Чтение онлайн

— С удовольствием. — Он окинул взглядом зал и усмехнулся. — Я думал, что буду последним, а тут Торн решила показать, что она чемпион, которого все должны ждать.

— Может, просто задерживается. Не стоит поспешно судить людей, Дэмион. Кому как не тебе это знать. — Голос Алисы прозвучал как удар хлыста. Ого, а вот это реально круто. Она решила осадить Кросса, напомнив, кто он и что делал. Я ожидал чего угодно, но не улыбки от этого барса.

— Спасибо за совет, Алиса. Кстати, выглядишь классно. — От его комплимента у Зрячей заалели щёки, и она придумывала, что ответить, но её спасло появление Лины Торн.

Я ещё раз оценил её. Худая, почти мальчишеская фигура, короткая стрижка. Пирсинг в губе и бровях, которого не было на турнире. Узкие плечи, тонкие запястья. На первый взгляд — воробей среди ястребов. На второй — тот самый воробей, который клюёт ястребу в глаз, пока тот разевает клюв от удивления.

Она вошла — и сразу стало тесно. Не физически, а на уровне ощущений. Её острый взгляд скользнул по залу и надолго задержался на Эйре. Я видел, что она считывала: одежда пусть и простая, но очень дорогая; осанка, поворот головы говорили о том, что Эйра Чен словно породистый жеребец, а она — рабочий мул. Где кто был, понятно и так. У ледяной королевы было всё то, чего у Лины Торн не было и никогда не будет. Алиса вчера сказала верно: Торн злая изнутри. Но я знал, откуда эта злость. Видел таких десятками, или даже сотнями. Голодные, злые, готовые на что угодно, чтобы вырваться со дна. Из них получались либо отличные бойцы, либо мертвецы, но вторые — куда чаще. Просто потому что зависть — зверь тихий. Он не рычит, а скалится изнутри.

Лина отвела взгляд. Встала посреди зала — ни к кому, ни от кого. Подбородок чуть задран: «Я здесь. Смотрите. И попробуйте не заметить».

Следом за ней вошёл Хант. Бумажный стакан кофе в единственной руке. Незажжённая сигарета за ухом. Серые глаза — деловые, усталые и абсолютно безжалостные.

— Лина Торн, ты опоздала на пять минут. — Видя её желание ответить, он лишь махнул рукой и сказал:

— Никаких оправданий. Три опоздания без уважительной причины — и любой из вас покидает команду. У вас лишь один шанс, чтобы проявить себя на графстве, и у тебя, Торн, первый залёт.

Ого, а он решил гонять нас по-взрослому. Что ж, похоже, это будет интересно.

Между Торн и Чен протянулась тонкая звенящая нить. Та самая, что натягивается, когда два хищника оказываются на одной территории. Только Эйра была хищником с родословной и деньгами, а Лина — с голодом и злостью. И иногда голод опаснее.

Хант допил кофе. Смял стакан и коротким движением бросил его точно в урну. У старика идеальный глазомер.

— Я не хочу тратить на вас слишком много времени, так что слушаем внимательно. Правила простые. Расход — не больше десяти процентов ядра. Сегодня боёв один на один не будет. Сразу — все вместе. Против меня.

Пять пар глаз уставились на однорукого мужчину с незажжённой сигаретой и хромым коленом. Пятеро молодых одарённых против одного инвалида. Звучало как плохая шутка.

Вот только мне было не смешно. Я видел таких в прежней жизни. Старых генералов, потерявших всё, кроме рефлексов и памяти тысячи боёв. Убери им вторую руку, ногу, глаз — они всё равно тебя убьют. Потому что их тело помнит то, чего твоё ещё даже не начинало учить. Теперь я был уверен, что не один сдерживался на тренировках. Кто же вы, мистер Виктор Хант?

— Давайте, покажите мне команду, — сказал Хант. И его голос был ровный. Как боевой нож, положенный на стол. Вроде бы он никому не угрожает, просто лежит, но стоит захотеть — и тут же польётся кровь.

Эйра первой вышла в круг. И это было абсолютно естественно. Тактик инстинктивно берёт командование. Она уже считала: позиции, углы атаки, слабые зоны противника. Мозг работал как арифмометр, раскладывая бой на шахматные ходы.

