Чтение онлайн

Юрий Петрович понимал, что Иван потенциальный покойник, разговор ведется пустой, но вынужден был играть по правилам и начал торговаться.

– Сколько?

Иван поднял палец.

– И я ухожу на заслуженный отдых

– Столько у меня нет, - твердо сказал Лебедев.
– Я должен рассчитаться с Иосифом, и сам надеюсь еще пожить.

– Точно выразился, - Иван кивнул.
– Хочешь пожить, не торгуйся.

– Знаешь присказку про шкуру неубитого медведя? Лебедев решил не перегибать палку и закончить разговор мирно.
– Будет в руках шкура - не поссоримся, люди разумные.

– А мент спит себе и не знает, сколько его шкура стоит, - Иван налил немного коньяку.
– Пожелаем человеку удачи.

Гурова разбудил телефонный звонок. Посмотрел на часы шесть. "Как в старое доброе время, когда я был на Петровке нужен", - подумал он и снял трубку.

– Квартира сто три, товарищ Гуров?
– затараторил девичий голос.
– С почты беспокоят. На ваше имя поступила телеграмма. Срочная. Но почтальон придет позже. Вам прочитать?

– Читайте, - Гуров сел и окончательно проснулся.

– Сегодня обязательно встречай наш рейс, целую, жена. Повторить?

– Спасибо, запомнил, - Гуров положил трубку. "Что могло случиться, - рассуждал Гуров.
– Да ничего, шлея под хвост попала... Наш рейс? Давала телеграмму по телефону, не потрудилась взглянуть на билет. А может, случилось что-нибудь? Позвонить Серову? Скорее всего, Рита ему ничего не сказала, чтоб не отговаривал".

В восемь утра Гуров выехал со стоянки. Надо бы цветы купить и заправиться. Бензоколонка есть по дороге, а цветы - в аэропорту, - и Гуров переключил внимание на темы, менее приятные, чем цветы и предстоящие объятия...

В тот день, прочитав дневник Гурова, полковник взглянул простовато и задал чисто женский, не имеющий ответа, вопрос:

– Ну и что?

– Петр, ты в своем уме?
– Гуров даже развел руками.

– С утра был, а сейчас не уверен. А ты?

– Не отвечай вопросом на вопрос!

Орлов долго рассматривал Гурова, зачем-то вытянул губы дудочкой и скосил глаза на кончик собственного носа.

– Не смеши - глупо!

– А чего ты ждешь! Возможно, Лебедев - крупнейший пройдоха и организатор убийства. Тогда, скорее всего именно по его инициативе на тебя наехала "телега" и ведется служебное расследование. Тебе больно и обидно...

– Слушай, Петр, у тебя много друзей?
– перебил Гуров.

– А у тебя? Ладно!
– Орлов махнул рукой.
– Выдохни. Можно предположить, что твой Иван профессиональный убийца? С твоей фантазией вполне возможно. Оставим. Меня интересует, что конкретно ты делаешь и как собираешься себя вести в ближайшем будущем? Открыл частное сыскное агентство?

Гуров обиделся, на друга не смотрел и не заметил, что Орлов уже не сидит в кресле развалившись, а выпрямился, напрягся.

– Ты же мне людей не даешь, - ответил Гуров.
– Я один с ними разберусь.

– Дурак ты, - Орлов вновь откинулся в кресле, самовлюбленный человечек, хоть и подполковник и заместитель начальника отдела МУРа. Тебе одному, если не грош, так целковый - красная цена.

Не "грош" и не "целковый" взбесили Гурова. Никто никогда не смел называть его "человечком". Он ничего не ответил и отправился в ванную умываться. Когда вышел и, дрожащими руками комкая полотенце, собрался произнести ответную речь, Орлов уже надел плащ и открыл входную дверь.

– Я твою тетрадочку прихватил, может, музей криминалистики заинтересуется, - сказал он равнодушно. Отдыхай, будут новости, звони.

Гуров растерялся. Пойти к Константину Константиновичу? В Министерство? Может, Петр с ума сошел? Сколько раз работали по более хлипким версиям! А я считал его умницей и своим другом. Постепенно он успокоился. Воевать решил в одиночку...

С утра и до поздней ночи Гуров прохаживался по улице Воровского, не теряя из поля зрения нужный подъезд, жевал на ходу бутерброды, начал покуривать. Он уже узнавал некоторых работников Верховного суда, знал влюбленных из Гнесинского училища. На него стали обращать внимание постовые, стоявшие у посольства...

Приехавшего на такси Иосифа, хотя в жизни его и не видел, Гуров узнал сразу. Деревянный чемодан и сумка с огромной дыней не оставляли сомнений, что человек прибыл с юга.

Через час с небольшим южанин вышел на улицу, ни чемодана, ни сумки при нем не было. Деньги он не везет, понял Гуров, может, Лебедев расплатился бриллиантами? Вряд ли, они сейчас возьмут только наличные, не станут связываться с реализацией.

Гуров прошел за гостем на Калининский проспект, когда Иосиф остановил такси, подполковник подождал, пока он усядется, потом подбежал и распахнул дверцу.

– Привет, шеф! Далеко собрался?

– Домодедово, - ответил водитель.

– Извини, - Гуров захлопнул дверцу и вернулся на улицу Воровского.

"Зачем он прилетал?
– рассуждал Гуров.
– Наверняка привез какие-то распоряжения, не доверяет телефону". В восемь вечера подполковник уехал домой, приняв решение завтра же обратиться в Главное управление уголовного розыска МВД. Он понял, что один ничего не сделает.

Подполковник гнал машину в аэропорт, думая сейчас лишь об одном, сумеет ли он купить цветы?

Иван на такси ехал следом. Напутствуя его, Юрий Петрович несколько раз повторил, мол, ты должен своими глазами убедиться, что милиционер выбыл из игры. В конце концов нам не обязательно, чтобы он угробился насмерть, если устроится на две- три недели в больницу, вполне достаточно.

Иван начал преследование машины Гурова от самого дома, но затем понял - ни к чему, если таксист поймет, за кем они едут и увидит аварию.

– Приятель, можно не торопиться?
– попросил он водителя.
– Вчера принял лишнее, мутит.

– У тебя от ханки, а у меня от плана голова болит, недовольно ответил водитель.

– Не в деньгах счастье.

– Философ, - буркнул водитель, но, увидев протянутый Иваном четвертной, заулыбался.
– Счастье, конечно, не в деньгах, только без них муторно.

"Жигули" Гурова исчезли в потоке машин, Иван прикидывал, успеет ли мент выехать из Москвы или колесо отвалится раньше? Вот будет номер, если он тормознет у светофора, колесо скособочится, и всей истории конец.

Они проскочили пост ГАИ, вышли на прямую, водитель заерзал.