Бесстыдница
Шрифт:
Кира тяжело вздохнула; мистер Коулман ранил её так же больно, как тот её первый парень, отчего она чувствовала себя использованной. В глубине душе она надеялась, что он испытывает к ней теплые чувства, не только примитивный голод естества. Она часто мечтала, как они вместе уезжают куда-то отдыхать, в какой-нибудь летний домик на берегу океана и целыми днями купаются, загорают, а ночью занимаются любовью в различных позах. Потом он ведет её на местную ярмарку и там покупает ей всякой вкуснятины, выигрывает какую-нибудь мелочь в тире и, не стесняясь, целует на глазах у всех. От фантазий её отвлек её двоюродный брат, предлагавший ей поиграть и протягивающий джойстик, хотя его глаза просто умоляли её отказаться. Кира догадалась, что это тетя Филис заставила его дать ей тоже поиграть. Она отказалась, улыбнувшись, а затем, нахлобучив на себя колпак Санты, села с парнишкой рядом и вытянула руку для селфи. После она сфотографировалась с дядей и тетей, по отдельности с мамой и папой, а затем села на место и принялась обрабатывать фотки, чтобы слить их в Инстаграм. Вдруг ей пришло сообщение от Кортни.
Прикинь, мистер Коулман живет в моем районе, через три улицы от меня.
Сначала Кира увидела «мистер Коулман» отчего она застыла, часто моргая, а уже потом все предложение. Трясущимися руками она ответила: Пиздишь? *шокированный смайлик* Как ты узнала?
Ты же знаешь, что моя мама с некоторыми соседями колядует?
И в правду, мама Кортни каждое Рождество ходила по их богатенькому району вместе с другими разодетыми в дорогие меха и кашемир соседями и пела традиционные Рождественские песни, таким же богатеньким соседям, что предпочли остаться дома, а не свалить в какой-нибудь Аспен или еще куда.
Ну так вот в этот раз она и меня с ней запрягла идти, мол в этом году её стандартный хор поредел из-за того, что почти все поуезжали в отпуск. В общем, мы как придурки ходили по улицам. Естественно, все нормальные челы свалили подальше из этой дыры, и таким образом мы оказались на той улице.
И ты не поверишь, мы стучим в один из домов, довольно приличных, и нам открывает он.
Я такая, «мистер Коулман, что вы тут делаете?», пока остальные пели, но во время спохватилась и запела тоже. Он сказал, что он тут вырос, а теперь живет. Я так знатно прихуела, у его семьи нехилый дом. Видимо, его родичи уж точно не работали учителями.
Кира поедала глазами то, что ей написала подруга. Её ладони вспотели, а сердце ускорило ритм. Теперь она знает, где тот живет, и может прийти к нему. Так сказать, как гром среди ясного неба. Трясущимися руками она набрала сообщение: Покажешь мне потом?
Конечно, в чем вопрос.
***
Ночью, лежа в своей комнате на полу в спальнике, словно гусеница, она читала и перечитывала их переписку, которую до сих пор не удалила, заостряя внимание на тех сообщениях, где было по минимому пошлости. Уилл мирно посапывал во сне, лежа на её кровати, когда она должна была спать на полу, правда, на двух спальниках и с одеялом, но все равно на полу. Перед тем, как пойти спать, она еще раз открыла фото мистера Коулмана, первое и единственное селфи, что он прислал ей, и долго смотрела на него, пока её глаза не стали слипаться. Тем временем Дэвид тоже смотрел её фото, последнее, где она, красиво накрашенная, сфоткала себя в своей ванной. Это была единственная фотография, которую он оставил; все остальное удалил, как и переписку. Признаться, её угроза рассказать все директору не на шутку напугала его. Но так как за ним до сих пор никто не пришел, значит, она просто блефовала, чтобы как раз-таки заставить его трястись.
— Это к лучшему, — повторил он себе вслух. — Так лучше для нас обоих.
Его взгляд вновь упал на красиво запакованную коробочку, что стояла в углу комнаты — подарок, который он купил ей на Рождество и который в итоге никогда не отправит, а оставит себе как напоминание о запретной связи.
7
— Ты была права, — произнес он. — Я не имел права указывать, что тебе делать, я не твой родитель. И не твой бойфрэнд. Я всего лишь твой учитель математики. Я хочу сказать… — Он запнулся и, зажмурившись, потер переносицу. — Я хочу сказать, что вся эта история. В общем, все, что произошло между нами…
Но она не дала ему договорить, кинувшись на шею и впиваясь в его губы своими. Кира настырно лизнула его нижнюю губу и больно дернула за волосы. Миг — и он схватил её за плечи, притягивая ближе, безжалостно вторгаясь в её рот. Мистер Коулман яростно целовал её, кусая губы, и беспорядочно шарил руками по телу. Его большая кисть легла на её затылок, чтобы с силой вцепиться в волосы, отчего она зашипела, и оттянуть, заставляя опрокинуть голову и посмотреть на него.
