Чтение онлайн

– Дело твое, но деньги нам нужны сейчас.
– Голос Иосифа потерял елейность.

– Что вы, как нищие, побираетесь? У ваших единокровных мало денег? Они могут купить госбанк! Пошарьте в своих закромах.

– Не лезь в чужой карман. У тебя наши деньги, отдай.

– Я не отказываюсь, приходи завтра - приготовлю, свои долги я всегда плачу, - ответил Лебедев, радуясь что можно враз покончить с этим гиблый делом.

– Я деньги не повезу, - сказал Иосиф.
– Слишком старый в тюрьму поздно садиться. К тебе завтра придет другой человек.

– Нет!
– крикнул Лебедев.
– Никаких новых людей видеть не желаю! Ты возьмешь здесь, вынесешь из дома, там делай что хочешь, передавай кому пожелаешь. Напишешь расписку, отпечатки пальцев, порядок знаешь. Все выполнишь и свободен

Он подумал, что если расплатиться сейчас? Старик не опасен, ему со мной не справиться. Деньги под рукой, отдать и забыть. Гуров на последнем издыхании, даже если его не уволят, сошлют в такую дыру, что ему будет не до меня. Сегодняшний его визит - чистой воды блеф, не более. Юрий Петрович взял себя в руки, одернул. Не спеши, сдохнешь на самом финише. Никто не должен знать, где я держу всю кассу.

– Давай, Иосиф не будем ссориться как мальчишки, приходи завтра.

– Нет, я буду ночевать у тебя, а деньги возьмет другой человек, - твердо сказал Иосиф.
– Он уже в Москве, здесь, на этой улице. Если я через час не выйду погулять, он придет в твою квартиру. Я желаю тебе добра.

Иосиф неожиданно испугался, знал, что Иван в Москве, и потому врал, на улице его никто не ждал. Он действительно прилетел с содельником, но тот уехал к знакомой девице, ждал звонка.

– Если хочешь знать, кто тебе друг, сожги свой дом, тяжело вздохнув, произнес Иосиф.
– Мужчина не проходит равнодушно даже мимо чужого пепелища. В дни моей юности, русский, жили мужчины.

– Иван в Москве, ты это знаешь, зачем нужен лишний человек?

– У моего человека нет пути назад, он не может продать.

– У Ивана тоже нет обратной дороги, - возразил Лебедев.

– Иван все знает, может потопить всех.

– Только вместе с собой.

– Да верно, но человек, живущий на игле слаб, и если его запрут на замок.

– Иван наркоман?
– перебил Лебедев.

Иосиф шмыгнул носом кивнул и совсем тихо, будто боялся, что кто-то подслушает сказал:

– С Иваном мы расстаемся.

Юрии Петрович не понял, что услышал приговор, рассмеялся.

– Иван - человек, который сам решает подобные вопросы, думаю, что он не согласится. Кроме того, он мне нужен еще здесь в Москве.

– Ты говоришь как мальчик, - Иосиф достал из кармана маленькую пластмассовую коробочку, открыл, и Лебедев увидел, что в ней лежат три ампулы.
– Передай Ивану, скажи, от меня.

Только теперь Юрий Петрович понял, что означает слово "расстаемся", и отстранился.

– Нет. Товарищи знают о моей связи с Иваном, когда труп найдут, проведут экспертизу, - убийство повесят на меня.

– Ты глуп, - Иосиф положил коробочку на стол.

"Действительно, глуп - подумал Лебедев.
– Какая разница, кто передаст смертельный наркотик? Все равно моя связь с Иваном установлена и его смерть обязательно свяжут со мной. А может подполковник не доложил начальству и в МУРе ничего обо мне не знают?"

Иосиф положил на стол половинку трехрублевой ассигнации.

– Завтра в десять утра ты позвонишь по этому телефону, он коричневым сморщенным пальцем ткнул в фиолетовые цифры на засаленной трешке, - встретишься с человеком, он даст тебе вторую половину. Ты передашь ему деньги и мы с тобой квиты.

"И вы уложите меня рядом с Иваном, - подумал Лебедев, ну поживем - увидим. Или, как выражается мой персональный голубоглазый сыщик, еще не вечер"

– Хорошо, - Юрий Петрович положил половинку трешницы в нагрудный карман пиджака - Ложись, отдыхай.

Иосиф вынул из кармана старинные часы, щелкнул крышкой. Склонив на бок голову, выслушал переливчатый бой и поднялся.

– Пойду по Москве, надо подарки внукам купить, вернусь в пять.

Через три часа Иосиф дремал в кресле самолета. В девять вечера, поняв, что азиат обманул и не вернется, Лебедев позвонил Ивану, но того не оказалось в номере.

Юрий Петрович просчитал все возможные варианты и пришел к выводу, что как бы судьба подполковника ни сложилась, его нельзя оставлять в живых. И сделать это должен Иван. Стрелять он не захочет, следует подсказать ему ход, который использовал покойный Кружнев - свинтить гайки крепления переднего колеса машины. А уж сделать так, чтобы Гуров выехал на загородное шоссе, - это забота Лебедева. Сначала убрать подполковника, потом Ивана... Все в жизни повторяется. Совсем недавно Кружнев убил Артеменко, а Иван убил Кружнева. Такую систему тоже придумал не Лебедев, он видел подобную историю по "видео", кажется, она называлась "принцип домино". Если костяшки домино поставить рядком вплотную друг к другу и крайнюю толкнуть - они повалят друг друга.

Иван вышел из такси и несколько кварталов шел темными пустыми переулками. У стоянки присел на лавочку, покурил, присматриваясь к обстановке. В доме Гурова светились желтыми огоньками только два окна. Кому-то не спится, равнодушно подумал Иван и затоптал окурок.

Белые "Жигули" Гурова стояли в ряду других машин, и это облегчало работу. Да и работой-то такие пустяки назвать было трудно.

Иван оглядел стол, уставленный дарами Иосифа, и, потирая руки, сказал:

– Прибыли гости с юга, вижу, еще не перестроились. Давай закусим, шеф.
– Он взглянул на часы.
– Завтрак или еще ужин?
– усаживаясь за стол, как бы между прочим спросил: - А для меня лично ничего не передали!

– Получишь завтра, то есть сегодня, когда помянем подполковника Гурова, - ответил Лебедев, исподволь наблюдая за Иваном, - не знал, что ты балуешься морфием.

– Ты меня не воспитывай, хорошо?
– Иван был спокоен. Организм еще добавки не требовал, да и в номере оставалась одна порция.
– Выкладывай новости.

– Деньги, деньги. Иосифу пора о вечности думать, Лебедев положил себе на тарелку зелень.
– Утром подполковник должен поехать в Домодедово, ты его сопровождаешь.

– Надеюсь, не в его машине?
– рассмеялся Иван.
– Идея твоя, профессор, понятна, только все не, так просто. А если он не поедет?

– Должен поехать, если бы Гуров сейчас был подполковником МУРа, то мог бы послать кого-нибудь вместо себя. Но он сегодня частное лицо. Поедет.

Иван поглядывал на хозяина недоверчиво.

– Ты, профессор, человек умный, но не пытайся меня объехать. Если все кончится хорошо, - он имел в виду смерть Гурова.
– Благополучно... ты выделяешь мне долю сполна.