Чтение онлайн

ОДНАКО ЕДИНСТВО, достигнутое в середине августа 1974 года, оказалось недолгим. На пути к примирению встало множество препятствий. Раны, открывшиеся в результате кровопролитных боевых действий Америки во Вьетнаме, которые закончились в январе 1973 года, оставались незаживающими и продолжали болеть в течение десятилетий после этого. Когда в сентябре Форд попытался залечить эти раны, предложив уклонистам от призыва в армию некое снисхождение, многие обрушились на него с критикой. Форд, — писал один человек, — «предложил позволить уклоняющимся от призыва и дезертирам работать, чтобы вернуться в американское общество. Я согласен. Могу ли я предложить 20 лет каторжных работ с отсрочкой за хорошее поведение, а для людей, ответственных за их судьбу, могу ли я предложить вечное горение в аду?» [8]

Напряженность по расовым и гендерным вопросам, острая в 1960-е годы, сохранялась и в то время. Американцы в 1974 году и позже вели множество «культурных войн» за наследие того бурного десятилетия, одного из самых противоречивых периодов в современной американской истории. В начале года чернокожая звезда бейсбола Генри «Хэнк» Аарон, которому угрожали расправой, когда он приблизился к рекорду Бейба Рута по количеству забитых за карьеру мячей, был вынужден нанять вооруженную охрану. В сентябре судебное решение об организации автобусного движения для обеспечения расового баланса в государственных школах Бостона вызвало яростное сопротивление белых. Не менее бурными стали дебаты по гендерным вопросам, особенно феминистского толка. В 1972 году Конгресс направил Поправку о равных правах (ERA) в штаты для возможной ратификации, а в 1973 году Верховный суд в деле «Роу против Уэйда» признал недействительными большинство законов штатов, криминализирующих доступ женщин к абортам. Это решение вызвало жаркие споры в последующие годы.

Эти спорные события свидетельствовали о том, что многие жители Соединенных Штатов, всегда беспокойного, динамичного общества, готовы бросить вызов старым устоям. Но эти вызовы встречали энергичное сопротивление. Как и другое наследие культурно-подрывных 1960-х и начала 197-х годов — длинные волосы, бороды, мини-юбки, наркомания и сексуальное освобождение, — которое свидетельствовало о том, что многие молодые люди, особенно представители огромного поколения «бумеров», отвергают священные американские моральные ценности. Особенно глубокие опасения вызывал рост числа насильственных преступлений. Встревоженные этими тенденциями, религиозные консерваторы и другие мобилизовали свои силы для похода в политику.

Международные проблемы также вызывали серьёзные опасения в 1974 году. В феврале Советский Союз выслал из страны своего самого известного диссидента, писателя Александра Солженицына, который впоследствии поселился в США (где он осуждал то, что считал грубостью американского потребительства). Его высылка, разжигая другие источники трений между СССР и США, поставила под угрозу столь желанную Никсоном политику «разрядки» в отношениях с Советским Союзом и показала, что холодная война остается действительно фригидной. Месяц спустя, в марте, в районе иракско-турецкой границы начались тяжелые бои между курдами и иракскими арабами. В мае Индия успешно испытала атомную бомбу, став шестой ядерной державой в мире. [9] В течение всего года евреи и мусульмане продолжали убивать друг друга в Израиле и Ливане. Незадолго до того, как Форд стал президентом, турецкие войска, борясь с прогреческим переворотом, захватили северные районы средиземноморского острова Кипр, который оставался жестко разделенным в течение следующих 30 лет и более. [10]

Особенно сложным вопросом в области международных отношений для Форда и других в последующие десятилетия был вопрос о том, как управлять внешней политикой после войны во Вьетнаме. И тогда, и позже многие американцы — в большинстве своём либералы — считали, что Соединенные Штаты были не только глупы, но и морально неправы, ввязавшись в этот затяжной и кровавый конфликт. Другие, однако, настаивали на том, что Америка могла бы одержать победу, если бы собрала всю свою волю в кулак, и что она никогда больше не должна отступать в борьбе за свободу. Форд, как и его преемники в Белом доме, должен был решить, стоит ли Соединенным Штатам рисковать и при каких обстоятельствах предпринимать военные действия для продвижения свободы и демократии за рубежом, как это утверждали ЛБДж [11] и Никсон во Вьетнаме.

