Бесстыжий детектив
Шрифт:
Он сделал все, что мог, чтобы отбить у меня любое желание даже слышать его голос, не то что видеть.
Наконец, вставляю ключ в замочную скважину, поворачиваю и легко открываю дверь, потянув на себя. Захожу в полную кромешную тьму, чувствуя, как желудок делает кульбит от неясного волнения. Протягиваю руку, щупая стену в поисках выключателя, и вдруг чувствую движение.
Рывок, разворот и мою шею зажимают плотным кольцом, что-то тонкое и кожаное.
«Ремешок», — приходит мысль, а вторая, что умирать не хочу, не хочу! В глазах и без того темнеет, разговаривать сил нет. Я поднимаю ногу, коленом вверх и со всей силы, которая осталась, даю тяжелым каблуком по ноге убийцы…
Как бы мне хотелось тыкнуть своей смертью в лицо Руслана, но это потом, сейчас важнее выжить.
Убийца вскрикивает и дает мне шанс рвануть вперед, но нога словно проваливается в яму, а я оказываюсь лицом вниз, больно ударившись носом.
— Аа-а — а… — не успеваю повернуться, как на моей спине уже разместился убийца, готовый снова начать меня душить.
Глава 38.1
Воздуха в легких все меньше.
Кожа на шее горит.
Мозг работает на запредельных скоростях, пытаясь понять, как выбраться не получить асфиксию и смерть.
Сколько раз меня душил Омар.
Сколько раз ремень моей собственной сумочку смыкался на шее.
И каждый раз отсчитывала секунды до смерти. Я ждала ее тогда, жаждала чтобы он перестарался, но каждый раз он давал мне вдохнуть воздуха, требуя благодарить за жизнь.
Это не Омар. Он не пытается получить власть, он пытается убить.
Но сегодня я не хочу умирать.
Я тяну руку в сторону, к старому трюму, что стоит тут еще с советских времен.
Дотягиваюсь до ножки, дергаю ее на себя, и вся тяжеленая конструкция валится прямо на нас.
Зеркало бьется, рассыпаясь сотнями осколков, часть из которых впивается мне в кожу. Но это спасает меня.
Убийца стонет от боли и это позволяет мне отползти в сторону. Я тут же встаю и бегу на кухню, закрываю дверь, но убийца обладает какой — то неведомой силой, выбивает ее вместе со мной, отправляя меня прямо на кухонный стол.
Я задыхаюсь от страха и слух, прошу:
— Не надо, я не хочу умирать.
Убийца худой и быстрый. Он в маске и перчатках, а значит не мог оставить отпечатков.
Он бросается на меня, закидывая руку с куском зеркала. Я изворачиваюсь, отпрыгиваю к окну, ору во всю глотку:
— Помогите! Помогите!
Успеваю дернуться в сторону, схватить с подставки нож.
Разворачиваюсь слыша крик, немея от страха. Рука так и остается надо мной, кусок зеркала вываливается из рук, падая и разбиваясь.
Глаза под маской расширяются. Зрачки заполняют радужку и я не успеваю рассмотреть цвет глаз...
Я не понимаю, не понимаю…
Почему он…
Отходит, смотря на свой живот, из которого торчит рукоятка.
Нет, нет, нет… Я не хотела…
Я не хотела…
— Я не хотела, простите…
Убийца падает на стол, на пол... Я выжила! Я выжила!
Выбегаю из кухни, уже в прихожей...
Вдруг слышу жалобное…
— Алиана… Сестра… Помоги…
Застываю, чувствуя, как холодеют руки, немеют ноги. Боли в пальцах от порезов, на лице… Ничего этого не чувствую.
Все чувства сосредотачиваются только на знакомом голосе сестры,
И больше всего на свете я хочу, чтобы это была галлюцинация.
Сглатываю слюну, поворачиваюсь к кухне.
Шагаю туда, падаю на колени, снимая маску с убийцы…
— Нет! Нет! Нет! — ору ей в лицо… Глаза еще открыты, а губы синие… Я смотрю на нож, что полностью ушел в ее тело… — Ну что же ты наделала… Зачем! Зачем! Зачем Тиана!
— Не знаю, — хрипит она, а я бросаюсь к окну, кричу в пустоту.
— Вызовите скорую! Человек умирает.
— Алина, — оборачиваюсь на голос, а на пороге стоит Руслан. Хватается за голову, смотря на умирающую Тиану.
И мне все равно, что было между нами, все ровно что он подумает, что будет делать, сейчас мне нужно только одно.
— Спаси ее! Спаси ее!!
— Она убийца....
— СПАСИ ЕЕ!
Он кивает, подходит…
— Так, мне нужен лед.
— Лед?
— Быстрее!
Тут же лезу в холодильник, достаю лед из морозилки, которым Руслан обкладывает рукоять по кругу.
— Скорая должна приехать уже, иди встреть, только не паникуй!
Я киваю, бегу в коридор, подъезд, вижу, как на первом этаже появляется бригада. Мужчина и женщина. Господи, помоги…
— Сюда! Пожалуйста сюда! Скорее!
— Вы ранены, у вас кровь… — поднимается мужчина, трогая мое лицо, но я шлепаю его по руке, тащу его в квартиру.
— Нет, нет, она умирает, ей нужна помощь.
Врач кивает, проходит в квартиру, к Тиане, где ее укладывают на носилки, ставят капельницу и вместе с Русланом выносят на улицу. Тут уже и полиция, но я не обращаю внимания, сажусь с ней в скорую.
— Вы спасете ее?! Спасите ее пожалуйста…
— Сделаем все возможное. Вы кем ей приходитесь.
— Сестра, я ее сестра.
— Вам тоже нужна помощь, что произошло.
— Ничего, просто небольшая ссора двух сестер.
Глава 39. Руслан
Я ехал в тачке за скорой, до сих пор чувствуя как горит лицо и дрожат руки.
Бью по рулю. Раз, другой! Мне не хватило всего пары минут, чтобы успеть до катастрофы. Каких — то, ебаных, пары минут!
А может быть гораздо больше? А может быть я просто хуевый детектив? Постоянно смотрел не туда, видел не то, думал не о том… Думал по большей части, что если Алина и есть убийца, то это снимет с меня ответственность, то это позволит снова стать свободным от ее личности, которая так меня захватила… Потому что, блять, с ней легко не будет, с ней будет всегда с гранатой, из которой уже выдернули чеку.
Я готов был поверить в ее виновность, готов был поверить в то, что все что сказал психиатр правда, если бы не одно, но… Восемь. Эта странная цифра, которую я увидел в лифте, перед тем как нажать первый этаж. Восемь девушек. Восемь мужчин и девятая настоящая жертва. Кто мог стать настоящей жертвой для Алины, когда она даже не знала, где находится сестра. А кто мог стать жертвой для Тианы… Можно ли хоть на минуту поверить, что девушка, которую много лет держали в плену похлеще, чем солдат, сможет быть такой спокойной? Такой безмятежной. Алина не хладнокровна, нет, она совершает нелепые поступки, может повернуть не туда, куда планировала, может сыграть любую роль, потому что так она научилась выживать. Алина не хладнокровна, она импульсивна и резка, она может убить, но только с горяча, защищая… Меня, мою семью, племянниц…