Чтение онлайн

— Про то, что он лис-оборотень из эпохи Эдо, как оказался в статуе и чем хочет заниматься.

— И вы, что в обморок не грохнулись? Я вот едва-едва на ногах устояла, а Коноха-сан вообще старенькая, ей волноваться нельзя. Братик, разве можно так? А сестренка Мияби и сестренка Ёрико тоже знают? А еще мне показалось, что я Ёсиду-семпая видела? Я же не ошиблась? Он ведь не обидит Рея? А то он мне всё мозги промывал на тему, какие кицунэ злобные, а Рей вообще не такой, он свой парень! А он вам показал, какой рыжий и пушистый? Милота!

Еще минут пятнадцать суеты и объяснений того, что будет дальше, подкрепленных новым заказом всего того же, что и раньше, да побольше. Совершенно непродуктивно. Но очень вкусно. Пожалуй, «Затмение» теперь мой любимый ресторан в Киото. И хотя бы Мияби и Ёрико подъехали в обществе хмурого Ёсиды.

В Точиги провожать компанию вызвалась одна лишь Амацу-но-Маэ, ей и место в минивэне нашлось — он просторный даже без учета того, что Рей поедет вместе со всеми на равных правах, а не в лисьем облике, в багажнике, как добрался до Киёмидзу-дэра. В присутствии Старшей лис точно озорничать не будет. А вот Акира, скорее всего, получит если не посохом по спине, то хворостиной по попе от бабушки за то, что проморгала безбилетника.

Обратно в Кофу мы с Ёсидой ехали вдвоём. Парень пребывал в странном состоянии, заметно нервничал.

— Ниида-сан, давай на чистоту, какое вы с Конохой-сан имеете отношение к Кицунэ? — спросил он по пути. — Я не предатель и понимаю, что вы двое для меня сделали. Клянусь, не побегу в храм Инари докладывать, хотя и было искушение, но понимаю, что так было бы бесчестно. И я не дурак, знаю, что нам попался всего лишь ребенок, хоть и о трех хвостах. Это самая большая причина для сомнений в нём, но вы их не допустили, — Кайто не соврал, говорил так искренне, будто догадывался о моём детекторе лжи.

— Поклянись честью семьи Ёсида, что сохранишь эту информацию в тайне.

— Да клянусь! Клянусь! — раздраженно, но без вранья бросил парень, чем заслужил часть правды.

— Ты работаешь на кицунэ. Госпожа Кагешуго из их числа. Но она не злодейка. Помогла мне, тебе, Конохе-сан и многим людям. Разгромила серверы зеленой триады — ты наверняка видел этот репортаж в новостях. Это… как я понял, исправление кармы. Она совершила много преступлений, воровства в основном, еще в эпоху Эдо, и теперь старается поступать наоборот, — между прочим, почти правду ему сказал. Придраться в моей истории можно разве что к местоимениям. — Мне повезло стать ее доверенным лицом потому, что я честный. Она говорит, что ценит таких людей.

— Я знал! Знал, что с этой хакершей что-то не то! Какая горькая ирония! Последние члены великих кланов онмёдзи в услужении у лисицы. Спасибо, что рассказал, Ниида. А дальше можно я помолчу? Надо решить, гордиться собой или презирать.

— Гордись. Ты на стороне правильной лисы. Той, что помогает людям и исправляет старые ошибки, — и хорошо, что мы ехали до Кофу молча. Вести серьезный разговор, находясь за рулем, мне тяжело.

Тем же субботним вечером на канале команды «Без обмана» вышел новый ролик, посвященный бездне Канмангафути и статуям, не поддающимся подсчету. Правильное, во всяком случае, совпадающее с подсчетами Хидео-сана, число назвала Камицуки — шестьдесят девять. У Тики-Синдзи вышло семьдесят один, у Ринне и Синдзи ровно семьдесят, Рей, представленный, как «приглашенный гость», насчитал шестьдесят восемь. Тика-девушка подала голос из-за камеры и сказала, что у нее семьдесят две статуи.