— Дэмион, давишь слева. Торн — правый фланг, отрежь отход. Доу — ближний бой, вяжешь с фронта. Грейс… — пауза, — держись позади.

В целом чётко и грамотно. Только это соло-тактика, натянутая на пятерых. Она раздавала роли как фигуры на доске. И в теории её план мог бы сработать. Проблема была в том, что фигуры оказались живыми и не горели желанием слушать девочку из семьи Чен.

Лина дёрнула подбородком.

— Правый фланг? Я не подпевала, Чен.

— Ты — воздушник C-ранга, умеющая работать с плетьми. Фланг — твоя работа.

— Моя работа — то, что я решу сама.

Небо, дети, какие же все они дети. Искры. Ещё до первого удара. И Лина спорила не с тактикой. Она спорила с правом Эйры командовать. Не потому, что план плохой, а потому что план отдала девочка, у которой было всё, чего у Лины никогда не будет. Забавно, как зависть может сожрать даже разумный расчёт. Впрочем, удивляться тут нечему: я видел, как зависть сжирала и более сильных людей. Что уж говорить о пятёрке школьников.

Эйра даже не повернула головы. Она уже привыкла, что её приказы выполняются беспрекословно. В семье Чен так и было. Вот только здесь не семья Чен, и ледяная королева ещё не поняла, что командовать людьми, которые тебя не уважают, — всё равно что дирижировать оркестром, в котором каждый играет свою мелодию.

— Я готов, — тихо сказал Дэмион. Ни к кому конкретно. Встал чуть впереди — между Эйрой и Линой. Не примиряя, а закрывая линию атаки. Единственный из всех, кто думал не об амбициях, а о том, что через секунду начнётся бой. Этот парень знал, что такое команда. Знал лучше всех нас. Он выполнял задания Кайзера — и единственная команда, которую он слышал, была «сделай или сдохни». Подстраиваться под чужой план — это доверие. А доверие Дэмион выдавал по каплям, и сегодня его лимит явно был исчерпан, но он был готов прикрыть ледышку и девочку, которой сделал комплимент. Не потому что доверял, а просто потому что так будет правильнее.

Алиса молча сжала кулаки. «Держись позади». Опять. Вечное «позади». Та самая девочка, что минуту назад осадила Дэмиона одной фразой, снова оказалась в хвосте. Она посмотрела на Эйру — и я узнал этот взгляд. Так смотрят люди, которым надоело быть мебелью. Моя Зрячая набралась смелости. Вопрос — хватит ли ума не подставиться.

— Начали, — сказал Хант. Просто и буднично, словно начинал обычную утреннюю пробежку.

Хант стоял в центре круга. Единственная рука свободно вдоль тела. Никакого оружия. Никакой стойки. Расслабленные плечи, усталое лицо, чуть прищуренные глаза. Бывший B+. Двадцать лет полевого опыта. Человек, который в одиночку закрывал C-разломы и командовал отрядами зачистки. На бумаге — пятеро против одного инвалида. Лёгкая победа.

Ну-ну. Детишки, сейчас мы выхватим по полное число.

Эйра атаковала первой в привычной для себя манере. Скольжение, создавая перед собой лёд на полу и используя его для контроля территории. Грамотно. Сузила Ханту пространство, оставила коридор для Дэмиона слева. Девочка умела считать на три хода вперёд. И этим она напоминала мне одного полководца из Южных провинций, который тоже блестяще двигал фигуры по карте. Его единственной проблемой было то, что фигуры иногда имели собственное мнение насчёт того, куда им идти. Он плохо кончил, под ножами своих подчинённых.

Дэмион атаковал не по плану. Его атака была не слева, а по центру. Левая половина зала была локально залита тьмой, а сам он атаковал усиленным копьём на остаток разрешённого резерва. Красиво. Мощно. И так ужасно расточительно. И перекрыл Эйре весь обзор. Я мысленно застонал. Парень, ну какого демона, я же объяснял тебе.

— Кросс! — зашипела Эйра. — Я же сказала — слева!

Но Дэмион не ответил. Не услышал или не захотел — результат одинаковый. Он уже был в рабочем состоянии, а работал он так, как привык: полностью автономно. Один против всех. Подстраиваться под чужой план означало доверять, а доверие для него было роскошью, которую он больше не мог себе позволить. Я его понимал. Но понимание не отменяло того факта, что он только что ослепил половину своей команды.