Бессмертный солдат
Шрифт:
— Мы уедем подальше!
«С тобой хоть на край света!».
Гриффин в недоумении вздрогнула, а щёки ощутимо зардели. Ей хотелось только лишь задуматься о чём-то положительном в его сторону, как она тут же пресекла это, чтобы странный, немного даже жуткий парень не подслушивал её мысли.
«Не переживай так. Я чувствую, что ты переживаешь за свои мысли, но я не лезу так глубоко. Тем более, раз ты этого не хочешь. Это твои мысли и чувства — я не вправе на них посягать».
Что-то в адресованных ей словах через потоки, связывающие невидимыми нитями два их сознания, хоть и чуждых друг другу, буквально с разных планет, даже формировавшихся под светом разных звёзд, чувствовалась неподдельная искренность. Тёплая яркая искренность. Как свет далёких звёзд в бесконечной космической тьме. Сердце Шарлотты вновь забилось сильнее, но уже не от страха. Что-то, чего она не знала, или забыла. Правда и открытость. То, чего не было в её социуме. То, что не приветствовалось партией и товарищами. Мысли должны быть как у всех — они принадлежат партии. Они должны шагать в ногу с идеями вождей и пролетариата. Или нет?
Это её мысли, её чувства, и принадлежат они только ей… Никому больше. И никто не вправе на них посягать.
От этой простой истины голубые глаза Шарлотты широко распахнулись, а глубоко внутри всё естество перевернулось. Но пришлось немедленно взять себя в руки, как подобает офицеру магармии.
— Ладно. Поехали, — сухо выдала Гриффин, направившись на выход, прихватив с собой ключи от машины, ещё не понимая, что делать со всем тем, что творится внутри неё. Феанфил покорно, немного сутулясь, побрёл за ней, скрипя половицами.
Быстро и уже практически на автомате Шарлотта открыла дверь, провернула ключи зажигания и приказным тоном, точно начальник, сказала Феанфилу:
— На заднее. И старайся сильно не отсвечивать. Нас не должны останавливать, но всё же…
Волнение снова обратилось дрожью по всему телу. Вдобавок и ночная прохлада коснулась кожи внезапным дуновением ветра. Шарлотта решила закурить, в это же время Феанфил неуклюже устраивался на задних местах, явно испытывая дискомфорт и беспокойство от такой диковинки.
В момент, когда Гриффин делала глубокую затяжку, пытаясь успокоить бурю эмоций и мыслей, что внутри колыхали её, точно шлюпку на огромных волнах в штормовом море, Феанфил обеспокоенно обратился к ней: «Это же так вредно для тебя».
— Жить вообще вредно.
Ещё немного потратив времени на свою вредную привычку, Шарлотта всё-таки села за руль и дала газу, резко вывернув руль. От её дерзкого вождения несчастный эльф несколько раз ударился головой обо всё, с чем только мог столкнуться.
— Держись крепче.
«Ты аккуратнее. Мне нельзя умирать».
— А кому можно? — усмехнулась Гриффин, выехав на узкую дорогу, что вела через другие деревянные угрюмые дома, выглядевшие в темноте несколько зловеще.
Феанфил покачал ушибленной головой.
«Нет, мне от смерти ничего не будет».
— Это как?! — Шарлотта уже не знала, как это всё понимать. Телепортация, «от смерти ничего не будет», тот факт, что этот парень вообще здесь, а она, как ответственный перед своей родиной офицер, не пустила ему пулю в лоб. Голова шла кругом, но всё же необходимость сосредотачиваться на дороге быстро приводила Гриффин в чувства. Ей оставалось только ждать ответов.
«Если я умираю, то за этим следует что-то вроде взрыва, но гораздо сильнее, чем во время телепортации. Гораздо! Я не могу это контролировать, как и процесс смерти своего тела. Но это так. Если я умираю, то есть моё сознание хоть на миг перестаёт существовать, — я не знаю сам, что это и как работает, — то вся магия вокруг меня и внутри меня сначала стягивается в одно место, а потом взрывается. Надеюсь, я понятно объяснил?».
Звучало абсурдно. Странно и дико. Недоумение Шарлотты даже вылилось в лёгкую мигрень, из-за которой пришлось немного потереть виски одной рукой, а другой продолжать вести машину, несущуюся уже по пригородной околосельской глуши. Но Гриффин не стала пререкаться и доказывать, что всё это — какой-то бред и небылицы из сферы магической физики. Она решила узнать больше:
— И насколько большой этот взрыв?
«Однажды я уничтожил целый город… И не только это».
Вместе с мыслями Феанфила Шарлотте передалась и его боль, которая взыграла в его душе, когда он поведал ей этот факт. В зеркало заднего вида она увидела опечаленное лицо юноши, после чего, в попытке ободрить, проговорила: — Слушай, вряд ли ты был в этом виноват. Тем более ты не можешь контролировать этот процесс. Смерть вообще никто не в силах контролировать… Но, получается, ты как-то оживаешь обратно?
«Со слов тех, кто видел это, говорят, что я из пепла собираюсь по частям, начиная от костей и заканчивая кожей. Не так давно, в момент пробуждения сознания, я научился делать это быстрее и даже восстанавливать свои вещи, но это всё, что я могу. Наверное, я не очень-то и талантливый».
— Ну как сказать. Иметь такой дар и научиться самостоятельно в столь юном возрасте им хоть немного владеть — это талант. У нас ребята годами учатся взаимодействовать с магической материей, а ты с ней играешь как с песком в песочнице, если тебе верить. Преодолевать пространство с помощью магии — это вершина того, чего добилась наша магнаука. И то! Учёные, инженеры и маги продолжают совершать ошибки, а само человечество не в состоянии самостоятельно или даже с помощью куска магии в руках переместиться хоть на сантиметр без специальной аппаратуры и заумных установок…
«Звучит очень сложно, но очень похвально! У эльфов тоже есть… установки? Для перемещения между мирами. Но, как мне известно, они очень отличаются от ваших».
— Ваша наука больше напоминает какое-то научное шаманство.
«Звучит грубо как-то…».
— Уж извини.
Некоторое время болтовни, и они были на месте. Пустое тихое поле, обрамлённое пустой автомобильной дорогой, на обочине которой Шарлотта оставила автомобиль, и высаженными вдоль границ посевных полей деревьями. На фоне звёздного неба виднелись линии электропередач, бравшие начало за одним горизонтом и уходящие за другой. Феанфил заворожённо смотрел на них, несколько раз вздрогнув.
«Звук бегающих молний щекочет слух. Вроде, вы зовёте это током? Электричество? У нас нет электричества».
— В будущем мы тоже надеемся отказаться от электроэнергии и перейти на энергетический потенциал магической материи. Вы тоже используете его, как мы — электричество, но всё равно живёте в каком-то средневековье…
«У этого средневековья долгая история и множество причин, одна из которых, к слову, ваша держава. Но не будем о грустном. Прошлого не изменить — нужно идти вперёд! За светлым будущим!».