Чтение онлайн

Я сглотнул, и схватил бумажное полотенце из рулона, чтобы вытереть сироп с губ.

— На самом деле, нечего рассказывать. Это все из-за стресса. У меня сроки поджимают, и я очень рассеян. Вот и все.

— Это не было похоже на…

— Иисусе, Нат, я в порядке!

Я не хотел срываться на нее и доводить тон своего голоса до агрессивного и раздраженного. Но по жесткой линии ее рта я понял, что Натали не оценила мою небольшую вспышку, в независимости от того, входило это в мои намерения или нет.

— Извини… дело в той девушке? В той, которую ты хотел заставить ревновать?

Она улыбнулась, когда я отрицательно покачал головой.

— А что насчет нее? Она… отвлекает меня, и это плохо сказывается на моем состоянии. Это чертов туман, который я не могу развеять.

Нат допила кофе, уставившись в окно справа от меня, и ее длинные красные ногти постукивали по поверхности чашки. Ей требовалось время, чтобы собраться с мыслями и составить мнение о том, насколько я сейчас не в себе. После, она ополоснула чашку и прислонилась к раковине, наблюдая за тем, как я ем, пристально глядя на меня, словно ей нужно было тщательно обдумать свои слова, прежде чем произнести их.

— Быть может, это именно то, что тебе нужно, Нэш? Чтобы кто-то отвлекал тебя?

Натали тряхнула головой, опираясь на стол передо мной.

— Эта девушка. Судя по тому, как светлеют твои глаза, когда ты говоришь о ней, тому, как ты смотрел на нее вчера вечером, и какой уязвленной она выглядела, когда увидела меня, я не думаю, что она — всего лишь туман.

— Кем еще, черт возьми, она может быть?

В этот момент Нат снова улыбнулась, и это ослабило напряжение, возникшее в моих плечах и груди после того, как я увидел Уиллоу с тем парнем накануне вечером. Было удивительно то, как у нее получалось делать это для меня, но я любил ее за это.

— Такая девушка — это не туман, Нэш. Она — свет, который рассеивает все плохое. Возможно, тебе стоит признать это, пока она окончательно не поняла, что с тобой что-то не так.

Уже дважды за последние два дня я получил совет вытащить голову из задницы. Роан говорил это, потому что был стар и считал, что знает все. Нат делала это, потому что полагала, что я никогда не осознаю, что ждет меня впереди, если меня немного не подтолкнуть. Мне даже не хотелось задумываться о том, правы они или нет.

Оба их голоса звучали в моем сознании, пока я одевался в то утро, а Нат все говорила и говорила о том, что я должен приехать к ней в Калифорнию, хоть я и был уверен, что она просит об этом лишь потому, что хочет «случайно» столкнуться с нашим отцом, пока я буду в городе. Я не был идиотом.

— Может в следующем году, когда дела в моей компании немного наладятся, — сказал я ей, придерживая дверь, когда мы выходили из вестибюля.

— Ты уже говорил это в прошлом году. И за полгода до этого. Прошло почти два года с тех пор, как ты приезжал ко мне. А я уже три раза прилетала сюда, чтобы навестить тебя, младший братик.

— Ты сказала, что приехала в город для того, чтобы познакомиться с новым дизайнером. Не притворяйся, будто появилась здесь только для того, чтобы увидеть меня.

Ее хмурое лицо было жестким, а взгляд — убийственным. Возможно, Нат и добавила меня в свой маршрут, но я точно не был для нее не на втором плане.

— Прости.

Мой приезд действительно был уже довольно давно, хотя я готов был поклясться, что она ошибается. В жизни все идет наперекосяк — обещания даются, а потом нарушаются, ведь намерения выстилают любой путь, даже тот, который ведет в ад. Я так много времени уделял собственным проблемам, что забыл, что есть люди, которым я нужен. Например, Нат, которая в одиночестве жила в Калифорнии. Или Роану, который делал вид, что ему не нужно ничего, кроме хорошей книги, его птиц и безветренного дня. Неважно что я пытался воплотить в своей жизни — я не должен был забывать, что все еще кому-то нужен.

— Черт, Нат, мне жаль. Правда.

Ее лицо утратило обиженное выражение, и смягчилось. Она наклонила голову, наблюдая за мной.

— Честно говоря, я не думал ни о чем, кроме… Я имею в виду бизнес и инвесторов, Боже, я так много работал, готовясь к предстоящему совещанию на следующей неделе, что забывал поесть, поспать и даже поинтересоваться как ты.

Она улыбнулась и махнула рукой, чтобы вызвать такси.

Я покачал головой:

— Наверное я самый худший чертов брат в мире.

— Нет, — ответила она, забрасывая сумочку на плечо. — Просто хоть иногда вспоминай, что мир не нуждается в завоевании. Множество дураков пытались и потерпели неудачу в этом.

Брови Нат поднялись, и она взглянула на меня через плечо, ослепительно улыбаясь.

— И постарайся не забывать, что даже если тебе и удастся управлять миром, вид с вершины немного скучноват, когда ты сидишь там в одиночестве.

— Нат…

— Как ты думаешь, может, когда ты будешь готов, когда ты придешь ко мне, возможно, захочешь увидеться…

— Нет!

Мне не хотелось, чтобы сестра уезжала нахмурившись, услышав мой резкий ответ, но было кое-что, что я не мог преодолеть. Натали покачала головой, словно изумляясь мне и тому, как крепко я держусь за прошлое, и насколько близко подпускаю к душе свой гнев. Но порой ненависть к отцу была единственным, что согревало меня по ночам.

— Мне жаль. Ты… ты знаешь, что я люблю тебя, несмотря ни на что. Но это, Натали? Я просто… я не могу…

— Знаю, — сказала она, останавливая меня, чтобы притянуть к себе и обнять. — Знаю. Просто, вместо «нет», пусть будет «пока нет», ладно? Ради меня.

Она обняла меня прямо там на тротуаре, и впервые за несколько недель мое тело расслабилось. Я не чувствовал этого с той ночи в моей квартире, когда Уиллоу воздействовала на меня своим безумным джуджу. Сестра отстранилась, коснувшись моей щеки, и снова улыбнулась.

— До встречи, Нэш.

Она поцеловала меня, притянув к себе в еще одно объятие, которое грозило сломать мои кости, прежде чем я открыл для нее дверь такси, и она уехала, возвращаясь к своей жизни вдали от меня.

Только когда я развернулся, чтобы направиться к остановке, заметил, что Уиллоу разговаривает по своему мобильному телефону, то отводя взгляд от меня, то снова его возвращая. Я хотел остановить ее, пока она не ушла. Хотел сказать ей, что сожалею о том, что вел себя как придурок, пытаясь заставить ее ревновать. Я даже думал о том, чтобы схватить ее, поцеловать и сделать все возможное, чтобы забыть про все те барьеры, которые сам же возвел, чтобы не потерять ни себя, никого-то еще.

Лицо Уиллоу было осунувшимся, а кожа бледнее, чем вчера вечером. Она несла под мышкой белую коробку, в которой, как я догадался, было много чудесных капкейков, а по тому, как были растрепаны ее волосы, я догадался, что она провела ночь на кухне, занимаясь выпечкой, потому что это помогало ей, когда она нервничала, отвлекая от проблем, с которыми она не могла справиться. Поступая также, как и я.

Она все еще не знала, что Натали — моя сестра, а сейчас увидела, как я попрощался с ней «на утро после»…