Чтение онлайн

Осмелюсь сказать — это самый веселый вечер в истории этого двора.

Балансируя на цыпочках, я закидываю руки на плечи королю и его Силовику, сияя от счастья. В хаосе столько красоты. И… и вдруг меня поднимают в воздух.

Я взвизгиваю, когда чьи-то руки обнимают меня за талию и отрывают от пола. Теперь я на целую голову выше парней, поддерживающих меня — и это именно тот рост, которого не хватало для издания моего импульсивного указа.

Я опускаю взгляд налево. Там стоит Китт. На его светлых волосах криво сидит корона, его улыбка поразительно широкая, а поведение — как у парня, который давно стал моим другом, а не того, кого я предала. Я вижу надежду, когда смотрю на него в этот момент. Наша дружба вновь возрождается.

Смотрю направо. Темные волосы Кая спадают на лоб, глаза светятся, а его ямочки…его чертовы ямочки. Но прежде всего я обращаю внимание на то, как он смотрит на меня. Любовь. Она в его взгляде, в прикосновении, в изгибе улыбки, которая, насколько я знаю, принадлежит только мне.

Комната вращается вокруг меня, но я смотрю только на него. Держусь только за него.

И буду держаться. До конца танца. И в следующей жизни тоже.

Ночь проходит в виде смутных вспышек.

Мой рот сводит от улыбок, а ступни — от танцев.

Но я не стою на ногах в этот ослепительный момент.

Нет.

Я в крепких объятиях, прижата к широкой груди, улыбаюсь, глядя на красивое лицо. Кай просит, чтобы я перестала так на него смотреть.

Мой голос звучит отдаленно:

— И как же я на тебя смотрю?

Он отвечает, что я смотрю на него как на обещание, которое не смогу сдержать.

Это меня сбивает с толку. Или нет. Может, наоборот — это совершенно логично.

— Я хочу рассказать тебе секрет… но боюсь его.

Он предлагает сказать его за меня.

Я киваю.

И тогда замечаю, что у него на пальцах — туфли, свисающие с руки под моими коленями.

— Ты нашел мои туфли! — восклицаю я.

Он шепчет секрет, состоящий из трех слов.

— Ты нашел мои туфли для меня!

Еще одно признание, произнесенное шепотом.

Глаза наполняются слезами.

— …ты нашел мои туфли!.

Он говорит, что любит меня. Снова и снова.

Я закрываю лицо подушкой, отгораживаясь от света.

С тяжелым стоном переворачиваюсь на бок и почти соскальзываю с кровати. Голова раскалывается, и стоит приоткрыть один глаз, как я тут же об этом жалею. Солнечный свет давно заливает комнату, ласково согревая мою постель, будто лучи хотят коснуться моей щеки.

Накрыв одеялом свою ноющую голову, я с радостью прячусь от внешнего мира. Но мир за пределами укрытия начинает говорить.

— Знаешь, я ставил на полдень, а вот Кай был уверен, что ты проснешься на два часа позже, — раздается знакомый голос. — Он оказался прав. Видимо, стоило его послушать. Он все-таки знает тебя лучше.

— Не стоит давать ему слишком много поводов для гордости, — бормочу я из-под одеяла. — А то возомнит о себе.

Собравшись с духом, я медленно приподнимаю одеяло, под которым пряталась, и щурюсь от болезненного света. Я по одному голосу только понимаю, кто находится в этой комнате вместе со мной. Но это не делает его появление менее шокирующим, когда я вижу его зеленые глаза и растрепанные светлые волосы.

Он в моей комнате. И, что еще удивительнее, пришел навестить меня. Я почти ничего не помню с прошлой ночи, но, должно быть, сделала что-то правильно. Теперь главное — не испортить этот прогресс.

Я кое-как сажусь, и Китт тут же замечает:

— Шампанское куда менее веселое наутро.

Взгляд моих уставших глаз останавливается на том месте, где он сидит рядом с моей кроватью. Король пристально смотрит на меня, и все, что я могу сделать, — это слабо выдавить:

— У меня голова раскалывается.

— Я ожидал чего-то такого, — говорит он медленно. — Поэтому я и велел Гейл приготовить вот это для тебя.

Он берет стакан с прикроватной тумбочки, медленно взбалтывая мутную жидкость. Я изо всех сил стараюсь не показать удивление от такого доброго жеста. Но трудно игнорировать, как надежда расцветает внутри меня.

— Это выглядит… пугающе, — хриплю я наконец. — И что это вообще?

Его улыбка настораживает.

— Лучше не знать. Но станет легче. Поверь.

Я бросаю на него скептический взгляд, рассматривая жидкость. Он наклоняет голову, призывая меня выпить это. Но как только я подношу стакан к губам и запрокидываю голову, чтобы сделать глоток, тут же жалею об этом. Вкус просто отвратительный, и я всерьез подумываю выплюнуть эту зернистую жидкость обратно.

— Нет-нет, не сдавайся, — уголки губ Китта поднимаются, и только это не дает мне остановиться.

Я торопливо допиваю остатки мерзкой жидкости и, отрывисто кашляя, протягиваю ему стакан.

— Это было… — я содрогаюсь. — Это было ужасно.

— Средство от похмелья Гейл не для слабонервных, уж поверь. — Его взгляд на мгновение становится отстраненным. — Мы с Каем прошли через это много раз за все эти годы.

Следом он вручает мне стакан воды, который я тут же выпиваю, надеясь избавиться от ужасного послевкусия. Король продолжает наблюдать за мной, сидя рядом почти непринужденно, совершенно не соответствуя образу короля.

— Как ты себя чувствуешь?

Я медлю, прежде чем дать ответ:

— Лучше, на самом деле. Спасибо. Я просто… — чувствую себя ужасно неловко. — Не ожидала, что ты придешь.

— Кто-то же должен был убедиться, что ты все еще жива, — просто отвечает он.

— Я рада, что ты решил проверить.

Наступает долгая пауза. Похоже, он не верит, что я говорю всерьез. Затем он резко меняет тему:

— Сегодня я выступаю перед двором по поводу твоего следующего Испытания.

Я резко выпрямляюсь.

— Уже?

Китт кивает.

— Проверка милосердия займет больше времени, чем проверка храбрости, так что я хочу начать пораньше.

— Я снова пойду на Испытание через несколько дней…

Эти слова оглушают, но я едва ли прошептала их. Знакомое чувство паники лишает меня самообладания. Я прошла первое Испытание, но это не значит, что пройду и следующее. И как всегда в своей жизни — я боюсь.

— Зато ты по крайней мере хорошо отдохнула, — пытается приободрить Китт.

Я прислоняюсь головой к стене, она все еще болит.