Чтение онлайн

Значит, нужно что-то ещё. Что-то, что сломает привычные шаблоны. У неё есть великолепная точность. Способность видеть уязвимые точки. Хладнокровие, которое я в неё вбил. И магия. Идиот! Я совершенно забыл о её второй стороне.

Я вспомнил тот день на уроке Ханта, когда мы все демонстрировали способности. Как Алиса вышла в центр класса, нервничая так сильно, что я думал: ещё немного, и она упадёт в обморок.

«Иллюзии», — сказала она тихо, закрывая глаза.

Воздух заколебался, и рядом с ней появилась почти идеальная копия. Кто-то в классе присвистнул.

«Интересно, — Хант подошёл ближе. — Визуальная составляющая сильная. А тактильная?»

«Слабая, — призналась Алиса. — При прикосновении рассеется».

«Работай над этим. Но потенциал есть. Ранг D подтверждён».

Тактильная составляющая слабая. При прикосновении рассеется.

И что с того?

В бою не нужно, чтобы иллюзия была твёрдой. В бою нужно, чтобы противник на долю секунды поверил в то, что видит. Доля секунды — это разница между жизнью и смертью. Идея начала формироваться в моей голове.

— Алиса, — позвал я.

Она выпрямилась, всё ещё тяжело дыша, но уже контролируя себя.

— Да?

— Твои иллюзии. Ты можешь создавать не полную копию, а часть?

Она нахмурилась, обдумывая вопрос.

— Часть? В смысле… руку? Или голову?

— Именно. Например, дополнительную пару рук.

Алиса помолчала.

— Я никогда не пробовала. Всегда создавала полную копию.

— Попробуй сейчас.

Она закрыла глаза. Я видел, как напряглось её лицо — концентрация давалась ей нелегко после нашего спарринга. Воздух рядом с ней задрожал, заколебался — и ничего не произошло.

— Не получается, — Алиса открыла глаза, выглядя расстроенной. — Я не могу представить только руки. В голове сразу появляется весь образ.

— Тогда зайдём с другой стороны, — я оттолкнулся от стены и подошёл к ней. — Закрой глаза снова. Представь свою копию так, как ты обычно работаешь.

Она подчинилась. Воздух заколебался, и рядом с Алисой появилась её точная копия. Интересно, а какой из неё художник? Уверен, что отличный, — настолько точно передать и черты лица, и складки на одежде. Небо, да даже её поза была абсолютно такой же. Иллюзии — это родственный дар для астрала, но у меня никогда не было к нему тяги. Хотя какую-то базу я всё-таки знал.

— Теперь, — продолжил я, — представь, что копия начинает таять. Сверху вниз. Сначала исчезает голова, потом плечи, за ними растворяются торс и ноги. Остаются только руки.

Алиса нахмурилась, не открывая глаз. Иллюзия рядом с ней задрожала. Голова копии стала прозрачной, потом исчезла. Плечи последовали за ней. Торс растворился в воздухе.

Остались две руки. Они висели в воздухе, призрачные, полупрозрачные, но всё ещё видимые.

— Отлично, — сказал я. — Теперь открой глаза, но не теряй концентрацию.

Алиса медленно открыла глаза. Увидела призрачные руки и ахнула — от удивления они чуть не рассеялись, но она удержала контроль.

— Я сделала это?

— Сделала, но это только начало. Теперь следующий шаг. Попробуй двигать ими.

Призрачные руки дёрнулись, но движение было неуклюжим, рваным. Совсем не похожим на естественное.

— Так не пойдёт, — я покачал головой. — Ты думаешь о них как об отдельных конечностях, а это ошибка. Думай о них как о тени своих настоящих рук.

— Тени?

— Представь, что твои руки отбрасывают тень. Тень повторяет каждое движение, но с небольшой задержкой или опережением. Делай.

Моя идея сработала. Алиса подняла правую руку. Призрачная рука рядом с ней, почти синхронно, с едва заметным отставанием, повторила движение. Умница!

— Уже намного лучше, — одобрил я. — Теперь обе руки.

Она начала двигать руками, сначала медленно и осторожно. Призрачные конечности следовали за настоящими, создавая странный эффект: казалось, что у Алисы четыре руки вместо двух. Но стоило ей убедиться, что всё стало получаться, как она стала двигать ими намного свободнее.

— А теперь представь, что тени могут двигаться чуть иначе. Не копировать, а дополнять. Твоя правая рука идёт вверх, а призрачная идёт вниз.

Такая механика движений давалась ей намного сложнее. Алиса нахмурилась от напряжения, пот выступил на лбу. Призрачные руки задрожали, теряя форму, и она покачала головой.

— Не могу, — выдохнула она. — Слишком сложно думать о разных движениях одновременно.

— Сможешь. Это как учиться играть на музыкальном инструменте. Сначала пальцы не слушаются, потом становится легче. Нужна практика. И меньше думай — ты должна их ощущать.

Что мне в ней нравилось, так это упорство. Она попробовала снова. И снова. На пятой попытке призрачная левая рука двинулась в противоположном направлении от настоящей, всего на секунду, но это уже была победа. Дальше будет намного проще.

— Умница! — я указал на неё. — Ты поймала это ощущение?

— Да… — Алиса выглядела изумлённой. — Это странно. Как будто у меня действительно четыре руки.

— Теперь понимаешь идею?

Она медленно кивнула, и в её глазах зажёгся огонёк понимания.

— Противник видит четыре руки, которые наносят удар. Из них всего две настоящие, но он не понимает, какие опасны.

— Именно. В бою побеждает не тот, кто сильнее, а тот, кто заставит врага ошибиться. Одна секунда замешательства — и ты бьёшь в точку, которую видишь своим даром. Бой окончен, а ты проходишь в следующий тур. — Мотивация и ещё раз мотивация.

Алиса посмотрела на свои четыре руки и, глубоко вздохнув, сосредоточилась. Иллюзорные руки стали полной копией настоящих и при этом отходили от того же сустава с такой идеальной точностью, что было тяжело понять, какие из них настоящие.

— Мне нужно практиковаться.

— Обязательно, но сначала нужно протестировать, как ты сможешь ими пользоваться в реальном бою.

Я встал напротив неё в уже привычную для неё базовую стойку и начал объяснять задачу:

— Я буду атаковать медленно. Твоя задача — защищаться и контратаковать, используя все четыре руки. Готова?

Она кивнула, и её лицо стало сосредоточенным.

Первый удар — в голову. Алиса уклонилась, одновременно выбрасывая вперёд все четыре руки. Две настоящие и две призрачные метнулись ко мне, и на мгновение сознание застопорилось: какой удар блокировать? Если такое происходит со мной, то остальным будет ещё хуже.