Чтение онлайн

Язык был несуразный словно письмо написан роботом. Что за… Как же ты вляпался!!! Как же так! Это письмо написано на русском.

Всё пропало.

Я смотрел на письмо с этим корявым текстом, который был пепелищем моих планов, моих мечтаний, моего существования…

Что это?

В углу был значок google переводчика. Копаясь в настройках, так и не понял, как его отключить, пришлось выковыривать в шесть утра оператора из кровати. Тот едва ли обрадовался, да ещё чуть не зацепил пяткой моё лицо пока, барахтаясь, просыпался.

— Что это?

— Автопереводчик.

— Как его отключить?

— Щёлкни два раза. — Никита сам щелканул, но ничего не произошло. — Ну, как и все у google глючит, как всегда.

— Как мне…

Он уже листал какие-то страницы в настройках и абсолютно игнорируя моё нетерпение.

— Готово!

Обновив mail, письмо сманило шрифт на английский, немало успокоив меня.

Договорившись со студентом, что он запрётся в моей комнате и никому открывать не будет, чему он был безумно рад, даже слишком. Ехать на машине или нет? А как же две границы? Всё решилось само собой. Последний поезд, который, прибывал на следующий день в Венецию из Вены до полудня, уже ушёл. Автобус? Был только с пересадками посреди ночи.

Машина.

Вооружившись кофе и флешкой с российской попсой, как ни крути, а мозг должны будоражить эмоции, а нет ничего лучше, чем раритетные хиты, заставляющие ностальгировать и давиться эмоциональными воспоминаниями, размышлениями, мыслями: «а как могло быть?».

Машина шуршала покрышками по идеальной поверхности австрийских дорог, не дав даже ощутить въезд в Италию. Лишь навигатор бдительно следил за тем, чтобы я покинул одну страну, въехав на территорию другой. Оп, и СМС о смене страны и роуминга.

Рассвет догонял меня почему-то в спину, опередив резко, почти в одно мгновение, вдруг стало светло и по-осеннему хмуро, а в датах числился июль. Выпив любимый нани-кофе на заправке около Тревизо, ощутил, что сейчас лето, я в Италии и день будет солнечным. Стою, облокотившись на капот локтями, потягивая кофе из стаканчика без крышки, солнце заползало на небо из-за низких гор, встречая новый день, новые события, оживляя жизнь вокруг.

Плотная дымка оседала на холмистые изгибы, покрытые сплошь зелёными кронами. Чёрная асфальтированная дорога, извиваясь, уползала вглубь, теряясь среди неровных просторов. На изгибе дороги притаился двухэтажный сельский домик с терракотовой черепицей, обвитый хмелем, а с дощатого забора гроздями свисали густые лапы акации.

До конца пути оставалось меньше часа, на часах едва шесть. Оставшийся путь был преисполнен такими благостными эмоциями и ностальгией, что российская попса была выключена, теперь дорога шуршала более звучно, щебетали птицы и шумел ветер в приоткрытых окнах. Я оживал.

Позавтракав у моста Риальто в маленькой кофейне, где вот так же завтракал миндальным пирогом года так три-четыре назад, я снова проваливался в спасительное прошлое, когда было менее комфортно, менее спокойно, но было…

Мозг вспоминал только позитивные эмоции, ощущение радости и того, что это было. А ведь могло не быть, могло не повториться. Даже мужчина за стойкой наливавший кофе, был, мне кажется, тот же или мне хочется так думать.

Отправив локацию, ждать пришлось лишь секунду:

«Self pic your face in front of the station» пришёл ответ.

Сделав фото, я получил «булавку». А теперь квест «доберись до нужного места в Венеции». Это всегда было для меня проблемой. Я уже в этом городе раз так четвёртый или пятый, и каждый раз блуждал. Но оказалось несложно. Метка была недалеко от Гранд Канала, и площадь Сан-Марко теснилась слева, то есть всё легче, чем могло быть, но вот уже пятый мост и седьмой поворот. Да, что ж… Вот!

Отправляю булавку. Жду, ещё и ещё, каждая секунда длится вечность, несколько минут, это почти как ощущение нависшей катастрофы.

Юркий мужчина в сером костюме и очень загорелой кожей, ближе к оливково-золотистой вынырнул с бокового входа и чуть поклонившись спросил: «Sten»?

Получив утвердительный ответ, он прошмыгнул, обратно уводя меня по коридорам, в таинственную глубь. Распахнув дверь, он настойчиво указывал рукой, почти склонившись вдвое.

Номер был пуст, точнее, комната была пуста. Опустившись в небольшое кресло, стал теребить край манжета. Дверь позади меня скрипнула, хотелось обернуться, но здравый смысл запрещал. Если это и финал, то пусть он будет не так ужасен, когда если видеть это глазами.

Силуэт невысокого мужчины в синем спортивном костюме появился прямо перед глазами, он протянул мне руку и поздоровался. Мы смотрели друг другу в глаза молча. Он заговорил первый. Суть его фраз была столько же очевидной, как и то, что мы в Венеции.

— Мне нужна эта информация. — Твёрдо заявил он.

— Я знаю.

— Это необходимо всем.

— Вам не нужно мне убеждать, я передам вам информацию, но мне нужны деньги. Вы же понимаете, такая информация не исчезает бесследно.

— Приедете в мою страну, в мой город. У вас будет охрана, дом, деньги. Я помогу вам, но вы помогите мне.

— Договорились.

— Мне нужно. — Он поднёс пальцы к моим губам и смешно покачал головой. Кивнув, я набрал на телефоне в «notes» всё, что мне нужно и протянул собеседнику. Внимательно изучая, он вернул мне телефон с пустым сообщением. Мы смотрели друг на друга, и он окончательно кивнул утвердительно.

Оставалось улыбнуться, он сделал то же самое.

— Две недели, — догнали меня слова, когда я уже был у дверей.

Утвердительно кивнув в ответ, только коснулся ручки той самой двери, в которую вошёл полчаса назад, и она раскрылась и там стоял всё тот же человек в сером костюме.

Обратно торопиться не хотелось. Погуляв по дворцу Дожей с частной экскурсией, пообедав в любимом ресторане самой обычно, но вкуснейшей пастой, купив несколько упаковок равиоли и пару банок песто.

Обратно вернулся к полуночи. Дверь в мою комнату была заперта из внутри. Пришлось, скребитесь под дверью, благо студент не спал.

Нужно будет придумать какой-то условный код, что ли.

Всё было тихо за эти сутки, никто даже не понял, здесь я или нет.

Всё шло своим чередом, хаотичным планом, который возникал спонтанно, вдруг стал выстраиваться во что-то единое словно мозаика, элементы для которой возникали сами собой день ото дня. Недоставало самого основного, той самой финальной точки. Мозг прячется в темноте незнания, точнее, нежелания знать о тех возможных вариантах, эли новые элементы будут не в мою пользу.

Начинаешь сомневаться, что эта игра нужна, что так будет лучше, что именно это мне нужно, но каждый раз припоминаю один и тот же разговор. Не помню, кто изрёк сами слова, но суть была понята нами обоими.

«Пока жив один, другой всегда будет под угрозой»

Я не вынашивал плана расправы, но банкир был для меня раздражителем, с которым нужно расправиться во чтобы то не стало. И дело не в амбициях, это лишь попытка выжить.

Смс буркнуло в рюкзаке на подоконнике уже за полночь воскресения: