Чтение онлайн

Из чистой вредности Таня задержалась за конторкой, приводя в порядок мысли и чувства: не дай Бог, на лице отразятся! Бретту незачем знать, что в одном помещении с ним она замирает от радости, а когда он рядом, ее сердце бьется в два раза быстрее.

Таня уже собралась сказать что-нибудь беззаботно-небрежное, когда заметила, что в руках у Бретта не грязное белье, а экземпляры ее недавно вышедшего романа «Очарованный дебютант».

— Привет! — Он растянул губы в маслено-самодовольной улыбке. — Как дела?

— Замечательно, — отозвалась Таня, которой на самом деле было очень не по себе. — Что случилось?

— Вот, надеюсь, подпишешь. — Бретт торжественно продемонстрировал четыре книги. — Хотел купить больше, но в магазинах нет. А за эти я едва не подрался со старушкой — они в тайронском «Барнс энд Ноубл» были последними.

— Но зачем тебе?

— Я, кажется, говорил, что моя мама помешана на любовных романах?

Таня механически кивнула.

— Да, но…

— Когда я похвастал знакомством с писательницей, которую издает «Маска», мама визжала так, что я без телефона слышал, даром что она живет на другом конце штата. — Бретт улыбнулся еще шире, явно наслаждаясь замешательством Тани. — Она поверить не могла, что ее раздолбай-сын знаком с настоящей звездой! Мои акции тут же поднялись в цене, почти как в ту пору, когда родились Валери, Энди и Дэни.

— Значит, я помогла тебе подняться в маминых глазах? — улыбнулась Таня.

— Солнце, мамуля прямо заявила, что, если я немедленно не вышлю ей твою книгу с автографом, могу больше не звонить.

Таня засмеялась.

— Минут через пять мама перезвонила и сказала, что все члены ее книжного клуба тоже хотят по книге с автографом.

Бретт наверняка тер ей уши, но Таня не возражала. Да она была на седьмом небе от счастья!

— Я решил объехать близлежащие магазины и скупить книги Тани Мейсон, но, увы, опоздал.

— Ага, мне только что позвонили из издательства и сказали, что в этом месяце мои книги самые продаваемые.

— По-моему, есть классный повод отметить.

— Да, все очень здорово! — согласилась Таня. — Возможно, мое произведение в антологию включат. — Вот это будет настоящий успех.

— Ты его заслужила. Я в полном восторге от книги. Образы куда ярче, а эмоции сильнее, чем в твоих первых романах. По-моему, «Очарованный дебютант» больше подходит для серии «Маска-суперроман», чем «Маска-шарм».

У Тани чуть челюсть не отвисла: неужели Бретт не только знает разницу между двумя сериями «Маски», но и читал ее первые романы?

Бретт положил книги на конторку и придвинул поближе к Тане, которая не могла прийти в себя от радости. Здорово, что этот человек ладит с ее дочерьми и терпит мать, но то, что он не просто читает, а понимает ее романы — самое настоящее чудо.

— Ага, — кивнул Бретт. — Такой успех нужно отметить ужином в ресторане с белыми скатертями и вышколенными официантами.

Трепета в груди как не бывало. Таня напомнила себе, что нужно держать ухо востро: к этому человеку привязываться нельзя.

— Нет, — покачала она головой. — Вряд ли…

Бретт вытащил ручку и стал объяснять:

— Так, первая книга для моей матери, Линды Ли. — Он продиктовал имя по буквам и подождал, пока Таня напишет. — Вторая — для ее лучшей подруги Лайлы… — Бретт сказал, для кого оставшиеся книги, и спросил, где, по мнению Тани, можно купить еще четыре экземпляра.

— Могу позвонить в «Бордерс», — предложила Таня. — Я там завотделом знаю. А насчет ужина… — Она была растрогана и искренне польщена, но разве это повод закручивать роман с Бреттом?

— Давай в субботу вечером? — Вопрос Бретта больше напоминал утверждение. — Мне нужно время, чтобы выбрать место и столик забронировать.

— Ой, боюсь, я…

— Если что, Валери посидит с девочками.

— Дело не в этом, просто…

— Значит, решено, — заявил Бретт таким тоном, словно они обо всем договорились. — Субботний вечер — вариант идеальный. Мы как следует отпразднуем, не думая о времени. — Бретт подмигнул, и у Тани сердце перевернулось. — Я позабочусь, чтобы ни тебе, ни мне воскресным утром не пришлось выходить на работу.

Кендалл боялась сглазить, но с каждым прожитым днем и с каждой написанной страницей все сильнее чувствовала, что грозовая туча, висевшая над ней со дня конференции «ВИНК», рассеивается.

Она долго терпела боль и унижение, а теперь казалось, весь мир на ее стороне.

Дети спокойно учились в колледже и не подозревали о грядущем разводе родителей; адвокат взяла на себя утомительное общение с Кэлвином и его не менее утомительным адвокатом; подруги безоговорочно поддерживали, присылали готовые сцены и часто звонили, чтобы поговорить о книге и просто спросить, как дела.

Любовь и участие подруг Кендалл чувствовала даже на расстоянии. Во время работы, которая из повинности превратилась в лекарство, они питалась от них как от батарейки.

К середине октября заметно похолодало, горные склоны изумляли Кендалл бесконечностью оттенков красного и золотого.

Сегодня Кендалл сидела на террасе — теперь она считала ее местом Мэллори — и доводила до ума восьмую главу, в которой ее героиня убегает на горную ферму. Когда очередной эпизод более-менее устроил Кендалл, она размялась, потом прислонилась к перилам и, глядя на бордовые листья, позволила себе подумать о второй ванной, где решила установить перегородку.

Кендалл приняла душ, оделась и в последний раз сделала нужные замеры в ванной. Она почти не сомневалась, что Джеймс сегодня работает, и, хотя запрещала себе о нем думать, потратила на укладку и макияж больше времени, чем обычно.

Витая двухрядка шоссе номер 78 была забита машинами, судя по номерам, зарегистрированными в Атланте. Стояли лучшие дни осени, и, казалось, половина четырехмиллионного населения Атланты и пригородов выехала поглазеть на яркую листву. Прямо из машины Кендалл позвонила Мэллори, ожидая взбучки или как минимум недовольства тем, что она оставила работу. Только голос Мэллори звучал престранно.

— Эй, у тебя все нормально? — спросила Кендалл, когда Мэллори ни словом не возразила против перегородки в ванной и поездки в «Хоум депо». — Голос такой, словно…

— Да, конечно, — не слишком уверенно ответила Мэллори. — Просто задумалась.

— Как насчет мозгового штурма? — предложила Кендалл. — До «Хоум депо» ехать еще минут двадцать пять.

Повисла тяжелая пауза.

— Дело не в сюжете. Мирандины сцены пишутся сами собой.

— Вот и славно, — проговорила Кендалл, не желая давить на подругу, которая держала личную жизнь за семью печатями. Только Мэллори ей очень помогла, и Кендалл хотелось ответить тем же. — Как Крис?