Посмотрев видео, не удержался от того, чтобы написать Акире.

Ниида Макото: Мне любопытен один момент. Сколько статуй насчитала ты?

Минами Акеми: Шестьдесят восемь при первом подсчете и шестьдесят девять при втором. У бабушки шестьдесят девять.

Уж не новый ли способ определения оборотней мы открыли? Кто назвал меньше семидесяти, тот под подозрением.

Ниида Макото: Как Ямада-сан отнеслась к новому работнику?

Минами Акеми: На удивление радушно. Меня она, правда, немного пугает! Само осознание того факта, что она в два раза старше бабушки Амацу…

Минами Акеми: Макото, нам надо поговорить с Тикой-тян. Она умная девочка и начала задавать много вопросов. Ее друзья тоже, но у них бабушка немного отбила интерес. Они всё помнят, но воспринимают, как должное и не будут никому болтать.

Ниида Макото: Сразу по окончании вашей поездки или еще до него, если вы будете поблизости от Кофу. Очевидно, что план посетить все префектуры под угрозой.

Минами Акеми: Да, дети уже обсуждают, как ограничиться северной частью Хонсю, а остальную территорию страны оставить на потом. Я ведь могу пообещать Тике, что мы вместе с тобой ответим на все ее вопросы еще до конца лета? Это ее успокоит.

Ниида Макото: Да. Спасибо.

Минами Акеми: Ты изменился. Макото, которого я знала, убежал бы в другую часть страны и кого-нибудь там обворовал, чтобы сесть в тюрьму и избежать серьезного разговора. Он однажды даже умер, лишь бы не брать ответственность за дочь.

Акира шутит. Хронология немного не стыкуется и я уверен, что прежний Макото не успел узнать об Ёрико, иначе… не знаю, как, но он распорядился бы своей жизнью по-другому.

На несколько дней жизнь успокоилась и устаканилась. Снова моя любимая привычная работа. Квартальный отчет по бухгалтерии фонда, участие в аудиторской проверке снабженцев Окане Групп. Ежедневный просмотр новых записей от команды «Без обмана». Одна из них оказалась посвящена лисьей деревне-ферме и Тика в облике Синдзи даже спросила у работника, ухаживающего за рыжими зверьками: «А как вы думаете, какая-то из этих лис может оказаться кицунэ?», чем вызывала у него искренний добродушный смех. К счастью, это были самые обычные лисы vulpes vulpes. Почему-то я ожидал, что в этот кадр вломится Рей в лисьем облике и устроит представление. Но, видимо, Ямада-сан его не отпустила, и это хорошо.

А в пятницу в середине дня, уже после полудня мне позвонила Акияма Момо.

— Allianchu! — постарался я как можно тщательнее выговорить приветствие на языке Кечуа.

— Ниида-сан, вы очень экстравагантный, это в вас подкупает не меньше ваших потрясающих картин, я, кстати, с нетерпением жду новых! — мне в речи Момо-тян послушались заигрывающие нотки, совершенно излишние. И насчет картин она целиком не права. Заурядная мазня. Что у меня, что у Цукино Тенкая. Лис-обманщик всех перехитрил, убедив, что его работы — это настоящее искусство.

— Благодарю за комплимент, мои примитивные рисунки его недостойны.

— Да-да, вам к лицу скромность. Но позвонила я совершенно по другому поводу. Помните, вы рассказывали мне про скульптуры Цукино-сенсея? Я, должна признаться, не поверила, решила, что вас кто-то обманул. Но всё равно попросила своих европейских партнеров проверить. И знаете, что?

— Что? — подыграл ей, задав тот вопрос, какой девушка и хотела услышать.

— Вы были правы! Я нашла скульптуру! То есть мой немецкий знакомый!