— Ну что, повеселилась на вечеринке, ты, маленькая мерзавка? — горячо прошептал он. — Понравилось?
— Не очень, — призналась она, глядя на свое отражение в его черных от возбуждения глазах.
— У вас там что-то с ним было? — Другая его рука уже шарила у неё под водолазкой, обжигая кожу прикосновениями.
Кира отрицательно покачала головой, приглашающе приоткрыв рот. Он понял намек и вновь поцеловал её. Хватка на затылке ослабла; теперь он просто зарылся рукой в волосы, фиксируя. Другая его рука дразняще поглаживала её соски свозь лифчик. Руки Киры были свободны для действий. Она накрыла своей ладонью его пах, чувствуя внушительную выпуклость. А вторую положила ему на ремень. Перемена скоро закончится, у них мало времени. Он перехватил её руку, которая гладила его член через ткань джинсов, и больно сжал запястье, разрывая поцелуй.
— Ты не заслужила, — строго произнес он. — Вы наказаны, мисс Джонсон. Никакого секса, пока я не решу. — Он ехидно ухмыльнулся.
— И как же мне заслужить ваше снисхождение? — Кира наигранно прикусила нижнюю губу, решив принять его игру; по выпуклости она чувствовала, что он тоже хотел её.
— Хм…
Он взял её за подбородок и принялся поглаживать уголок губ большим пальцем. Он отпустил её запястье и завозился с молнией джинсов, неотрывно глядя ей в глаза. Освободив наружу член, Дэвид взял её руку в свою и обхватил орган её ладонью. В тот же момент большой палец, ласкающий уголок её губ, чуть сдвинулся, и Кира послушно отрыла рот, впуская его, чем вызвала у мужчины довольную улыбку, но его взгляд всё равно выдавал его трепет. Решив на этом не останавливаться, она принялась ласкать подушечку пальца языком и начала двигать рукой, приятно отмечая, как сбилось его дыхание. Мужчина убрал свою руку, давая ей свободу действий, и запустил её ей в волосы, неотрывно глядя в лицо. Кира вовсю уже сосала палец, издавая непристойные звуки.
— Вы так отвратительно себя вели, — выдавил он, — писали мне такие вещи, чтобы специально побесить. Язвили на всех моих уроках, выводя из себя. Давайте найдем более достойное применение вашему языку и пальцам, которыми вы так быстро набираете сообщения.
Его рука легла ей на плечо и надавила, побуждая опуститься, и мокрый палец выскользнул из её рта с неприличным причмокивающим звуком. Дэвид сел на стол и раздвинул ноги. Его огромный член был прямо перед её глазами. Кира поняла, что максимум сможет взять в рот головку. Что она и поспешила ему сказать.
— Плевать. Как получится, — был ответ. — Будешь стараться — оттрахаю тебя прямо на столе.
— А если не буду? — Она просто не могла промолчать.
— Ты будешь, — уверенно произнес он, спустя мгновение. Кира хмыкнула и провела рукой вверх-вниз, а затем, глядя ему прямо в глаза, дотронулась губами до головки, отчего мужчина сдавленно замычал.
Она покрыла поцелуями его ствол, слушая его стоны, которые он безуспешно пытался скрыть, чувствуя, как между ног всё горит. Девушка провела языком по всей длине от основания, а после вобрала в рот головку и принялась посасывать её и облизывать, будто это был «Чупа-Чупс XXL». Не отрываясь от своего занятия, она посмотрела на его лицо, которое было искажено удовольствием. Он закрыл глаза, и его нижняя челюсть дергалась каждый раз, когда она вбирала головку в рот; обеими руками он держался за край стола, так крепко, что костяшки побелели. Кира принялась водить рукой, в такт своим движениям, чтобы приблизить его к разрядке. Она не знала, сколько прошло времени, но, по её подсчетам, звонок уже должен был прозвенеть, а его всё не было. Внезапно она почувствовала его руку у себя в волосах. Мужчина отстранил её, а затем поднял на ноги, только для того, чтобы толкнуть к столу. Он надавил ей на спину, вынуждая нагнуться. Через пару мгновений её джинсы уже были спущены к лодыжкам. Большим пальцем он подцепил насквозь мокрую полоску стрингов, сдивигая в бок, а затем, направив член, резко вошел на всю длину, вышибая из неё громкий стон, такой, что её, наверное, слышала вся школа.
Дэвид принялся грубо вбиваться в неё, так что стол, на котором она распласталась, заходил ходуном, и с него стали падать листы и тетрадки. А Кира стонала от каждого толчка; ей хотелось еще, чтобы он брал её еще быстрее, еще жестче. Хотелось, чтобы он показал, как она ему на самом деле небезразлична.
— Пожалуйста, быстрее, — взмолилась она. Но вместо ответа получила шлепок.
— Чтобы я больше не видел тебя с Вашингтоном, — произнес он, закрепляя каждое слово толчком. — И вообще ни с кем. Ты только моя.