Форд столкнулся с особенно деликатной внутренней проблемой: что ему делать со своим предшественником? Должен ли Никсон предстать перед судом за преступления, которые он якобы совершил, скрывая взлом Уотергейта в 1972 году? Некоторые американцы требовали, чтобы он был привлечен к ответственности: Никто, даже президент, не должен быть выше закона. Другие не соглашались, считая, что Никсон уже заплатил высокую цену и что судебное преследование продлит «национальный кошмар». Не выдержав предсказуемого возмущения, Форд встал на сторону сторонников помилования. Спустя всего месяц после вступления в должность — и до того, как Никсону могли быть предъявлены обвинения, проведено судебное разбирательство или вынесен обвинительный приговор, — он поступил неожиданно и решительно, объявив Никсону «полное, свободное и абсолютное помилование» за все преступления, которые он мог совершить.

Вокруг этого «громоотвода», как его называли некоторые, разразилась буря критики. Пресс-секретарь Форда подал в отставку в знак протеста. Сенатор-демократ Майк Мэнсфилд из Монтаны, лидер большинства, заметил: «Все люди созданы равными», и «это включает президентов и водопроводчиков». Многие американцы, склонные верить в заговоры со времен убийств Джона Кеннеди и преподобного Мартина Лютера Кинга-младшего, были убеждены, что Форд ранее заключил сделку с Никсоном, чтобы быть выбранным в качестве преемника вице-президента Агню в 1973 году: В случае если Никсону придётся уйти в отставку, Форд помилует его. Как бы то ни было, после помилования рейтинг общественного одобрения Форда резко упал. По данным опроса Гэллапа, в конце августа он составлял 71 процент. За ночь он упал на шестнадцать пунктов, а к концу сентября снизился ещё больше — до 50 процентов. [12]

КОНЕЧНО, НЕ ВСЕ были поглощены этими событиями на первых полосах газет. Большинство американцев не уделяли постоянного внимания политике. Вместо этого их обычно волновали повседневные события, происходящие ближе к дому, некоторые из которых способствовали улучшению личных удобств. Среди потребительских товаров, впервые появившихся в 1974 году, были микроволновые печи, полностью программируемые карманные калькуляторы и автоматические льдогенераторы в холодильниках. Первые штрих-коды встречали покупателей в магазинах. Автоматические банкоматы, появившиеся несколькими годами ранее, постепенно увеличивались в количестве и делали неактуальными ограничения «банковских часов». Сенсорные телефоны, новинка 1960-х годов, быстро распространялись и вытесняли телефонные аппараты.

В 1974 году было чем порадовать людей. Компьютерная томография для постановки медицинских диагнозов становилась широко доступной. Табачная реклама расхваливала благословения сигарет с «низким содержанием смол», которые якобы будут безопаснее для 45 миллионов американцев — 35 процентов взрослого населения, — которые все ещё курили. [13] В середине 1970-х годов потребители могли выбирать из широкого ассортимента автомобилей, многие из которых — «тойоты», «датсуны», «ауди», «вольво» — производились за рубежом. В 1975 году в Соединенных Штатах было зарегистрировано 106,7 миллиона легковых автомобилей, в стране, помешанной на автомобилях, насчитывалось 129,8 миллиона водителей с правами среди 156,7 миллиона человек в возрасте шестнадцати лет и старше. [14]

У очень богатых людей, конечно, был почти бесконечный выбор. На обложке Time в течение недели после отставки Никсона был изображен актер Джек Николсон, который недавно снялся в «Китайском квартале», а в 1975 году должен был появиться в «Пролетая над гнездом кукушки». Его вознаграждение за «Китайский квартал» составило 750 000 долларов — огромная сумма для того времени. Среди других светил популярной культуры были Роберт Редфорд и Пол Ньюман (оба — звезды фильма «Афёра» 1973 года), Барбра Стрейзанд и Клинт Иствуд. Они тоже получали щедрые вознаграждения в культуре знаменитостей, в которой кинозвезды, певцы и спортсмены пользовались почти благоговейным вниманием. Мухаммед Али заработал миллионы, отобрав титул чемпиона в тяжелом весе у Джорджа Формана в Заире в октябре 1974 года. [15]

В начале года вышел первый номер журнала People, на обложке которого была изображена актриса Миа Фэрроу (звезда фильма «Великий Гэтсби»), перебирающая нитку жемчуга. Появление People в американских газетных киосках с огромным успехом расширило сферу распространения таблоидной журналистики в США и обеспечило миллионам читателей и потребителей возможность знать все — или почти все — о красивых, богатых и знаменитых. Британская принцесса Диана в последующие годы украсила собой пятьдесят обложек People.