорошо, — пообещал Дэмпси.

Затем он отодвинул густой кустарник, скрывавший небольшой проход к тропе, и предложил мне идти первой. К счастью, светила луна, и, хотя идти пришлось довольно медленно, мы могли хорошо видеть тропу, по которой следовали.

Мы шли в тишине несколько долгих минут, пока Дэмпси, не выдержавший молчания, не начал насвистывать «Black Water Blues», вероятно, потому что знал, как сильно я люблю Бесси Смит (прим.: американская певица, одна из наиболее известных и влиятельных исполнительниц блюза 1920-1930-х годов, получившая прозвище «Императрица блюза»). Я как раз начала припев, напевая о том, что мне некуда идти, когда Дэмпси остановил меня, закрыв мне рот рукой и прижавшись сзади. Он наклонился, и аромат его дыхания, с нотками мяты, коснулся моей щеки.

— Там, — прошептал он, кивнув вправо, за пределы тропы.

К тому времени мы уже миновали участок моей Мими и пересекли границу земли Симоно, которая тянулась вдоль реки. Мое сердце колотилось, как у испуганного кролика, и когда Дэмпси попытался отойти, я схватила его за руку и притянула к себе покрепче, чтобы не броситься бежать и не дрожать от ужаса.

В это время года, пока еще не начался сезон ураганов, уровень воды в реке был низким. Позже начнутся проливные дожди и штормы. Один из них уже бушевал в заливе, надвигаясь со стороны Алабамы. Об этом говорили по радио, и моя Басти неделю подряд только и делала, что твердила об этом и очень переживала. Но лодка, проходящая сейчас по берегу реки, без проблем рассекала темную воду.

Слышались голоса и журчание воды, когда весла погружались и вновь выныривали на поверхность. Я не смогла разобрать, кто это был, даже когда мы подошли ближе к реке, спрятавшись под тяжелыми ветвями кипариса, который высился в конце тропы, но там определенно было больше одного голоса, тихо отдававшегося эхом над водой.

— Судя по всему — это браконьеры, ищущие аллигаторов, — прошептал Дэмпси мне на ухо.

— Разве уже сезон?

Я спросила это для того, чтобы Дэмпси наклонился поближе, а не для того, чтобы быть услышанной. Мне очень нравилось, как он пах и каким теплым было его тело, прижатое ко мне.

— Нет. Не думаю. Если бы это было так, эти парни охотились бы в дневное время.

Маленькая лодка поплыла дальше по реке, а Дэмпси взял меня за руку и потянул в сторону от тропы, к маленькой хижине в пятнадцати метрах от воды.

Он кивнул на разбитые кирпичи, из которых Арон соорудил дорожку и помог мне пройти по ней, остановившись, чтобы подать руку и подхватив за талию, чтобы убедиться, что я пройду, не поскользнувшись.